Прежде всего вейла - kelokelo

- Он это сделал, - тут же подтвердил вполголоса Гарри. - Но не просто так, не по своему желанию, его к этому вынудили. Иначе он бы тоже умер. Дамблдор сам выбрал его, чтобы получить достойную смерть. Можешь ли ты хоть на мгновение представить, что заставила бы его вынести Беллатрикс Лестрандж, Невилл? Неужели ты думаешь, что Дамблдор действительно заслужил этого?

Невилл порозовел, надулся, а затем пробормотал:

- Нет, конечно нет, но...

- Дамблдору оставалось жить не более нескольких недель, - сказал Гарри. - Подарок от Волдеморта опять же... Послушайте, у нас сейчас не так много времени осталось. Волдеморт уже почти у стен замка. Теперь вы знаете, кто будет сражаться в наших рядах. Делайте свой выбор! Сейчас! Покажите себя достойными нашего факультета, хватит медлить. Уловки, нерешительность - это не наше! Мы - это наитие, безрассудный рывок в неприятности! Да, Северус, да! Безрассудно, очертя голову в сражение сейчас, или же придется ждать в башне известий о победителе.

После этих слов повисло долгое молчание, а потом Невилл вполголоса сказал:

- Лестранджи мои!

- И вообще, глупо же так выкладываться на Дуэллинге, чтобы сейчас сложить руки. Согласны? - пробормотал Симус.

Один за другим гриффиндорцы вполголоса изъявляли свое согласие. О, энтузиазма как такового не было. Они просто знали, что должны это сделать.

Конец ретроспективы

Вопреки ожиданиям Пожирателей Смерти, ни потеря гламура, ни колкость супруги не взволновали Люциуса. Он внимательно смотрел на Волдеморта и с фальшивым сочувствием сказал:

- Итак, Том, каково знать, что я тебя предавал уже... Сколько лет, Северус?

- Семнадцать, - ровно сообщил Северус.

Через несколько мгновений тишины, нарушаемой только звуками заклинаний, которыми обменивались прочие отряды, Волдеморт холодно ответил:

- Люциус... Ты так решил улестить своего второго партнера? Как я полагаю, Поттера?

- Мерлин, Том, - снова заговорил Люциус, не меняя тона, - неужели твои шпионы так ничему и не научились? Неужели ты думаешь, что мне все еще нужно улещивать Гарри? Мой бедный Том, если бы ты знал...

- А ты? Неужели ты думаешь, что я еще не раскусил твою игру? Например, о твоем сыне, этом трусе, что прячется за спиной твоего собственного партнера?

Глухой рык вырвался из горла так и не сумевшего сдержаться Ремуса. Конечно, Драко смелым сложно было назвать, но никто не имел права обзывать его, не проглотив оскорбления...

Волдеморт на мгновение опешил, а затем с насмешкой заявил:

- Стало быть, твой драгоценный отпрыск связан с оборотнем.

Услышав это, Пожиратели Смерти начали тоже зубоскалить. Люциус уже собирался сказать в ответ что-то язвительное, вот только Драко успел раньше, ледяным голосом заявив:

- По крайней мере он хоть человеком выглядит, а не вырождающейся змеей, как ты, Том.

- Как ты посмел?! - возмутился Рудольфус Лестрандж.

Едва произнеся эти слова, он направил свою палочку на Ремуса, и Протего оборотня ничего не смогло поделать против направленного в него заклинания: мужчина с криком упал на землю, его левую ногу как будто что-то рвануло в сторону...

Никто не видел лица Драко, все были слишком заняты, следя за Пожирателями Смерти, но его осипший леденящий голос потом вспоминали еще долго.

- Зря ты это, дядя Рудольфус. - Не стоило трогать моего партнера!

Больше ни единого слова он не произнес, но вышедшие из палочки Драко золотистые и серебристые потоки пронзили щит Рудольфуса Лестранджа, и тот так же рухнул на землю, корчась от боли.

Разница была очевидна: там, где Ремус, прерывисто дыша от боли, продолжал лежать на земле, пусть и прижав руку к левой ноге, но при этом он не отводил глаз от противников и держал свою палочку наизготовку, Рудольфус Лестрандж под изумленным взглядом своей супруги продолжал извиваться от боли. Что тут уж скажешь о криках, исторгаемых его ртом... Мужчина уже просто колотился о землю, не в силах контролировать начавшиеся судороги. Вскоре у него пошла ртом кровь, затем началось носовое кровотечение, а затем кровь полилась и из ушей. Казалось, время просто остановилось, пока длилась агония, и только безумно-гневный вопль Беллатрикс прервал всеобщее молчание, в котором все следили за творящимся с Рудольфусом. И этот крик, казалось, дал сигнал начинать вторую часть противостояния.

Снова дождем посыпались заклинания, и теперь ими обменивались намного интенсивнее.

Гарри очертя голову бросился в битву: Волдеморт находился чуть позади своих Пожирателей Смерти, в основном осыпавших заклинаниями Люциуса и Северуса. Сам же Темный Лорд предпочитал посылать смертельное заклинание. Вот только его противникам в основном везло - они находились в постоянном движении, и смертоносные лучи не достигали всей цели.

Но когда его очередное заклинание сразило Парвати, захваченную боем, Гарри почувствовал, как что-то внутри вдруг стянулось в тугой узел, чтобы потом взорваться в яростном бешенстве. До тех пор он пользовался своей палочкой, но не сейчас...

Его магии больше не хватало одной только палочки. И он начал рассыпать заклинания: задерживающие, парализующие, связывающие, - все, что приходило ему в голову, за исключением смертоносных. И всякий раз заклинание шло двойным - один луч из палочки, а другой из левой руки.

Северус и Люциус краем глаз заметили, как посыпались настолько насыщенные силой заклинания. Оба знали, что это значит. Так что безо всякого сомнения они разошлись в стороны, и вскоре именно Гарри оказался на острие атаки. Однако в основном порядок расположения не изменился: Драко по-прежнему оставался за его спиной, гриффиндорцы полукругом защищали их обоих. Ремус, хромая, продвигался за Гарри, поскольку хоть Драко и наложил обезболивающее заклинание, восстановить так быстро сломанную бедренную кость он не мог.

Гарри, похоже, не осознавал, сыплющийся на него дождь проклятий.

Драко изо всех сил боролся с последствиями пропущенных заклинаний. Северус так же выбивался из сил, ставя столько щитов, сколько мог, но условия были не равны. Гарри, получившему столько проклятий, уже давно следовало бы выбыть из боя, но наперекор всему он оставался на ногах.

Через несколько долгих минут Гарри, переводя дыхание, все же прислонился к какому-то дереву неподалеку от Волдеморта. Тот был не в лучшем состоянии, но ни за что на свете не признал бы ничего подобного. Этот мерзкий мальчишка доводил его до белого каления, да и те, кто его поддерживали, были не лучше! Мерлин, они не чтили никаких правил! Он сам видел, как грязнокровная подружка Поттера и еще какая-то девица атаковали его верного Гойла голыми руками! Хотя не совсем так, вроде бы они еще использовали зубы и ногти...