Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

слегка и парус один порвало. Еще один камень упал в воду.

'Кокетка' тем временем, оправдывала свое название. С легкостью записной кокетки, она развернулась чуть ли не на месте, и направилась назад, к 'Ворону'. Прежде, чем там успели зарядить катапульты и нацелить их, корабли уже оказались рядом.

И снова - выстрел!

Только на этот раз 'Кокетке' сбило напрочь мачту, но было уже безнадежно поздно что-то менять. Корабли уже сблизились так, как это надо было именно 'Кокетке'.

- Беееееейте иииииих! - взвыл Бертран.

На него никто не обратил внимания. Сказали ему - брысь, ну так это ДО боя, а когда уже началось, тут не до всяких сопляков.

Вот, уже чуть-чуть, ну же, еще буквально пару метров...

Абордажные крючья взлетели в воздух и впились в борта судна. Послышался хряск дерева, и прежде, чем пираты опомнились, матросы 'Кокетки' кинулись вперед.

Безумие?

Но загнанная в угол мышь частенько кидается вперед, на кошку, и может серьезно укусить. А у 'Кокетки' и выбора-то другого не было.

Или нападут они - или на них, но если они атакуют, то драться будут на палубе чужого судна. Их корабль уцелеет...

Рэн и Изао шли в первых рядах.

Какое к ним имеет отношение эта схватка?

Да помилуйте, никакого, одни круглоглазые режут других! И пусть бы они все друг друга переубивали, мир чище будет, только вот... Рэн тоже находится на борту 'Кокетки', и деться ему некуда. Что - пираты его пощадят, потому что он с Шагрена?

Как же жди!

Может, еще и поиздеваются специально!

Так что выбора нет, драться и только драться. И мужчины наглядно показывали, почему Чернозубых считают элитой. Они резали пиратский строй, как нож - мягкий сыр, мечи и кинжалы в их руках не останавливались ни на секунду. Это не лес, и хитростей тут не будет, просто бой накатом, валом, стенка на стенку, а это Чернозубые отлично умели!

Случись то памятное сражение в лесу не среди деревьев, а где-то на поле, и никто из охотников не ушел бы. Но лес...

Лес для Чернозубых был врагом, именно он был виноват в их поражении. А вот палуба... это обыденно, это привычно, на кораблях шагренцы воевать умели. И сражаться тоже.

Именно шагренцы стали острием атаки. Именно они шли вперед, вымещая на пиратах свое унижение, беспомощность, потерю друзей... и пираты дрогнули. Они сражались отчаянно и умело, но Рэн и Изао не допускали ни единой ошибки. Они были, словно одно четырехрукое жутковатое существо, с бешено горящими глазами, с казалось, сотней блестящих клинков, и пираты не выдержали. Особенно, когда Рэн, сам того не заметив, свалил капитана 'Ворона'.

Он и не понял, кто это тут с цепом кинулся... просто привычно парировал, отвел удар, шевельнул мечом - широкие взмахи не для корабля, палуба не даст махать мечом, как мальчишка - палкой!

Рэн и Джиро шли к юту, медленно и уверенно, и постепенно матросы с 'Кокетки' занимали вражеский корабль.

- Сдохни!!!

Удар еще удар, кровь брызжет в лицо, но вытирать ее некогда, клинок пляшет в руке, словно продолжение кисти, и поет, поет свою смертельную песню, он давно не стальной - алый от крови, но рукоять, обтянутая шершавой акульей кожей, не скользит в пальцах.

Рэн отбивает ударь и бьет сам, и снова, и еще раз... а потом как-то оказывается, что враги заканчиваются.

И он стоит на полуюте, и никак не может понять, что же произошло? Где - все?

Пираты закончились.

Да?

Закончились же?

А потом сильный толчок в бок, от которого Рэн отлетает в сторону, едва не падая навзничь. И медленно, словно в дурном сне, оседает на палубу Изао.

- Друг!

Рэн подхватил его под мышки, помог опуститься на палубу, Изао улыбнулся краешками губ.

- Не надо...

Рэн и сам видел уже, что все бесполезно. Короткий арбалетный болт ударил в печень, это не вылечишь... это или быстро, сейчас, или, если попробовать помочь... все равно быстро, но мучительнее.

Изао прикрыл глаза.

- Это была хорошая жизнь, друг. До встречи.

Рэн до крови прикусил губу. И не остановить, не удержать... не поможешь тут никак. Вообще ничего не сделаешь, разве что проводить... Джиро, Изао...

Теперь он один.

Говорят на Шагрене, если ты один - это ничего не значит, ты все равно победишь, только вот стоит ли победа заплаченной за нее цены? Рэн не знал.

И потому... где стрелок?

Ах, вот он? Несколько пиратов пока еще сопротивляются, и этот тоже... вот, он отбросил арбалет в сторону, тянется к клинку...

Рэн преодолел расстояние до него одним прыжком, схватил за горло.

- Тварь! УБЬЮ!!!

Больше всего ему сейчас хотелось вцепиться в горло негодяя зубами, рвать в клочья... ненавижу!!!

НЕНАВИЖУ!!!

Удар в правый бок Рэн отбить успел, но не до конца. Получилось сильно, его точно достало, но и Рэн своего добился, стиснул пальцы, выдавливая из пирата жизнь...

Выдохнул, оседая навзничь...

Даже если он умрет, это была хорошая драка. Ты был прав, Изао.

Ты был прав, брат...

 

***

- Живой?

Капитан 'Кокетки' смотрел на шагренца сверху вниз.

- Живой, - отозвался боцман, без особых нежностей переворачивая Рэна на спину, и вырывая у него тихий стон. Больно же... - Думаю, и жить будет, если рана не загноится.

- Это хорошо. На койку его, и пусть лекарь посмотрит. Если б не эти узкоглазые, нас бы точно смяли.

- Я ему свою каюту уступлю, - вмешался боцман. - Если б не они... сейчас нас бы за борт скидывали. Пусть отлежится спокойно.

Матросы встретили это решение дружным одобрительным ревом и занялись делом.

Предстояло очень много работы.

Надо было повязать пиратов, согнать их в трюм, перевести часть команды на 'Ворона', расцепить корабли, посчитать курс и направиться в Картен - или Эрланд? Сейчас надо смотреть, куда им ближе. Какой уж тут Шагрен? Без мачты-то?

А еще помочь раненым, похоронить мертвых, описать трофеи... даже просто - вымыть палубу! Дел предстояло очень много, шагренцам за помощь спасибо, но сейчас-то от них пользы не будет. Вот и пусть парень лежит, а юнга ему поможет.

Капитан был из Эрланда, так что относился к шагренцам вполне нейтрально. Есть они, нет их... какая разница? До них слишком далеко, чтобы он еще думал тут о всяких разных. Сейчас они пригодились, так что можно быть великодушным, и отплатить добром за добро.

Так и оказался Рэн на койке, а ухаживать за раненными