Кайа.История про одолженную жизнь - Александр Алексеевич Иванов

вместе с дальнейшими инструкциями, тебе передадут в кафе. Ты, как всегда, не подвела меня, и я тебе очень благодарна, — сказала Евгения, — и еще кое что…

— Что, тётя? — спросила девица

— Мне бы хотелось, чтобы ты подружилась с моей дочерью, — ответила женщина

— Я…не думаю, что у меня это получится, — неуверенно сказала барышня

— Вот как? — удивилась Женя, — Почему? Впервые слышу, чтобы ты была столь не уверена в себе. Тебе не нравится моя дочь?

— Тетя…простите мне такие слова…, — начала было девица

— Прекрати! Говори, как есть и что думаешь! Тебе не нужно в разговоре со мной выбирать слова и выражения, я тебя не съем! Ты, в конце концов, моя дорогая племянница, — перебила ту Женя

— Хорошо, тетя…я думаю, что зря вы с дядей удочерили Кайю…, — негромко сказала юная собеседница Жени

— Почему? И как это связано с тем, что тебе будет непросто подружится с ней? — вновь перебила ее Евгения

— Мне, конечно, еще совсем немного лет и мои суждения…знаете, у меня достаточно подруг и намного больше просто знакомых барышень. И ваша приемная дочь совершенно не такая, как все они. Абсолютно. Это очень сложно выразить словами, но… Она будто видела меня насквозь. Ужасное чувство… И еще много чего другого! Так что у меня вряд ли получится исполнить вашу просьбу… Во-первых, самой ей этого явно не нужно…

— А во-вторых? — поинтересовалась Женя

— А во-вторых…я опасаюсь, что она меня раскроет и…, — сказала собеседница

— Что будет потом — уже совершенно не важно. Попробуй все-таки сделать то, о чем я тебя попросила. Получится — хорошо, нет — ну и ладно, — сказала Женя

— Хорошо, сделаю все, как вы хотите, тетя, — ответила барышня

— Вот и славно, жди в «Эстерхази», — сказала Женя и разорвала связь

«Для чего ей сетевой накопитель, если она вполне может спрятать любые найденные документы в удаленном хранилище?», — подумала Женя

Цокнув языком, она вызвала нужного ей абонента.

Школа. После окончания следующего контрольного занятия.

«Я задержусь в школе на час» — написал я сообщение водителю.

Нехорошо, конечно, делать что-то такое, чего прежде не делал, это всегда привлекает внимание, а в школе я еще ни разу до сего момента не задерживался, но иначе никак. Иначе, я просто не успею принять «подарки» от своего не слишком симпатичного «букета».

По дороге в класс вычислительных машин номер один, где у меня будет следующее контрольное занятие, я размышлял.

В том, что как минимум одну из двоих барышень, которые теперь убыли по моему заданию, совершать покупки, подослала «матушка», я не сомневался ни секунды. Ведь из всех тех, кто теоретически мог бы это сделать, лишь она одна стала бы заниматься чем-то подобным. Все прочие просто не заморачивались бы. Она же теперь скучающая хаусвайф…

Мотив? Очевиден. «Матушка» желает, чтобы мой рождественский визит в Семью моего же потенциального любовника прошел без каких-либо эксцессов. Таким образом, она, полагаю, хочет либо проконтролировать все то, что я буду делать. Либо, банально забрать устройство, ведь оно наверняка будет снабжено маячком, таким образом лишив меня в последний момент возможности что-либо предпринять.

Но интереснее другое… Для всей моей ситуации будет очень нехорошо, если посланницей от «матушки» окажется Роза. Хотя, мне лично кажется, что на эту роль больше подходит та из девиц, что предложила свою помощь первой, но в этом нельзя быть уверенным до конца. И если это все же Роза, то… известно ли «матушке» о предположении Кристины насчет папаши моего будущего любовника? Раз уж «матушке» гипотетически известно и о том, что мы с царской любовницей вместе выпивали (чисто технически, выпивала Кристина и ее Прислужница, но тем ни менее), и о нашем не слишком-то невинном поцелуйчике (интересно, Государь не осерчает на меня, когда и если узнает?). Кристина шепотом об этом мне рассказала на ушко, конечно, но я-то в ответ, помнится, не шептал…

Обнадеживает лишь тот факт, что я, пока по крайней мере, не слышал, чтобы папаша любовничка скоропостижно скончался. А в том, что он, если и в самом деле творит то, что предполагает дама Кристина (хотя, лично я от всей души надеюсь, что это не так) и об этом станет известно императорским ищейкам, скоропостижно скончается — у меня нет ни малейшего сомнения.

И если все случится тихо-мирно, в смысле, без публичной огласки, то это мне ничем не поможет. Царская Семья совершенно не заинтересована в скандалах (особенно, в подобных!) и будет делать вид, что ничего этакого не произошло (дорогой родственничек умер по естественным причинам, помним-любим-скорбим), и Кайе, то есть мне, быть-таки любовницей по весне.

Таким образом для себя я вижу два варианта. Номер один — если и отца, и сына (ну или хотя бы просто сына) — грохнут. Либо «закроют» (последнее лично мне кажется невероятным).

И вариант номер два — не без моей скромной помощи будет инициирован скандал такой величины, что о том, чтобы отдать меня в ту Семью и речи зайти не могло…

Вариант номер два опасен для меня чрезвычайно! Ведь если я получу вещественные доказательства сплетне, о которой тем славным вечером мне поведала дама Кристина, и на их базе слеплю свою «информационную бомбу«…то, пожалуй, не существует в природе «фитиля» такой длинны, каковая требуется чтобы с его помощью было бы возможным более-менее безопасно «подорвать» подобное «взрывное устройство»…

Хорошо, что «матушка» обнаружила девайсы, купленные Ией, и впредь я их не могу использовать для своего главного дела. От них нужно поскорее избавиться. Ию во всю эту хрень впутывать нельзя категорически.

В классе вычислительных машин номер один.

Помимо меня, сейчас в классе был только один мой одноклассник. Парень-заика, лет семнадцати-восемнадцати, который сидя за школьным ВЭМ над чем-то там увлеченно работал.

Положив сумку на свою парту, я направился к парню.

— Привет, — сказал ему я, мило улыбнувшись, — не против, если я тут на минутку присяду? Я бы хотела у тебя кое о чем спросить

Еще не получив на то высочайшего дозволения, я взял ближайший ко мне стул, и поставив прямо рядом с его, присел (сумка при этом оставалась в поле моего зрения).

— Виддделллись уууууже, — ответил он, заметно покраснев от того, что внезапно для себя оказался в непосредственной близости от симпатичной девушки, и не слишком уверенно улыбнулся мне

Было очевидно, что весь рабочий настрой я ему сбил.

Я с удовольствием понаблюдал несколько мгновений за его реакцией. Даже слепому было бы видно, что Кайа ему очень нравится. Очень-очень. Понять его мне несложно…

— Андрей…, — начал я и он, как и Роза