Фрунзе. Тайны жизни и смерти - В Рунов

Сама же Германия рассчитывала, прежде всего, на большие уступки со стороны большевиков. Но Советская Россия в лице Л.Д. Троцкого и его сторонников сопротивлялась требованиям немцев. Переговоры в Брест-Литовске постепенно заходили в тупик.

Несмотря на революционные события, происходившие в Петрограде, Москве и других городах, фронт русских войск против немцев и австрийцев до конца 1917 года кое-как продолжал держаться. Тысячи патриотически настроенных офицеров, сотни тысяч верных присяге солдат продолжали оставаться в своих частях, охраняя вверенные им позиции. Продолжала существовать Ставка Верховного главнокомандующего во главе с бывшим прапорщиком Н.В. Крыленко, которая хотя и не могла никак руководить войсками в оперативном отношении, но кое-как контролировала обеспечение фронта продовольствием, вещевым имуществом, медикаментами и боеприпасами.

Правда, так долго продолжаться не могло. В конце января 1918 года, получив сведения о революционных событиях в Германии и расценив их как начало «всемирной» революции Н.В. Крыленко без ведома Совета народных комиссаров направил на все фронты приказ о прекращении военных действий и демобилизации русской армии. В самой солдатской среде этот приказ был

встречен с пониманием. Солдаты говорили: «Правильно, пора по домам. Прижмем буржуев, а там настанет время сеять». Началось неудержимое разграбление войсковых запасов, складов с оружием, массовое неповиновение командирам.

Узнав об этом, В.И. Ленин постарался выправить положение, аннулировав приказ Верховного главнокомандующего. Но было поздно — начался массовый уход солдат с позиций, а в ряде случаев и целых армейских частей с фронта. По пути грабилось все, что имело хоть какую-то ценность. Огромные толпы вооруженных, зачастую пьяных людей под красными знаменами хлынули с фронта в глубь страны.

Разложение русского фронта позволило германскому командованию 18 февраля возобновить наступательные действия. Главный удар наносится на севере, на петроградском направлении. Остановить это наступление поручается бывшему председателю Центробалта матросу П.Е. Дыбенко. Но красногвардейские отряды и отряды балтийских моряков противостоять регулярным войскам германской армии не могут. Начинается беспорядочный отход, быстро превращающийся в повальное бегство. Теряется управление, положение становится критическим.

За сдачу Нарвы П.Е. Дыбенко был отдан под суд, но в ходе этого процесса разгорелся жаркий спор. Одни считали Павла Ефимовича виновным в случившемся, другие во всем винили обстоятельства. Командующий был оправдан, но исключен из партии. Позже, как насмешка над отечественной военной историей, именно 23 февраля 1918 года — день сдачи Нарвы — был объявлен Днем Советской армии.

Наступление германских войск продолжалось. 27 февраля пала Ставка Верховного главнокомандующего русской армией, расположенная в Могилеве. В этот же день немецкие самолеты сбросили первые бомбы на Петроград. 2 марта немецкие части находились немного больше, чем в ста километрах от окраин этого города. Ленин распорядился взрывать мосты на подступах к столице.

Немцы наступали и на других направлениях. На юге по согласованию с украинской Центральной Радой они вошли в Киев и беспрепятственно продвигались дальше на восток.

В.И. Ленин требовал заключения мира с немцами любой ценой. В ночь с 23 на 24 февраля он добился, что большинство членов Центрального исполнительного комитета (116 против 85) проголосовали за подписание Брестского мира. Желанный мир был подписан 3 марта.

По условиям этого мира Россия потеряла Финляндию, Эстонию, Латвию, Литву, Польшу, западные районы Белоруссии, Украины и Бессарабию. До войны на этих территориях проживало около 62 миллионов человек (треть всего населения Российской империи). Там располагалась треть пахотных земель, 80 % сахарной свеклы. Потери составили 9 тысяч заводов, 73 % запасов железной руды. Советская Россия должна была уничтожить свой Черноморский флот, а на Балтике ей оставляли единственный порт — Кронштадт. Большевики согласились возвратить 630 тысяч пленных. Кроме того, Россия отдала Германии 800 локомотивов, 8000 железнодорожных вагонов, 2600 пушек, 5000 пулеметов, 2 миллиона артиллерийских снарядов и множество другого военного имущества.

В это же время внутри самой страны все сильнее разгоралось пламя Гражданской войны. Первым ее очагом стала Область войска Донского, где была сформирована Добровольческая армия под командованием генерала Л.Г. Корнилова. После гибели А.М. Каледина в конце зимы 1918 года ее войска под напором красных отошли на Кубань.

В начале марта 1918 года отряды Красной гвардии и части 39-й казачьей дивизии начали наступление на Екатеринодар. В ночь на 14 марта советские войска вступили в этот город. 31 марта при наступлении на Екатеринодар от прямого попадания артиллерийского снаряда в дом, откуда он руководил боем, погиб генерал Л.Г. Корнилов. Командование Добровольческой армией принял генерал А.И. Деникин. Под его знамена начали стекаться с территории Европейской России все силы, недовольные большевиками, к Деникину потекли деньги «союзников» из-за рубежа. На юге формировался мощный фронт Гражданской войны.

Создание восточного фронта и мятеж М.А. Муравьева

Так, как сама Красная Армия является только орудием определенного режима, то основную гарантию против бонопартизма, как и против всяких других видов контрреволюции, надлежит искать в самом режиме.

Эшелонная революционная война, начавшаяся со столичных и западных фронтовых районов, продвигаясь на восток, быстро теряла свою политическую силу, превращаясь в откровенный бандитизм и мародерство. Сотни никому не подчиненных вооруженных отрядов солдат и матросов с красными повязками на рукавах врывались в тихие городки, все грабя на своем пути. Разграбив, «революционеры» митинговали на центральной площади, прибивали красное знамя к одному из зданий, создавали местный революционный комитет и следовали дальше. Конкретной программы действий и единого командования не было, каждый старался сам за себя. В результате этого происходило стремительное разрастание безвластия под красным флагом, которое позже советские историки назовут «победным шествием революции».

Массовые беспорядки и грабежи не могли приветствоваться жителями тихих городков и особенно крестьянством. К весне 1918 года на Волгу, Урал и в Сибирь начали возвращаться с фронта многие офицеры, солдаты и казаки, не принявшие октябрьский переворот. Объединившись с местными органами власти, полицией, частью населения, они начали оказывать сопротивление «революционным» отрядам.