Девушка из трущоб - Надежда Игоревна Соколова

поведения при дворе, поэтому упорно делал вид, что никого, кроме соседей по столу, в комнате не существует. Поэтому же, из-за выдержки и практики, подавил в себе удивление, заметив мелькнувшие несколько раз знакомые формы. Что эта туша забыла здесь, кто её вообще выпустил к дорогим гостям?! Каждый раз, когда бывшая поломойка появлялась в поле его зрения, Виктор ожидал грохота: или посуда, или сама уборщица должны были обязательно оказаться на полу. Не с её весом служить подавальщицей! Драила бы себе унитазы!

Молодой человек сам не мог понять, почему его так бесил один вид девушки. Да и не собирался Виктор в этом разбираться. Раз туша появилась на людях, значит, обязательно должна опозориться. Это закон. Но она, к его удивлению, раз за разом ловко расставляла посуду, заменяла приборы, накладывала необходимые блюда. И подобное поведение все больше злило Виктора.

Послеобеденное общение прошло успешно. «Золотой мальчик» подтвердил взятые на себя обязательства отца, изъявил желание расширить рынок, даже согласился вложиться в некоторые экспедиции. Когда же Арталей предложил молодому человеку вместе с семьёй перебраться в столицу Империи, Виктор задумался.

– Я ещё не привык к местному обществу, ваше высочество, – ответил он как можно более обтекаемо. Императорский сын настаивать не стал, лишь заметил, что это предложение всегда в силе.

Назад летели ближе к вечеру, вдвоём с Никитой. Отец друга остался во дворце, решать свои проблемы.

– Ах, какая милашка, жаль, не моя, – вздохнул Никита, проходя в гостиную и наливая в стаканы из стоявшей в баре пузатой бутылки прозрачную янтарную жидкость.

Коньяк Виктору понравился. Видимо, из той же партии, что и земной, на Мирне. Напомнив себе позже уточнить у наследника Империи, по каким каналам идёт напиток, молодой человек уточнил:

– Какая именно? Там много их бегало.

– Бегало? – сверкнул глазами усевшийся в кресло друг. – Такая – одна. Какие формы! А грация! И тихоня! Такие девочки, когда их расшевелишь, хороши в постели. Может, у Арталея её попросить? Жениться не женюсь, конечно, но и не обижу…

Несколько секунд «золотой мальчик» обдумывал сказанное, пытаясь понять, о ком речь. Затем его перекосило.

– Эта туша?! Ты сейчас издеваешься?!

Никита удивлённо посмотрел на собеседника.

– Ты чего взъелся? Хорошенькая девочка. Её причесать, одеть, накрасить, и чудесная любовница выйдет, хоть в город с ней выходи.

Виктор негодующе фыркнул.

– Она сверху ляжет – раздавит.

Внимательный взгляд, долгий, пронзительный, и друг выносит вердикт:

– Да у тебя, Витька, комплексов выше крыши.

В день приёма важных гостей Асю внезапно перевели в помощь прислуге в обеденный зал. Старшая горничная решила, что лишние руки при обслуживании визитеров из Союза Миров просто необходимы, тем более что к Лесте пожаловала подруга, баронесса Гирина, дочь одного из влиятельных коммерческих партнёров наследника Империи, барона Динира. Девочка появилась со своей служанкой, а значит, при необходимости сопровождавшая ребёнка женщина могла оказать услугу и самой принцессе. Именно так рассуждала старшая горничная, поэтому Асю отправили разносить готовые блюда и убирать грязные тарелки.

Услышав приказ, девушка почувствовала липкий страх. Разносить блюда? Ей? С её вечной неуклюжестью и постоянным невезением? Будет чудом, если рядом с ней никто не пострадает… Ах, как же она не хотела идти! Но ослушаться приказа? Немыслимо… Медленно передвигая ноги, аккуратно, словно хрустальную, перенося туда-сюда посуду, Ася непрестанно молилась про себя милостивому Небу, чтобы справиться, не ударить в грязь лицом. Наверное, из-за концентрации на своих действиях она и не заметила сначала знакомую фигуру. Только дважды пройдя мимо бывшего нанимателя, девушка догадалась, кого увидела. Догадалась и сразу же забыла о встрече. Не до того было: слишком много ответственности навалилось на её плечи.

Утро следующего дня выдалось солнечным и тёплым. Выходной. Сладкое слово. И такое долгожданное. А ещё заставляющее волноваться. Встав с кровати, Ася неспешно подошла к шкафу с одеждой. Униформа, старые растянутые свитера и потёртые джинсы… Ничего подходящего… Вздохнув, девушка перевела взгляд на одиноко висевший в глубине шкафа тёмно-зелёный брючный костюм – подарок от поклонника, с которым сегодня нужно было идти на свидание. Идти не хотелось, надевать пусть и новую, но явно чужую, не подходящую по статусу вещь, – тоже. Увы. И мать, и сестра, случайно узнав о сегодняшнем событии, единодушно заявили, что свидание должно состояться. Обязательно.

У её высочества принцессы Лесты было три служанки – Ася, Винара, Диса – и два охранника – Алик и Норт. Алик… Синеглазый шатен со спортивной фигурой, последние дни, не скрываясь, провожал глазами девушку, дважды даже сделал ей комплимент. А потом, ещё до торжественного обеда во дворце, позвал на свидание. Ася тогда стушевалась, пробормотала что-то начет неподходящей одежды. И вечером обнаружила брючный костюм. Правда, не в своей комнате, а в руках у изумленной Сонечки, возвращавшейся в тот момент с учёбы.

Ещё один вздох, и костюм всё же снят с вешалки. Надевала его девушка медленно, в душе надеясь, что охранник не угадал с размером. Но нет, вещь села практически идеально. Расчесав волосы, Ася вышла в коридор.

Алик ждал у входа для прислуги, там, в том самом ангаре, пройдя через который, семья девушки очутилась во дворце. Высокий, мускулистый охранник был одет в такой же костюм, только коричневого цвета и мужского кроя.

– Пришла, – улыбнулся он по-доброму, обнажая ровные белые зубы, и протянул руку. – Пойдем, покажу тебе город.

Ладонь мужчины оказалась мягкой и сухой. Шаги – медленными, неспешными, обращение со спутницей – аккуратным и вежливым.

Столица Империи Асю удивила. Город шумел и кричал, причем не только людьми, но и зданиями, площадями, обстановкой вообще. Идя рядом с Аликом, девушка крутила головой, стараясь если не запомнить дорогу ко дворцу, – сделать это казалось невозможным из-за обилия звуков, запахов и впечатлений, – то хотя бы сложить общую картинку, попытаться понять, какой же он – Шаурас, её новый дом. Стекло, бетон, пластик, модный в последнее время огнеупорный и водостойкий дириний – липкий, но крайне нужный при строительстве материал. Глаза разбегались от разнообразия. Небоскрёб спокойно мог соседствовать с двухэтажным зданием.

– Поговаривают, Шаурас – единственный город в Империи, в котором разрешено строительство без четкого плана, – Алик завел девушку в небольшое кафе из стекла и пластика, сделал заказ роботу, сел на стул