Друзья и любовники - Марианна Эванс

— Привет, Джен.

Они быстро обнялись, и Дженнифер посмотрела на эту женщину, изо всех сил стараясь справиться со своими эмоциями. Но одна мысль пронзила ее: «Какого черта Гвин Олдридж делает в Чикаго?»

Хотя на самом деле Дженнифер это знала. Гвин готова была на все, чтобы уговорить Марка уехать в Нью-Йорк.

Ярость переполняла ее сердце, но она скрывала свой гнев под маской удивления.

— Рада видеть тебя. Когда ты приехала?

— Несколько часов назад. Я даже еще не успела разместиться в гостинице, потому что сначала хотела повидаться с Марком.

«Готова поклясться в этом», — подумала Дженнифер. Будь проклята эта Гвин! Теперь Дженнифер чувствовала, будто действительно потеряла Марка. Вот и Гвин отправилась в Чикаго, словно Кевина и других ненормальных журналистов оказалось недостаточно, чтобы оказывать на него давление. Теперь у «Сентинел» нет никаких шансов уговорить его остаться в редакции.

— Сегодня вечером вместе поужинаем, Марк. — Гвин нарушила тягостную тишину, повисшую в кабинете, подошла к Марку и лениво чмокнула его в щеку. Прежде чем уйти, она взяла Дженнифер за руку. — Я пробуду в городе несколько дней. Я скучала по тебе, Джен. Нам нужно как-нибудь вместе пообедать и поболтать о том, о сем. Согласна?

Глядя на невинное лицо Гвин, Дженнифер почувствовала, как у нее замерло сердце. Она уже мысленно распрощалась с Марком:

— Конечно, дорогая.

Дженнифер заметила, что в глазах приятельницы промелькнуло торжество победы, но она просто кивнула головой, улыбнулась и посмотрела на Марка долгим взглядом, прежде чем уйти.

Дженнифер не могла дышать. Сердце бешено колотилось. Ее охватила такая боль, что закружилась голова. Со странным выражением лица она уставилась на закрытую дверь, не осознавая присутствия Марка. Ощутив легкое прикосновение к своему плечу, Дженнифер очнулась. Ей захотелось просто расслабиться, положить голову ему на грудь, умолять не уезжать, не поддаваться чарам Гвин…

— Мордашка, — мягко спросил Марк, — хочешь поговорить об этом?

— Нет, со мной все в порядке, — покачала головой Дженнифер, быстро отвернувшись. — Я немного удивлена, но все хорошо.

Марк не удовлетворился таким ответом. Он взял Дженнифер за локоть, не давая ей выйти из кабинета:

— Ты мне кажешься слишком бледной. Если это Гвин так подействовала на тебя, тогда…

Дженнифер не смогла с собой справиться. Слова слетели с ее губ прежде, чем она успела обдумать их или вовремя остановиться:

— Не позволяй ей заполучить себя, Марк, — сказала она сердитым голосом. — Если она та, с кем ты хочешь быть, тогда другое дело. Но ты позволил ей уехать, когда она переселилась в Нью-Йорк, и никто из вас даже не вспомнил о прошлом — по крайней мере, так ты говорил мне. Она здесь только по одной-единственной причине — легонько подтолкнуть тебя к тому, чтобы ты покинул Чикаго и присоединился к ней в Нью-Йорке. Но я тоже собираюсь добиваться своего, несмотря на Гвин. Прости, что я так говорю, Марк, но я не собираюсь ждать милостей от природы. Я не хочу, чтобы ты уезжал.

Прежде чем Марк успел ответить или задержать ее, Дженнифер выбежала из кабинета.

Выйдя из редакции, она долго шла, не останавливаясь, и прислушивалась к стуку сердца.

Она сожалела о том, что вела себя так прямолинейно, о том, что ею тоже манипулировали, но больше всего о том, что она может потерять Марка Абингтона, если он уйдет к Гвин Олдридж.

Теперь ее чувство к Марку не вызывало никаких сомнений. За ее гневом скрывались любовь и ревность, так тесно связанные между собой, что их было не отделить друг от друга.

Не в силах больше бороться с собой, Дженнифер позволила своим чувствам выплеснуться наружу. При имени Гвин Олдридж холод пронзил ее с ног до головы, словно ее окатили ледяной водой.

Дженнифер замедлила шаги, стараясь дышать как можно глубже и спокойнее по мере того, как увеличивалось расстояние между ней и серым зданием, в котором размещалась редакция «Сентинел».

Она испытывала ужасную боль. Работа мысли не знала ни передышек, ни успокоения. Когда-то давно между ней и Марком были установлены правила общения. Дружба. Доверие. Ничем не осложненные взаимоотношения. И все.

Но сейчас этого было недостаточно.

Она любила его. Безгранично любила Марка Абингтона всем сердцем.

Слишком поздно… Почему ей потребовалось так много времени? Почему она сделала для себя это открытие тогда, когда уже слишком поздно изменить их отношения? Мужчина, с которым она могла бы быть счастлива всю оставшуюся жизнь и который многие годы был ее лучшим другом, скоро уедет.

Ситуация продолжала ухудшаться.

На следующий день рано утром ей позвонила Гвин.

— Надеюсь, ты всерьез приняла мое предложение пообедать вместе. — Голос подруги звучал очень бодро. — Мне бы хотелось увидеться с тобой сегодня, если это возможно.

Дженнифер закрыла глаза и медленно досчитала до десяти, пока формулировала ответ и с надеждой искала повод отказаться. К сожалению, она не нашла в себе сил спорить с Гвин:

— Конечно. В какое время?

— Это ты мне скажи. — Гвин издала очаровательный смешок. — Это ведь ты сегодня работаешь, а не я. Когда тебе удобно?

Никогда…

— Мне подойдет час дня.

— То «Бистро» все еще пользуется популярностью?

Проклятие! Гвин даже это предусмотрела.

— Безусловно.

— Превосходно. Тогда до встречи.

Дженнифер медленно повесила трубку, мечтая о том, чтобы никогда не встречаться ни с Гвин, ни с Марком.

Дженнифер испытывала мучение. Иногда ей хотелось увидеть лицо Марка или дотронуться до него. А через секунду она ненавидела и его, и свое чувство к нему.

Глава 7

— Мне жаль, но, думаю, Кевин поступил с тобой подло.

— Спасибо за сочувствие.

Дженнифер говорила, не отрывая взгляда от сандвича, не в силах посмотреть в глаза своей собеседнице. Они все еще шутили, но главная тема разговора все время витала в воздухе, становясь ощутимее по мере перехода к личным вопросам. Дженнифер чувствовала, что становится все более осторожной.

— Мы с Марком говорили об этом вчера вечером, — продолжала Гвин. — Он говорит, что чувствует и свою вину в том, что тебя так оскорбили.

Внимание Дженнифер вновь обратилось на Гвин:

— Что?

Гвин положила вилку на тарелку, не обращая внимания на свой салат из креветок.

— Марк, как всегда, старается защитить тебя, Джен. Я рада, что, несмотря на все изменения, произошедшие с тех пор, как я уехала, вы двое остались такими близкими друзьями. Чувства, которые вы испытываете друг к другу, очень глубокие.