Найденыш - Син Стэнеймор

Когда ей удалось вытащить самца из болота, дело шло к полудню – солнечные лучи уже пробивались сквозь кроны.

Айри совсем измучилась: пришлось нарезать лоз,– а лопатка все-таки не нож,– связать волокушу и тянуть тело по кочкам да мелководью, постоянно заботясь, чтобы и самой не увязнуть, и серва не утопить.

Наконец они оказались на твердой почве.

Айри снова приложила ухо к груди найденыша: сердце по-прежнему билось, и девушка облегченно вздохнула. Однако тащить самца домой на волокуше было уже свыше всяких сил. Оставлять же его тут нельзя – и в лесу найдется кому поживиться свежим мясом. И тут девушке повезло: она почуяла жука-будильника.

Приманить его было делом нескольких мгновений. Когда жук опустился на ладонь, Айри взяла его двумя пальцами, затаила дыхание, поднесла насекомое к лицу самца и чуть сжала. Недовольный насилием жук тут же выпустил струйку газа.

Незнакомец вздрогнул, застонал и открыл глаза. Несколько мгновений взгляд его был устремлен в небо, потом сосредоточился на лице девушки.

– Ты кто? – Голос самца был хриплым.

– Айрис.– Девушка отпустила жука-будильника, и тот с недовольным гудением умчался прочь. Ведьма.

– Ведьма? – В голубых глазах незнакомца появилось что-то осмысленное. Где я?

Ну и ну! «На ферме ты, в кормильной для слуг. Сейчас принесут мясо свежезаколотого бычка… » – чуть было не выпалила девушка, но сдержалась и произнесла:

– Нашла тебя на краю трясины. Что ты там делал? Орехи возле болота не растут.

– Орехи? – Найденыш приподнялся на локте и поморщился. Какие орехи?

– Значит, орехов ты не собирал. А как же ты оказался в лесу?

Самец прищурился, на лбу у него собралась складка.

– Не знаю, не помню… Кажется, меня зовут Март.

– Очень приятно! – с сарказмом сказала Айри.– Меня всегда интересовали имена сервов. Идти можешь?

Незнакомец вздохнул, кряхтя встал. И тут же упал в траву.

– Нога!

Айри хотела закатать левую штанину его странного костюма, но не сумела – застежки были незнакомы. Пришлось ощупать ногу прямо сквозь ткань. Вывих… Что ж, от этого не умирают! Она вправила сустав – самец не крикнул, лишь скрипнули зубы,– срубила еще одну примулу, превратила ее в посох. Протянула найденышу:

– Вот, это поможет тебе идти. Можешь еще и на меня опереться.

Сильная рука обхватила Айри плечи, и девушка обнаружила, что странная одежда незнакомца уже высохла. Подсохшая грязь отваливалась от нее пластами.

Идти было нелегко, приходилось выбирать дорогу поровнее и все время подстраиваться под хромающую, подпрыгивающую походку самца. К тому же Айри не забывала прочуивать лес и отгонять любителей легкой поживы. Когда остановились передохнуть, самец со стоном опустился на траву и сказал:

– А ты крепкая девушка! Что ты тут делала? Айри фыркнула:

– Серва мои дела не касаются!

– Серва…– В голосе незнакомца прозвучало недоумение. Я был один?

– Да. А что, я должна была спасти двоих? Он опять прикрыл глаза, наморщил лоб.

– Нет… не помню…

Потащились дальше, и ему стало не до разговоров. Когда вновь остановились отдохнуть, вопросов тоже не последовало. Самец, хрипло дыша, лег на спину, а девушка принялась раздумывать, как он здесь очутился. Вроде бы из чужих смертоносцев здесь в последнее время никто не появлялся. Новых слуг тоже не присылали…

– Тяжело ходить на трех ногах,– пробормотал самец. Но на одной еще хуже.

И вдруг Айри поняла, что речь самца немного, но отличается от того, как говорят в окрестностях замка Бейр. Нет, язык, конечно, был тем же, но вот произношение… Явно этот тип нездешний.

– Кто твоя хозяйка?

– Хозяйка? – Найденыш открыл глаза. Не помню…– Он вдруг ощупал пояс своего костюма. Испуганно огляделся. Возле меня не было… сумки?

– Нет. А что в ней? Вещи твоей хозяйки?.. Наверное, потерял. Вот погоди, хозяйка тебя обязательно накажет.

– Наверное,– кивнул самец, однако испуг в его голосе пропал. Куда ты меня ведешь?

– Домой. Надо подлечить ногу. А потом будем искать твою хозяйку. Или ты слуга смертоносца?

– Не знаю… Не помню…

Когда дотащились до дому, перевалило уже далеко за полдень.

– Симпатичный домик,– сказал найденыш. Айри только фыркнула, отметив про себя, что для серва незнакомец держится слишком уверенно.

Дверь оказалась закрытой на щеколду. Значит, мама Гиневир еще не вернулась. Видимо, сегодня должны отправлять бычков в Гнездо. В такие дни у нее всегда много работы.

Айри отодвинула щеколду. Они вошли в дом, и самец со вздохом облегчения опустился на деревянную скамейку.

– Подожди! Раздевайся! А то все тут мне испачкаешь.

Найденыш коснулся пояса, и его странная одежда превратилась в штаны и рубашку. Под рубашкой оказалась еще одна – сильно открытая, без рукавов. В вырезе на загорелой груди были видны густые волосы.

«Может, он из слуг бомбардиров? – подумала Айри.– Среди них, говорят, удивительные люди встречаются ».

На левой руке незнакомца она заметила украшение, схожее с браслетом воительниц, и уверилась в своей догадке – говорят, слуги бомбардиров бывают в Древних городах и таскают оттуда разные непонятные вещи…

Самец покрутил головой, выбирая, куда бы положить покрытую засохшей грязью рубашку.

– Бросай прямо на пол. Когда нога пройдет, постираешь. Найденыш выполнил приказ – при этом от рубашки отвалился ошметок грязи – и выжидающе посмотрел на Айри.

– Штаны тоже снимай. Чего ждешь? Его лица коснулась несмелая улыбка.

– Может, ты хотя бы отвернешься?

Айри фыркнула. Ну и порядки у них там, среди слуг бомбардиров. Как будто она никогда не видела семенных отростков!..

– Снимай, снимай! Сказано же, я ведьма.

Самец беспомощно взглянул на нее, но послушался. Под штанами у него оказались еще одни, короткие, много выше колен.

– Наверное, там, где ты живешь, холодно? Он пожал плечами:

– Не помню…

Айри забрала у него штаны, подняла с пола рубашку.

Одежда оказалась легкой, почти невесомой и на ощупь гладкой. Не зря говорят, у слуг бомбардиров все не как у людей…

Айри бросила одежду в угол возле двери и полезла на полку. Отыскав чистую тряпицу, смочила ее соком жаревца, обмотала опухший сустав.

Потом достала из сундучка плошку с сушеным корнем сон-травы, сняла обвязку, отсыпала в кружку немного порошка и разбавила водой – снадобье с шипением растворилось.

Самец уже залез под одеяло и теперь рассматривал койку мамы Гиневир.

– Ты здесь не одна живешь?

– Не одна, не одна… Выпей-ка. Он глянул с подозрением:

– А что это?