Искупление - Джейн Рейб

– Ферил? – спросил Грозный Волк, моля всех ушедших Богов, чтобы это была она.

Хихиканье не прекращалось, к тому же теперь он смог разобрать несколько слов: «Дамон», «любимый», «держи меня», «я по тебе скучаю». Нет, он ошибся, это не Ферил, слух подвел его, это какая-то другая из его женщин.

– Рики? – снова спросил Дамон. Да, это могла быть она. Голос был высокий, приятный и уж точно эльфийский.

– Любимый, любимый, любимый, – зазвучало в ответ.

– Рики…

Теперь Грозный Волк был уверен, что это полу-эльфийка. Его захлестнула волна воспоминаний. Бывшему рыцарю нестерпимо захотелось поговорить с Рикали, он желал слышать ее голос, знать, как она живет, всего ли у нее в достатке, окружена ли она должной заботой, родила ли она уже и как себя чувствует ребенок. Ведь это же его ребенок! Нет, наверное, еще не родила, еще рано. Слишком мало времени прошло. Но это случится совсем скоро, может, уже через несколько дней, через неделю, самое позднее – через месяц.

– Любимый… Любимый… Любимый… Да, Рикали часто называла его так.

– Любимый…

– Рики, ты где?! Рики, это я, Дамон! Я здесь, Рики!

Правда, Грозный Волк тут же пожалел, что назвал ее имя. Хотя полуэльфийка следовала за ним повсюду – даже после того, как вышла замуж, – она не могла забраться так далеко, не могла перейти через Лес Квалинести и перелететь через море… Где бы они сейчас ни находились, это было попросту невозможно. Но вдруг?

Нет, этот смех, эти нежные слова точно принадлежали ей.

– Это невозможно, – прошептал бывший рыцарь.

– Нет ничего невозможного, Дамон. Я здесь, я же так скучала по тебе. А ты скучал?

Голос и смех стали еще громче, а воздух – еще Холоднее. Здесь стало так же морозно, как у покосившегося дома и у отеля, на пороге которого Грозный Волк оставил Рагха – словно суровой зимой.

Несмотря на холод, Дамон чувствовал близкое присутствие чего-то живого. Вдруг голос снова изменился. Он стал немного походить на мужской, отчего бывший рыцарь решил было, что где-то рядом Мэлдред, но затем превратился в такой глухой, зловещий и скрипучий, что Грозный Волк растерялся. Теперь его едва ли можно было принять за человеческий. Дамон понял, что кто-то хочет напугать его, добиться паники, поэтому не только не дал страху, овладеть собой, но и страшно разгневался на невидимого врага. Теперь ему было ясно, что это не Ферил и не Рикали.

Инстинктивно Грозный Волк бросил руку к поясу, чтобы выхватить меч, но его пальцы сжали воздух – он совершенно забыл, что выронил клинок в море.

«Как я мог забыть про оружие! – пронеслось в голове Дамона. – Может, это странное масло в лампе одурманило меня? Ведь мы все безоружны! Где теперь Фиона и Рагх, как я мог их оставить?!»

– Фиона! – крикнул бывший рыцарь. – Где ты? Сосредоточившись, он вспомнил, что соламнийка покинула их около покосившегося дома – пошла искать ведро, чтобы зачерпнуть воды в колодце, а драконид должен быть около заброшенного отеля.

«Как я мог отпустить друзей гулять поодиночке в этом странном городе, где нет никаких признаков жизни? Это с самого начала было небезопасно – здесь повсюду провалы и зыбучие пески. Какая невнимательность, какая беспечность! Это так непохоже на меня прежнего! Когда-то я, бывший Рыцарь Тьмы, помнил, что команда должна держаться вместе. О, Темная Королева! Неужели со мной что-то не так? Может, меня околдовали?»

– Фиона! Рагх! – снова закричал он.

– Да, это сделала я, Дамон Грозный Волк. Одним усилием воли я разлучила тебя с твоими спутниками. По отдельности с вами легче расправиться.

Бывший рыцарь обернулся, собираясь разглядеть, кто же это говорит, но увидеть человека даже не надеялся. «Может, это потомки опять меня преследуют? Или призрак гадалки, которой когда-то принадлежало это заведение? А, какое-то магическое существо. Кажется, вот там.»

Из-под стола выползла какая-то тень, пересекла комнату и неподвижно застыла в нескольких футах от него. Из нее повалил слабый дымок, затем клубы густого черного дыма, и наконец в воздухе возник образ существа, напоминающего потомка черной драконицы. Но, в отличие от последнего, у этой твари были блестящие глаза бело-желтого цвета, а на макушке торчали кривые рога. Дамон затруднялся определить, что это за существо, но с виду оно было настолько отвратительным, что даже хладнокровного Рыцаря Тьмы, хоть и бывшего, слегка передернуло.

Тварь распахнула крокодилью пасть, тонкий острый язык вылетел наружу и оказался в нескольких дюймах от лица Грозного Волка. Тот не шелохнулся, и чудовище отдернуло язык, его морда сморщилась, пошла волнами и через несколько мгновений превратилась в некое подобие человеческого лица. Затем в течение минуты существо приняло очертания сначала Ферил, диковатой эльфийки, затем прекрасной Рикали, Мэлдреда и, наконец, погибшего морехода Рига.

– Кто ты или что ты? – строго спросил Дамон, не столько вопрошая, сколько требуя.

– Я – порождение Хаоса, – ровным голосом ответило существо, из его рта повалил снег. Снежинки кружились в воздухе, падали на пол и тут же таяли, образуя под ногами Дамона растущую лужу.

– Нежить…

– Пожалуй, что так, – ответило существо голосом Рига, в точности копируя эрготианский выговор морехода. – Бессмертие, вечная жизнь – так уж я создана. Жители этого города прозвали меня Воплощением Хаоса.

– Те самые люди, которых ты потом убила?

– Твоя спутница… – Существо, копирующее голос Рига, сделало паузу и многозначительно вздернуло подбородок, словно подбирая подходящее выражение, затем высунуло изо рта тонкий змееподобный язык и медленно облизало губы. – Женщина, которая путешествовала с тобой, Фиона… Она обвиняла меня в том же, в чем и ты. А на самом-то деле она…

Дамон отскочил от мерзкой твари, подбежал к стене и с силой дернул вниз одну из узких деревянных полок. Обезьяньи черепа и склянки с порошками с грохотом повалились на пол. Грозный Волк схватил полку, сделал резкий выпад в сторону существа, орудуя доской, за неимением лучшего оружия, и тут же зарычал от ярости: дерево прошло сквозь призрак Рига, как сквозь пустое место.

– Ты демон! – вскричал он, яростно размахивая полкой, цепляя ею за занавески, ленты, платки, обрывая их с корнем, но не мог причинить никакого вреда Воплощению Хаоса.

– Глупец, – произнесло существо, протянуло вперед руку и с силой толкнуло Дамона в грудь, так что тот отлетел на несколько футов.

Грозный Волк удивился: рука твари казалась вполне осязаемой, к тому же она была холодной как лед. Он снова сделал выпад, размахнулся и с силой ударил тварь полкой по руке. Существо рассмеялось: дерево опять прошло, не встретив препятствия.