Прежде всего вейла - kelokelo

Гарри не успел ответить, как ширма вокруг его кровати отодвинулась, и появилась мадам Помфри.

- Ах! Мистер Поттер! Наконец вы соблаговолили присоединиться к нам!

- Мадам Помфри, - проворчал Люциус, - вы могли по крайней мере подождать, пока я...

- Знаю, знаю, - прервала она вейлу, - ваши крылья для вас очень интимная часть тела. И что вы думаете, мистер Малфой? Неужели вам кажется, что я в силу своей специальности никогда не видела голого мужчину? Итак, мистер Поттер, как вы себя чувствуете?

- Эээ... Хорошо?

- Мистер Поттер, или вы говорите мне правду, или же вашим партнерам будет запрещено посещать больничное крыло. Ясно?

Гарри сглотнул, а затем прошептал:

- Я чувствую усталость, и еще все болит.

- Перевожу, - сухо заговорил Северус, - он слаб, как новорожденный котенок, и каждое движение заставляет его кривиться от боли...

- Северус, - слабо запротестовал Гарри.

- Что? Что не нравится? Котенок? Уверяю тебя, ты сам подтверждаешь мои слова, прижимаясь к Люциусу и сворачиваясь калачиком под его крылом...

Гарри сильно покраснел и метнул Северусу убийственный взгляд. Затем он глянул на мадам Помфри и вполголоса сообщил:

- Думаю, ему меня будет не хватать, когда его прекратят пускать в больничное крыло!

- Тсс, - прошептал Люциус ему на ухо, - тогда уже тебе будет не хватать твоей обожаемой подушки, которую ты так любишь обнимать во сне...

Ой, они что, сговорились, пока Гарри спал? Да ладно, возможно они и правы, он обожал устроиться за спиной у Северуса и обхватить его руками, но все же нечего говорить такое перед мадам Помфри!

Мадам Помфри раздраженно посмотрела на них всех, и сухо сказала:

- Когда вы закончите свой маленький спор, мы все же сможем продолжать?

Гарри пришлось перенести пять-шесть диагностических заклинаний и выпить три флакона жидкостей с подозрительно несвежим вкусом, прежде чем медиведьма пришла к выводу, что уже достаточно. И честно говоря, Гарри был счастлив, что не успел задать вопрос раньше Люциуса. А тот поинтересовался:

- А сейчас мы можем вернуть его обратно в наши апартаменты?

Гарри на этот раз показалось, что мадам Помфри сляжет с сердечным приступом! Ее лицо сменило чуть ли не все цвета радуги, прежде чем женщина взорвалась:

- Нет, ну ЧЕМ ВЫ ВООБЩЕ ДУМАЕТЕ?! НЕУЖЕЛИ ВЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОЛАГАЕТЕ, ЧТО ЭТОТ МАЛЬЧИК СЕЙЧАС В СОСТОЯНИИ ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ?! ПОСЛЕ ТОГО, ЧТО ОН ВЫНЕС ВО ВРЕМЯ БИТВЫ?!! - замолчав на пару секунд, она холодно продолжила: - Мистер Поттер останется здесь по меньшей мере еще на три дня, пока я не удостоверюсь, что его магическое ядро правильно восстанавливается от обрушившегося на него потрясения! И не вздумайте даже пытаться потихоньку вывести его отсюда. Понятно?! Я прослежу за вами, всеми тремя!

- Но Драко... - начал было Люциус, но его немедленно прервали:

- Ваш сын в таком же состоянии, мистер Малфой! Вы, похоже, действительно не понимаете, что случилось с обоими мальчиками. Они настолько истощили свои магические ядра, что оказались на грани превращения в сквибов! СКВИБОВ, ВЫ СЛЫШИТЕ?! И потому радуйтесь, что они все еще в Хогвартсе, а не в одном из отделений госпиталя Святого Мунго!

Сообщив это, она отправилась восвояси, сердитым взмахом палочки вернув ширму на место. Гарри слышал бурчание Люциуса у себя за спиной, а сам раздумывал над услышанной новостью. И вскоре он прошептал:

- Я действительно так ослабел...

- Забудь об этом, - резко прервал его Северус. - У тебя все еще осталось достаточно магии, чтобы Поппи могла все исправить, это и для нее самой очень важно... Несколько недель отдыха, и ты снова будешь так же могущественен, как и раньше. И Драко тоже. Если конечно Ремус вообще позволит ему снова взять в руки палочку.

- Не стоит преувеличивать, - рыкнул голос Ремуса, и сам оборотень отодвинул ширму в сторону. - Я слышал, Гарри проснулся?

- Да что же это! Мы же сейчас не в Большом Зале Хогвартса! - возмутился Люциус. - Ремус, ты хотя бы мог немного подождать, пока мы примем достойный вид!

- Зачем вам одеваться, если Гарри все равно заснет меньше чем через четверть часа?

- А может и нет! - тут же запротестовал обсуждаемый.

- Если учесть, что со вчерашнего дня это обычный режим Драко, то я сомневаюсь, что с тобой будет иначе! - немедленно возразил Ремус.

- Как он? - нетерпеливо поинтересовался Люциус.

- Хорошо. Он сейчас отдыхает, - ответил Ремус с легкой улыбкой. - Не волнуйся, Люциус, Драко получит свою волшебную палочку сразу же, как только станет понятно, что применение заклинаний не навредит ему. Вот только в отношении Гарри я тебе не советчик. И все же необходимо приложить много усилий, чтобы оставить угрозу становления сквибом позади. Согласны?

Северус мрачно посмотрел на него, но отвечать не стал. И тем не менее парень прекрасно понимал, что на самом деле Северус безусловно положил его волшебную палочку в безопасное место, только бы удостовериться, что Гарри даже не коснется ее. Он слегка скривился, но так ничего и не сказал. В конце концов, он действительно чувствовал себя слабее котенка, и сейчас ему хотелось только одного - снова спать, прижавшись к обоим своим партнерам. И чхать он хотел на все, что кто-то может подумать о его потребности в нежности. Он же только что победил темного мага, так неужели не мог позволить себе несколько маленьких капризов?

К сожалению, когда он недвусмысленно потянулся к Северусу, тот ответил ему печальной улыбкой, а затем вполголоса сказал:

- Я не решился действительно покинуть эту постель, Гарри, но все же через четверть часа я должен быть в парке. Время похорон.

И тут же Гарри закрыл глаза, его лицо исказилось.

Похороны.

Все правильно, нужно похоронить умерших.

И сразу же перед его внутренним взором предстало улыбающееся лицо Парвати.

Но конечно же, она была не единственной...

Тогда он поинтересовался сдавленным голосом:

- Кто?

Когда он почувствовал, что Люциус прижался к нему сильнее, то понял, что ответ для него окажется болезненным. А еще Гарри увидел, как Северус опустил на миг голову, но сразу же поднял ее, встречаясь с ним взглядом.

- Среди тех, кого ты знаешь, профессор Слагхорн и профессор Синистра. Из гриффиндорцев Парвати и Дин... И Хагрид...

Когда Гарри услышал, что Хагрид тоже погиб, то почувствовал, как на глаза навернулись слезы и потекли по щекам. Он не мог их остановить, хотя раньше и получалось. Но сейчас для него оказалось слишком тяжело.

Гиганта, который ввел его в магический мир, больше не было...

- Мне очень жаль, - прошептал ему Люциус, - я знаю, как ты его любил...

- Но вы... вы...

- Конечно же мы не так ценили его, как ты, - тихо произнес Северус, - скорее всего потому, что мы с ним все же вели себя намного сдержанней. Мы всегда боялись сказать что-то, что он мог повторить кому-то другому... Но ничто не может помешать нам быть здесь, с тобой, поблизости, ради тебя, ведь ты сейчас чувствуешь боль...