Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

не успевает, стрелок бросил арбалет, и резким движением сорвал с пояса несколько ножей, веером бросая их в нашу сторону. В его глазах светилась холодная ненависть.

Ножи бессильно распались прахом. Я же слегка наклонил голову, прислушиваясь к силе вокруг.

В следующий миг вокруг незадачливого убийцы заклубился серый туман, разъедая его заживо. Человек страшно закричал…

Вскоре от него остался лишь скелет.

— Остался ещё один. — кивнул я Лие. — Подними этого. Выйдет неплохой скелет…

Девушка решительно кивнула и шустро достала из складок мантии кисточку, а затем, высунув язык, без колебаний проколола себе палец заострённым задним концом кисточки, и принялась выводить на костях символы. Ответственная: решила сразу поднять хорошую, качественную нежить, не ограничиваясь простым проклятьем.

Я медленно прошёл в небольшую спальню, что скрывалась за дверью из числа тех, что были в обеденном зале. Именно здесь находился последний из живых людей в этом доме…

Рядом послышался, тихий, приглушённый судорожный вздох. Человек, находившийся в спальне, дрожал от ужаса. Я сделал первый, медленный шаг, заставляя скрипнуть деревянные половицы. Звуки как отрезало… Но я и так знал, где находиться последняя жертва.

Пожалуй, стоит выдержать ещё немного: сделав несколько медленных шагов я замер в центре комнаты, словно осматриваясь. А затем резко развернулся, выбросив руку в сторону большого дубового шкафа. Поток чёрного тумана рассеял шкаф вместе с одеждой, оставив человека нетронутым. Требовался немалый контроль, чтобы заставить смерть уничтожить материю, не навредив живому существу: но у меня вновь получилось. Молодой парень, лет шестнадцати, смешно рухнувший на пол, и забившийся в угол. Из его руки выпал дорогой, инкрустированный драгоценным камнями кинжал…

Да, это определённо был трус. Судя по одежде и кинжалу, достаточно богатый: возможно, один из сыновей старого барона, или даже внук…

В глазах юноши светился животный, слепой ужас.

— Кто это у нас здесь? — широко улыбнулся я, делая шаг вперёд.

Парень попытался отползти назад, но он и так уже упёрся в угол стены, так что ничего не вышло. Я сделал ещё шаг, и на брюках юноши появилось мокрое пятно. Он даже не попытался поднять лежащий рядом кинжал для защиты.

— Я убил всех в этом доме, кроме тебя. — задумчиво произнёс я, поднимая кинжал. — Но они были довольно несговорчивыми, понимаешь? Однако ты кажешься смышлёным парнем. Как тебя зовут?

— Эйлин… — тонким писком выдавил из себя имя парень.

— Ты хочешь жить, Эйлин? — мягко, вкрадчиво спросил я, присаживаясь напротив труса.

Юноша судорожно кивнул, сжавшись.

— Тогда у меня будет для тебя особое задание. — хищно улыбнулся я. — Ты знаешь, как называется ближайший крупный город?

Эйлин быстро кивнул, втягивая шею.

Я поднялся, отходя чуть в сторону.

— Я хочу, чтобы ты доставил послание в этот город. Расскажи им о том, что случилось здесь. Расскажи, что я сделал с твоим домом. Поведай им о том, что здесь не осталось ничего живого.

— Ничего? — от удивления юноша, на миг, казалось, утратил страх. — Вы хотите сказать, что убьёте всех!?!

Я улыбнулся, заставив Эйлина вздрогнуть.

— Пройдись по улицам, посмотри. Ты должен доставить послание градоначальнику… Но не думай, что я поверю тебе на слово. Если ты этого не сделаешь, через две недели тебя убьёт проклятье. Скажи ему, что у него есть всего два выбора… сдаться или умереть. А теперь ступай и скажи стражам на выходе, чтобы они проводили тебя. На экскурсию по городу, если хочешь, или просто за его стены… А затем можешь быть свободен.

Он был трусом, но не был дураком. Боязливо оглядываясь, юноша неловко прицепил к поясу кинжал, достал из тумбы рядом с кроватью небольшой кошелёк и мигом покинул комнату. Этого времени мне вполне хватило, чтобы наградить его проклятьем отложенной смерти. В конце концов, свободу можно понимать по-разному, верно? Оставлять гонца в живых я не собирался при любом раскладе…

— Что за проклятьем вы наградили этого труса, учитель? — живо поинтересовалась Лия, продолжавшая наносить символы на каждую кость скелета. — Я успела почувствовать его, но он так быстро убежал…

— Одна из хороших вариаций отложенной смерти. — улыбнулся я ученице. — Шаг за шагом отключает нервную систему. Сперва пальцы, потом ноги и руки… Двигаться и делать что-либо ты ещё можешь, но не чувствуешь слабости, усталости или боли… Изнутри может показаться, что ты постепенно превращаешься в живого мертвеца. В какой-то мере так оно и есть. В самом конце, когда проклятье доходит до мозга, то сводит человека с ума, заставляя его атаковать окружающих. Лучшие из мастеров смерти, освоившие этот приём, могли убивать с его помощью офицеров и лидеров врага: но я редко пользуюсь подобным, поэтому не рассчитывал точное время и не вносил дополнительных условий. Главное, что он умрет вскоре после того, как доставит сообщение.

— Разумно. — кивнула ученица. — Простите, учитель, мне нужно ещё немного времени, чтобы закончить… — извиняющимся тоном сказала Лия, продолжая ловко раскрашивать скелет своей кровью.

Я добродушно махнул рукой.

— Приходи в спальню, как закончишь. — зевнул я. — Думаю, мы заслужили хороший отдых…

Она справилась быстрее, чем я ожидал. Мы задержались в городе ещё на три дня: всё же, вырезание окрестных деревень было сложным, изматывающим маршем для мастеров смерти, что не обладали сверхчеловеческой выносливостью. Да и в самом городе была уйма работы… Неделя изнурительной работы почти без сна и отдыха: но всё же, они держались и хорошо прогрессировали.

Отдых после кровавого марафона это хорошо, однако я понимал, что вечно так продолжаться не могло. Сотня некромантов — могучая сила, но даже этого недостаточно, чтобы в считаные недели или даже месяцы поднять целые легионы. Особенно если не забывать о качестве нежити…

Конечно, большую долю работы делал я сам, но даже я не мог поднимать легионы высшей нежити мгновенно. Требовалось сосредоточенность, концентрация, немалые усилия: и если в жертвах недостатка не было, ментальная усталость всё равно копилась.

За десять дней мы переработали примерно десять тысяч человек. Примерно - потому что никто не считал. Скорее всего, даже больше, но никто не вёл точного подсчёта. Несколько тысяч в деревнях, и несколько тысяч в самом городе.

По итогу получилось порядка двух тысяч крепких мёртвых легионеров солидная армия, способная задать жару дружине какого-то герцогства. Вдобавок к этому добавлялись несколько сотен костяных гончих, собранный на скорую руку конный транспорт для некромантов и части рыцарей, что возглавляли