Иллюзия обмана - Илона Романова

— Идём! — Стийфелт встал и подал ей руку. — Он живёт у нас. Вполне здоров. Только… после плена не может говорить. Мы общаемся на безмолвном наречии.

— Я знаю. Свою речь он отдал мне… — Исулолгда немного помолчала. — А ты научишь меня играть?

— Научу. А как ты сюда попала из этих… ну, где вы там живёте?

— Как все попадают куда-нибудь: шла по дорожке, шла да и вышла! — рассмеялась девочка.

— Покажешь?

— Дорожку-то? Конечно, покажу.

II

Повреждённая нога то и дело давала о себе знать. Беспредметно ругаясь и радуясь, что его никто не слышит, Первооткрыватель втащил в кухню громадную вязанку хвороста.

— Принёс, хороший мой? — засуетилась Шалук. — Ну, и молодец!

Из-за её подола выглянула темноглазая детская мордашка.

— Видишь, кого Стийфелт привёл? У нас тут…

Она не договорила. Дрова упали на пол. Туго натянутая верёвка лопнула. С трудом перешагнув через рассыпавшийся ворох веток, Хаймер шагнул к дочери:

— Ты?.. Значит, правда… Как… Откуда? — только и смог он промолчать.

— Здравствуй, отец! — рассудительно сказала Исулолгда, слегка склонив головку набок и разглядывая его во все глаза. — Сегодня утром я почувствовала, что обязательно тебя найду. Ну и пошла.

Забыв о больной ноге и об усталости, Хаймер подхватил малышку на руки и закружился с ней по кухне.

— А я-то что стою? — пробормотала хозяйка, захлюпав носом. — Всех же без обеда оставлю…

Каким-то чудом прихватив изрядную стопку тарелок, два полных кувшина и громадную буханку, она исчезла в комнате.

Осторожно поставив дочку на скамью, запыхавшийся отец сел рядом:

— Как мама?

— Хорошо. Только по тебе скучает.

— Поёт?

— Каждый день. С того самого времени, как пришла в Цагрину. Я думаю, что даже красивее, чем дюксы. Она всё надеется, что ты её услышишь.

Хаймер улыбнулся:

— Знаешь… Она ведь меня спасла. Своими песнями.

Малышка удивлённо вскинула брови.

— Правда?

— Когда меня мучили в плену, и я был почти готов погибнуть, вдруг услышал голос Риаталь. Так, как будто она сидит совсем рядом. Сначала подумал, что с ума схожу… Но именно это пение вернуло мне силы. А потом произошло что-то совсем странное… Я как-то попал туда, где ты принимала посвящение.

— Дары?

— Ну да…

— Я помню. Вот что… Пойдём!

— Куда? — опешил Хаймер.

— Знаешь, откуда я пришла?

Он кивнул.

— Так вот. Нужно привести сюда маму! А то нехорошо выходит: мы радуемся, а она грустит.

— Сейчас?

— Давай руку… Я не буду быстро бежать.

Какая тут усталость, какая больная нога? Хаймер вскочил. На мгновение сунул голову в комнату:

— Мы скоро вернёмся! — сообщил он. — Надеюсь… — добавил самому себе.

Давным-давно Первооткрыватель не пускался в путь с такой лёгкостью.

— Дверь-то что не закрыли, хорошие мои! — проворковала тётушка Шалук. — Я так понимаю, что с обедом их ждать бесполезно…

III

Исулолгда шла, как будто не касаясь земли. Так обычно ходили дюксы. Первооткрыватель едва поспевал за дочерью, безошибочно чувствовавшей дорогу. Сам же он двигался вперёд, доверившись её чутью. Впрочем, привычный взгляд учёного холодно фиксировал смену ландшафта, а память отмечала ориентиры.

Прошло чуть больше часа, и Хаймер подумал, что даже не спросил, далеко ли им идти.

— Уже близко, — услышал он безмолвный ответ.

Действительно, проскользнув в небольшой грот, а точнее — узкий каменистый тоннель, путешественники вышли прямо в Мерцающие Проходы. В другой раз Первооткрыватель не преминул бы исследовать здесь каждый камень, особенно чёрную глыбу, лежавшую у истока водопада. Нынче он даже не заметил, что переливающиеся всеми цветами радуги струи текут снизу вверх. Даже на лежбиков, во все глаза глядевших на гостей, он не обратил должного внимания. Лишь почтительно поклонился, и пошёл дальше. С того момента, когда он впервые въявь увидел дочь, Хаймера не оставлял страх того, что всё это ему только снится. Чувство это было таким же отчётливым, как ощущение реальности в том сне. Так в прострации он дошёл до самых стен Цагрины.

— Пришли! — весело промолчала девочка, останавливаясь у самого маленького дома в городе. — Заходи! Ну, что же ты стоишь?

Малышка даже не запыхалась. Она стояла и теребила отца за рукав.

Хаймер прирос к порогу. Он провёл ладонью по шершавой стене и убедился в её реальности. В носу предательски защипало. Как в давнем детстве, когда он не хотел показывать своих слёз, мужчина прищурился и резко тряхнул головой…

Не добившись ответа, дочь заливисто расхохоталась и нараспашку открыла дверь.

Риаталь стояла спиной ко входу, перебирая на столе какие-то овощи.

"А вдруг войдёт кто?" — удивился Первооткрыватель неосторожности жены. Потом вспомнил, где находится и, усмехнувшись собственной бдительности, шагнул в кухню. И замер у входа. Кажется, всё-таки продолжая дышать…

— Ой! Сколько всего случилось! — Исулолгда бросилась к матери.

— Где же ты была? — встревожено обняла девочку женщина. — Убегаешь, не предупреждая…

— Что со мной может случиться? Юным дюкам можно где угодно ходить. А я, что хуже?

— Ну… просто младше… они же большие…

— Я тоже! И потом… — она не договорила.

Внимательно поглядев дочери в глаза, Риаталь медленно обернулась…

…Время, так долго шедшее для них по-разному, замедлило свой причудливый бег и слилось в единый поток. Оба почувствовали, что расстались только вчера. И всё пережитое врозь можно будет вспоминать и завтра и послезавтра. И всю оставшуюся жизнь…

Теперь же наступило их бесконечное сегодня, которое продлилось ровно столько, сколько должно было…

IV

Картинная галерея закончилась, и они оказались в Тильецаде. Впервые за полтора с лишним года Первооткрыватель шёл по некогда знакомым залам, удивляясь, насколько хорошо они сохранились. Хаймер и Риаталь держались за руки, словно никак не могли поверить в свою встречу. Рядом вышагивал Окт. Впереди неслась Исулолгда. Давно забытое ощущение покоя, как всегда витавшее в тильецадском воздухе, наполняло лёгкие тихой радостью и слегка кружило голову.

— Странно… Мы были уверены, что замок полностью уничтожен.

— Так и было… Долго… — Окт говорил с другом исключительно на безмолвном наречии. — Наши младшие… нашли сюда дорогу… Мы пришли… и восстановили… хотя бы стены…

— Хорошо… — последовал неопределённый ответ.

Они долго бродили по бесконечным тильецадским переходам. Потом одна из дюкс увлекла Риаталь посплетничать, а учитель и ученик поднялись в донжон.