Хроники орка - Юлий Стрелецкий

самого дракона. В случае успеха, наградой служит всё золото, что скрыто в его пещере. Я собираюсь принять участие в этом походе.

— Ну, и?

— Ну и приглашаю тебя с собой!

— Зачем мне это? — пожал плечами орк. — Пусть дракон живет. А я лишь хочу найти своих.

— А золото? Неужели тебе не нужно золото? Думаю, оно значительно облегчило бы любой поиск, — не сдавался харадрим.

— Ну, золото — это, конечно, неплохо. А что, убить дракона — реально? — заинтересовался Сэм.

— Конечно! — воскликнул Фасимба. — Только никто до сих пор этого так и не сделал.

Орк громко расхохотался.

— Тогда зачем ты идешь туда? — спросил он у человека. — Ты готов променять свою жизнь на призрачное золото дракона?

— Золото не имеет для меня значения, — Фасимба стал неожиданно серьезен. — В Хараде только женщины ценят блестящие погремушки. У нас нет денег. Мы свободные люди и ценим простые вещи: гордость, отвагу, мужество и честь воина. Поступок для нас во сто крат важнее бездушных слитков или камней.

— Ха-ха! Меня уговариваешь, а сам…, - рассмеялся орк.

— Я просто знаю, как северяне любят золото, — начал оправдываться чернокожий.

— Тогда зачем?

— Ради подвига! Я — великий воин своего народа и совершил много поступков, которыми горжусь. В нашей земле тоже есть драконы. Одни живут в реках и убивают огромных буйволов. Посмотри на мою кожу — она повторяет рисунок на их спинах. Другие ходят на двух ногах, почти как люди. Я убил сотни речных драконов и десятки двуногих бескрылых тварей, что живут в джунглях. Убью и этого! Ты со мной?

— Они тоже дышат огнем? — уточнил орк, указывая на кожу харадрима.

— Эти — нет, — отмахнулся Фасимба. — Так ты в деле?

«Почему бы и нет? — подумал Сэм. Слова Фасимбы зажгли в нем было задремавший огонь, под названием: жажда приключений, подвига и желание бросить вызов силам природы, куда более могущественным, чем он сам. — Кроме того, там будут самые сильные воины со всей Арды. Возможно, среди них найдутся и орки? Тогда я смогу, наконец, встретить кого-то похожего на меня!»

— Я с тобой, — кратко ответил орк.

Несмотря на свое название, Драконий Город всячески декларировал борьбу с драконом, из-за которого он, якобы, терпел постоянные лишения. Именно поэтому городской магистрат раз в пять лет призывал смельчаков и героев для того, чтобы они помогли жителям избавиться от этой напасти. Правда, мероприятие это давно стало традиционным. Что говорило о безуспешности предыдущих попыток.

Но Сэма поразило не это. Ему показалось, что вопреки декларациям, горожане если не гордятся, то точно эксплуатируют образ своего волшебного тирана.

Изображение дракона встречалось повсюду: на воротах, ведущих в город, в качестве флюгера на крышах домов, в виде свистков в руках у шныряющих под ногами детей и, главное, в качестве изображения на монетах, которые чеканила городская власть.

— А это что? — спросил орк, когда дорогу им преградила грандиозная процессия.

По одной из главных улиц, прямо поперек того пути, по которому, руководствуясь какой-то своей целью, вел его харадрим, люди в белых одеяниях несли… лодку. Довольно большая, едва ли не размера речной ладьи, украшенная цветами, она покоилась на платформе, закрепленной на длинных шестах, которые держали крепкие руки молодых мужчин. Но основную часть шествия составляли девушки с распущенными волосами, идущие за лодкой в длинных белых рубахах без поясов. Кругом себя они разбрасывали цветы.

В самой лодке сидела ещё одна девушка в таких же одеждах. Стоит ли говорить, что нос плавсредства украшала вырезанная из дерева голова дракона?

— Раз в пять лет, тогда же, когда люди пытаются убить дракона, они вынуждены приносить ему в жертву самую красивую девушку. Естественно, невинную, — объяснил Фасимба. — Это часть ритуала. Её отправят к нему в пещеру. Туда, куда в скором времени отправимся и мы.

Фасимба знал, куда шёл. Наконец, после блужданий по улицам города, они очутились перед заведением, вход в которое венчала вывеска с непонятной надписью: «Бонавентуре». Харадрим решительно шагнул в полумрак питейного зала, а орк последовал за своим новым другом.

Сэм дождался, пока глаза человека привыкнут к освещению, вернее его отсутствию, и тот шагнет к столу, за которым виднелись две фигуры, сидящие спиной к новоприбывшим. В одном из них орк тут же определил гнома. Это было нетрудно: невысокий рост при крайне широких плечах. Венчала неказистую, на первый взгляд, конструкцию абсолютно лысая голова, от кожи которой, кажется, даже отражался свет немногочисленных свечей, лишь немного освещающих кабак. Обладатель другой спины был высок и крепок. Широк в плечах, а волосы скрывались за капюшоном, который их хозяин не стал снимать даже в помещении. Следовал логичный вывод — человек.

Судя по всему, это были именно те, кого искал Фасимба. Не дожидаясь приглашения, харадрим уселся за их стол и потянул за собой орка.

— Это Сэм, — представил его Фасимба. — А меня зовут Фасимба. Я так понимаю, вы — те ребята, с которыми мне предстоит идти убивать дракона?

Гном кивнул. Теперь, оказавшись лицом к лицу с этими личностями, Сэм понял, что насчет него он не ошибся. Помимо чисто выбритой головы у гнома имелась длинная седая борода, первоначальный цвет которой уже нельзя было определить. Также, как и нельзя было определить его истинный возраст. Ведь дверги живут до тысячи лет. Впрочем, несмотря на свои, возможно солидные года, гном выглядел довольно устрашающе. Кроме широких плеч, о неимоверной силе говорили короткие мускулистые руки. Довершала образ обмотанная кожаным ремнем рукоять огромного боевого молота, торчавшая из-под стола.

— Да, это — то самое место, где традиционно собираются те, кто хочет идти в поход на крылатого змея, — подтвердил он, выдернув пробку из стоявшего прямо на столе бочонка, и наполняя рог струей какой-то темной жидкости, льющейся оттуда. — Как видишь, здесь нет других, подходящих на эту роль персонажей.

Гном обвел широким жестом зал, где, кроме них, было всего несколько людей, похожих на мелких лавочников. Орк не заметил, как на столе перед ним оказался такой же, как у гнома рог, заботливо принесенный пышногрудой официанткой. Аналогичный предмет уже держал в руках харадрим. А гном опять выдергивал пробку из бочки и спешил подставить свой кубок и кубки новых знакомых. Эль наполнял сосуды, сбегал по краям и брызгал на уже довольно липкий стол. Наверно, в ожидании компаньонов уже было выпито немало, ведь подобный кубок нельзя поставить на стол, не осушив полностью. Но выпитое, пока не производило на гнома особого впечатления.

— Меня зовут Брокк, — представился дверг. — А это — Виндальв.

А вот на счет второго Сэм серьезно ошибся. Это