Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

все миры, имеет свою волю: никто не знал наверняка, конечно, но разумные часто любят приписывать собственные черты разнообразным объектам, ведь кто, как не незримая, бесконечно могущественная сила, может рассудить их, когда сами боги отказываются вмешиваться в их спор?

Этериас помедлил, внимательно изучая своего врага. Он был удивлён, но недостаточно, чтобы стать глупым.

— И почему я должен на это согласиться? — недоверчиво качнул головой иерарх. — Что помешает твоим людям добить меня после дуэли, уже уставшего? Быть может, ты лишь выигрываешь время, а вокруг стягивается кольцо.

Грицелиус взмахнул рукой, и вместе с этим взмахом из-за камней вышли мастера пламени, беря группу иерарха в кольцо. Больше четырёх десятков…

— Я могу просто атаковать. — спокойно ответил Грицелиус. — И убить вас всех прямо сейчас. Ты хорош, но недостаточно, чтобы убить всех моих людей вместе со мной. Выбирай.

Этериас осмотрелся вокруг, становясь мрачнее тучи. Вполне возможно, вышедшие - далеко не всё. Без шансов. Он бы справился с десятком, может, с двумя. Но не с равным ему повелителем пламени, что уже однажды сломал его защиту, и полусотней мастеров одновременно.Как бы иерарху ни хотелось обратного, увы, он не был всесилен.

— Почему ты делаешь это? — не выдержав, воскликнул глава церкви. — Почему сражаешься за него?!? Мы оба - мастера людей! Братья по духу! Что заставляет тебя идти за чудовищем, уничтожившим целое королевство?!? Тем, кто убивает любого, посмевшего встать на его пути? Сумасшедшим отродьем самой…

— Попридержи язык. Ты говоришь о моём короле. — холодно оборвал монолог своего противника Грицелиус.

— Ты знаешь, что я прав. — твёрдо выпрямился Этериас, вскидывая подбородок. — Так почему же?

Они столкнулись взглядами: непоколебимая решимость молодого иерарха и уверенная в своей правоте мудрость старого магистра.

Грицелиус отвёл взгляд. Повисло молчание.

— Наш король не идеален, я знаю. — после краткого молчания ответил глава круга стихий, смотря в сторону. Но не он начал эту войну. Не он убил беременную женщину, что была готова принести ему наследника. И, как бы ни были жестоки его действия, в конечном счёте, именно его правление принесёт мир в королевства.

— Мир… — горько усмехнулся Этериас, покачав головой. — Вот только какой мир это будет? Мир под пятой безжалостного тирана, готового убивать кого угодно, чтобы сохранить свою власть? Не в таком мире я хочу жить. Я выбираю свободу.

Старый волшебник снисходительно посмотрел на молодого мага, как на ребёнка.

— Свободу… Чем твоя свобода отличается от его? Почему ты можешь делать всё что хочешь, а мой король нет? Кто поставил правила, те самые моральные границы, в которые ты так хочешь загнать всех остальных? Кто дал тебе право решать за всех?

— Это называется человечность. — твёрдо ответил Этериас. — И я бы не променял её ни на что другое. Потому что, если мы откажемся от того, чтобы быть людьми, кем мы станем?

Грицелиус надолго замолчал, размышляя. В какой-то момент Этериасу даже показалось, что он просто даст команду атаковать: но нет, старый маг всё же заговорил.

— Ты сражаешься с неизбежным. — укоризненно посмотрел на противника глава круга стихий. — Тысячу лет назад мы были лишь группой полудиких племён, что жили небольшими группами. Племена объединялись, образуя полисы и города. Города выросли, образуя баронства и графства, а затем и целые королевства. Люди стремятся к единству: именно оно делает нас сильнее, позволяя выживать там, где гибнут одиночки. Рано или поздно мы придём к этому. Один народ. Одно королевство. Один король. Подумай о том, сколько жизней это может спасти. Сколько тайн раскрыть. Сколько великих дел можно совершить вместе…

— Неизбежного не существует. — Этериас даже не колебался.

— С твоей смертью или сдачей война закончится. — внезапно сказал Грицелиус. — Ты остался последней нитью, разве нет? Духовный лидер, последний из иерархов, сильнейший волшебник Альянса… Вся эта кровь, боль и ненависть… Всё может закончиться здесь, прямо сейчас.

— К сожалению, не могу сказать тоже про тебя. — криво усмехнулся глава церкви. — Впрочем, пока жив твой король, боль и кровь никогда не закончатся.

— В таком случае нас ожидает вечность боли, потому что он бессмертен. — сухо возразил Грицелиус.

— Если это и правда так… Значит, мы будем сражаться вечно. — решительно ответил Этериас. — Пока он не сдастся и сам не прекратит эту войну.

Старый маг протяжно вздохнул, словно сетуя на безумное упрямство собеседника.

— Мои люди отпустят тебя в случае победы. Таков мой приказ и моё слово. А теперь выбирай. Это моё последнее предложение. Другого не будет.

Этериас смотрел в глаза старого мага несколько долгих, тягучих мгновений, а затем кивнул.

— Эрнхарт Грицелиус. Я принимаю твой вызов, повелитель пламени. Как равный равного. Моя душа против твоей. Воля против воли. Пусть свет и ветер сотворения докажут мою правоту. Эстеро дан торанис.

С этими словами глава церкви махнул рукой, приказывая своим людям отойти подальше, оставаясь один в кольце.

Грицелиус улыбнулся: одними глазами, почти незаметно. В этот самый миг можно было предать древний обычай, приказать атаковать, убить соперника. Но вместо этого повелитель пламени лишь отдал зеркальную команду, приказывая своим людям отступить на край плато.

Для сражения двух великих волшебников, несомненно, требовалось место.

— Последние слова? — без тени насмешки спросил Грицелиус, на правах старшего по возрасту.

— Ты можешь выбрать неумолимое течение истории - это твоё право. Я выбираю стать мастером моей собственной судьбы. Ради всех нас. — с непреклонной решимостью в голосе ответил верховный иерарх.

Этериас ожидал насмешки, мудрой фразы, или доказательства своей неправоты: но, к его удивлению, седовласый маг лишь коротко кивнул, признавая право своего противника на этот выбор.

Глава церкви не спешил атаковать первым, внимательно изучая противника: эффект внезапности здесь явно не сработает, а его враг, несомненно, значительно опытнее него.

Грицелиус не шелохнулся, но атаковал: десятки, а затем и сотни каменных кольев взвились из земли, обходя иерарха по широкой дуге.

Кольям ему меня не достать, по голой мощи мы примерно равны, холодно размышлял Этериас. Но враг вложился в эту атаку серьёзно: тогда зачем?

Глава церкви ответил солнечной призмой, и сияющий луч с небес ударил в повелителя пламени: но тот лишь рванулся вперед вместе с порывом ветра, поднимая руки…

Этериас слишком поздно понял замысел противника. Окружающие их колья взорвались каменной шрапнелью, наполняя сотни метров вокруг безжалостными осколками: атака, от которой