Прежде всего вейла - kelokelo

- Мне очень жаль, - прошептал ему Люциус, - я знаю, как ты его любил...

- Но вы... вы...

- Конечно же мы не так ценили его, как ты, - тихо произнес Северус, - скорее всего потому, что мы с ним все же вели себя намного сдержанней. Мы всегда боялись сказать что-то, что он мог повторить кому-то другому... Но ничто не может помешать нам быть здесь, с тобой, поблизости, ради тебя, ведь ты сейчас чувствуешь боль...

- Рон, Гермиона, - выдохнул Гарри после долгого молчания. - Мне приснилось, или они действительно в порядке?

- Тебе ничего не приснилось, Гарри, с ними все в порядке. И нас весьма удивил пыл, с которым они встали на нашу защиту...

Гарри печально улыбнулся.

- Гермиона не изменяет себе. Она еще летом пришла к выводу, что лучше вас мне не найти, ведь так решила вейловская магия, и не Амбридж преградой этому быть, поверь. Рон же в подобных случаях всегда следует за ней.

Северус посмотрел на Люциуса, встал и решительно отправился к двери.

Гарри глубоко вздохнул и чуть съежился в объятиях Люциуса. Через несколько мгновений молчания он все же спросил:

- А Пожиратели Смерти? Что с ними?

- Скажем так, самые опасные для нас убиты на поле боя.

- Еще смерти...

- Да, но все же, Гарри, они тысячекратно заслужили свою судьбу! Начнем с Нарциссы, которая все миновавшие годы мешала мне правильно жить с Северусом! Из-за нее следовало так же много времени посвящать Драко, обучая его всему, чтобы он случайно не выдал себя. Так же не думаю, что ты станешь сожалеть о Беллатрикс, и...

- Кто с ней расправился?

- Может быть, тебя это и удивит, но тут отличился Лонгботтом. Он, так сказать, просто утопил ее в плотоядных растениях, желая, чтобы она хорошо прочувствовала свою кончину!

- А Петтигрю?

- И он тоже. Ремус покончил с ним сразу же после того, как ты убил Волдеморта. Эта мерзкая крыса снова попыталась сбежать, как только увидела кончину своего владыки. Петтигрю и до того старался избегать столкновений, а уж в этом случае... Но Ремус, хоть и тревожился за тебя, все же не прекращал следить за всем происходящим вокруг, так что он быстро поймал беглеца. А затем он попросту свернул мерзавцу шею, буркнув, что следовало сделать это еще три года назад...

- Нагини?

- Как я понял, не перенесла ласковое обращение Молли Уизли. Остальных обезвредили, сейчас они переданы Министерству.

- А Кингсли стал Министром, или это мне приснилось?

- Стал. Более того, он хочет увидеть тебя как можно скорее. Так что думаю, что мадам Помфри уже предупредила его, и, скорее всего, после похорон он поспешит сюда... Поэтому я сейчас...

- Нет, - запротестовал Гарри, стоило Люциусу приподнять крыло.

- Гарри, это место открыто почти всем ветрам, - решительно ответил ему Люциус. - Тут люди приходят и уходят, один за другим, как будто бы так и надо. Мне надоело, что они таращатся на меня. Понимаешь? И все же, когда Северус вернется, мы наложим заклинание непроницаемости на ширму, и я снова раскрою для тебя крылья...

Гарри даже не заметил, когда сами собой у него закрылись глаза. Но когда он снова поднял веки, то увидел у постели Северуса и Кингсли. Похоже, оба мужчины ожидали пробуждения Гарри, потому что Северус, одевая Гарри очки, пробурчал:

- Давно пора!

- Я никуда не торопился, Северус, - спокойно отозвался Кингсли. - Должен напомнить, что мы тут всего лишь пять минут. Что же, Гарри, как ты?

- Хорошо, - осторожно ответил Гарри, сам себя спрашивая, чего Кингсли надобно такого, о чем он не может договориться с Северусом и Люциусом.

Глядя на спокойное лицо этого мужчины, парень почувствовал, как его желудок вдруг резко сжался.

- Какие-то проблемы? - наконец спросил он тихим голосом.

- Можно сказать и так, - ответил Кингсли, нервно взмахнув рукой. Такого жеста у этого мужчины Гарри раньше не видел. - Не обманывай сам себя, население магического мира, конечно же, в восторге от того, что ты освободил всех от Волдеморта и страха перед ним, но, понимаешь ли, такова уж человеческая природа... они хотят получить кого-нибудь, кого можно назвать виновником случившегося и публично распять их...

- Амбридж, - вздохнул Гарри, закрывая глаза.

- Должен сказать, она с редкостным упрямством продолжает изливать яд...

- И кто же ее цели?

- В первую очередь Люциус, но она не против ареста Северуса и Драко заодно. Но я ними проще, я могу отвести от них угрозу. Случай же Люциуса более щекотливый.

- Из-за того, что он был в Министерстве, когда там все разрушили, и потому, что сбежал из Азкабана? - прикинул Гарри.

- Что до Азкабана, тут дело уладить можно, сыграв на утверждении, что Волдеморт захватил эту крепость. То есть получается, что бежал он не от магического правосудия, а из когтей Волдеморта. Вот только все равно осталось дело, заведенное на него из-за случившегося в Министерстве.

- Но он же там сделал все, чтобы помочь нам! - запротестовал Гарри.

- Я готов в это поверить, Гарри, тем более сейчас. Тогда я ведь не понимал, почему он все-таки не заполучил пророчество, когда даже ты оказался в его руках, вот только во время допросов он не отрицал, что является Пожирателем Смерти... - помолчав немного, Кингсли медленно произнес: - Послушайте, пока у меня все еще остаются полномочия в Министерстве, я могу принять кое-какие решения без утверждения их Визенгамотом. Мне не хочется, чтобы мое постановление потом отменили, и потому я хочу предложить вам кое-что. В общем, я собираюсь осудить Люциуса за неблаговидные действия в Министерстве, поскольку его предположительно благие порывы там, честно говоря, бездоказательны.

- Но... - попытался запротестовать Гарри, однако тут же на его рот легла ладонь Северуса, останавливая возмущение.

- Не спеши, дождись информации, на что Кингсли собирается осудить Люциуса, - резко приказал зельевар.

Кингсли благодарно кивнул и продолжил:

- В качестве наказания Люциус должен будет не только продолжить преподавать в Хогвартсе Трансфигурацию до конца этого учебного года, но и остаться в распоряжении профессора МакГонагалл еще на два года, продолжая преподавать те предметы, которые директор решит ему доверить. И в завершение, его палочка в течение всего этого периода окажется на твоей ответственности, Гарри.

Гарри растеряно уставился на него. Ему казалось, что это несправедливо! Еще меньше он понял, когда заметил появившуюся на губах Северуса улыбку. И наконец сам Люциус зашептал ему на ухо:

- Понимаешь, ты и только ты будешь решать, где и когда я могу воспользоваться своей волшебной палочкой, Гарри. Той самой, что с момента моего ареста и до сих пор находится в руках Министерства...

Гарри широко распахнул глаза, услышав это напоминание. А когда он увидел понимающую усмешку Кингсли, до парня, наконец, дошло. Люциуса официально лишали палочки, что для всякого волшебника считалось наивысшим унижением, но в реальности все оказывалось совсем не так, ведь у него все равно оставалась запасная палочка, та палочка, с которой он пошел на битву за Хогвартс...