Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

посоветовала надеть широкое платье, чтоб живота видно не было, и разводиться сейчас. А с алиментами она уладит. Через две недели Юля благополучно развелась без выплаты алиментов бывшему мужу.

На Новый 2012 год Рита с Кевином полетели в Атланту. Американцы не особо отмечали этот праздник. Главный праздник для них – Рождество. А праздновать через неделю опять уже не хотелось. Но у русских Новый год – главный праздник. Есть такое поверье: как встретишь Новый год, так и проживешь весь год. Вот Рита и хотела встретить праздник весело, в компании любящих ее людей. Майя очень обрадовалась приезду бабушки, предложила ей спать вместе на своей кровати, чтоб можно было поболтать. Так и сделали: мужчины спали в гостиной, а дамы в спальне.

– Баба, а ты можешь к нам с папой жить переехать? Вот бы было здорово! Мы бы втроем жили, – мечтательно сказала Майя, лежа рядом с бабушкой на кровати.

– А как же мама? Ей скучно без тебя будет.

– Нет, ей никакого дела до меня нет, у нее есть Вилл.

– Она любит Вилла и тебя тоже, – попыталась разубедить ее бабушка.

– Нет, только папа и ты меня любите, – протестовала внучка. – Я с вами хочу жить.

– Мне надо дом достроить, Майя, а потом возможно я приеду. А лучше вы с папой приезжайте в Бостон.

– Да, в Бостоне лучше. И дом у нас там есть. Наверно, лучше мы в Бостон поедем, – решила девочка.

В Новогодний вечер Рита звонила своим подругам и поздравляла с праздником. Позвонила она и Юле, которая осталась домовничать у Рита, пока та была в отъезде.

– Ну как ты там, отмечаешь праздник? – поинтересовалась тетя.

– Да, квартиранты пришли, еды принесли, я скатерть красную постелила, украсила окна звездочками из бумаги, скоро за стол садиться будем.

Рита пожелала ей счастливого Нового года и распрощалась. Что-то насторожило ее в этом разговоре, но она не могла понять, что.

Вспомнила она об этом разговоре, когда, вернувшись домой, не нашла в шкатулке, стоящей в закрытой спальне, сережек с рубинами, которые хотела одеть на танцы. Она перетряхнула всю шкатулку, думая, что они куда-то завалились, но их не было. Не было и цепочки, которую подарил ей сын со своей первой зарплаты. Она была недорогая, но очень памятная для Риты. Вот тогда она и вспомнила этот разговор под Новый год с Юлей и поняла, что же ее обеспокоило тогда. Это красная скатерть. Рита была аккуратной женщиной, все у нее лежало по местам, и скатерть лежала в кладовке в закрытой спальне. Ключа у Юли не было. Как же она могла достать эту скатерть? Спросить у племянницы она постеснялась, чтоб не обидеть ее подозрением.

Эрик, отец будущего ребенка Юли, все еще жил у Риты. Она хотела его выгнать сразу же, как только он отказался от ребенка, но Юля упросила ее оставить любовника, видимо надеялась, что он вернется к ней. Шел уже пятый месяц беременности, и, хотя Юля чувствовала себя хорошо, от дополнительной работы пришлось отказаться: с животом трудно было мыть пол и ванны и таскать на себе престарелых бабок. За съемную квартиру становилось платить тяжелее. Рита в который уж раз предложила племяннице переехать к ней, и та, наконец, согласилась. Добрая душа Кевин перевез ее имущество в Ритин гараж, а Юля заняла маленькую комнату на первом этаже, которая раньше была Майина. Когда Эрик зачем-нибудь приходил к Рите, она старалась увидеть его и разговаривала с ним так, как будто ничего не случилось. Рита поняла, что она хочет продолжения отношений. Рита предупредила будущего папашу, чтобы он освободил комнату к 1 марта, потому что ее надо будет подготовить к рождению ребенка. В комнату, где сейчас жила Юля, детская кроватка не вмещалась. Он стал возмущаться, что ему некуда идти, но поорав и попугав его полицией, Рита смогла все-таки избавиться от него. Он ушел, оставив кучу мусора и коробок с бумагами. Женщины пришли убирать комнату.

– Ты знаешь, где живут его дед с бабушкой? Как мы его искать будем, если он понадобится? – спросила Рита.

– Нет. Знаю только, что где-то на набережной, но в каком доме конкретно – не знаю, – огорченно ответила Юля.

– Надо будет на алименты на него подать, – предложила Рита. – Здесь с этим строго.

– Может не надо? Он же не хотел этого ребенка, – запротестовала племянница.

– А на какие деньги ты будешь в декрете сидеть? Тебе через 8 недель на работу выходить надо, а его куда?

– Мне обещали месяц отпуска дать, потом еще месяц без содержания. Так что четыре месяца буду с ним.

– А потом?

– Что-нибудь придумаем, – с улыбкой ответила Юля, с надеждой гладя на тетю.

– Ну-ка давай поищем среди этих бумаг адрес деда или тети, вдруг пригодится, – предложила Рита.

Они принялись перебирать мятые конверты и счета.

– Вот, кажется нашла, – Юля протянула конверт с именем и фамилией Эрика.

– Отлично! Прибереги это, думаю, пригодится.

У Юли зазвонил телефон.

– Да, мама… Все хорошо… Переехала к тете Рите… Рада, что ты позвонила, я не слышала тебя 3 месяца… Да, в апреле рожаю… Мама, да перестань ты, ради Бога, ерунду говорить!

Потом она отключила телефон даже не попрощавшись.

– Что там опять? – поинтересовалась Рита, предчувствую недоброе.

– Мать опять чудит! – сквозь слезы ответила племянница. – Сказала, что если я не сделаю преждевременные роды, то она уйдет в монастырь грехи замаливать, что она проститутку воспитала, и обе квартиры отпишет монастырю. А отец и брат останутся на улице жить благодаря мне. Я во всем виновата буду!

– Ну, и ты думаешь она серьезно в монашки пойдет? С ее то характером? Разве что только попов развращать, – попыталась успокоить ее тетя.

– Да я понимаю, – вымученно улыбнулась Юля, – а все равно обидно.

– Давай закончим уборку и пойдем пить чай, – перевела разговор Рита.

В середине марта по американскому обычаю Рита устроила бэби шауер – обмывание еще не родившегося ребенка Юли. Узи показало, что будет мальчик. Юля даже имя ему дала – Андрей или Эндрю по-английски. Назвала она его так в честь своей первой школьной любви. Они любили друг друга, но мать не дала ей с ним встречаться. Рита заранее распределила, кто что будет дарить, чтоб подарки не повторились и чтоб у малыша все было. Кевин выделил на это 500 долларов. Купили на них кроватку, сидение в машину, пеленальный столик и еще всяких нужных мелочей. Рита купила коляску. Подключила она к этому мероприятию и будущего папашу. Он выделил 20