Белоснежка и семь самураев - Том Холт

Окончание его уместной хотя и предсказуемой цитаты было заглушено шумом взрыва.

Глава 5

“Снова.”

Лицо в зеркале мигнуло, возвращаясь в позицию, занимаемую им на несколько секунд раньше. “Ты, Белоснежка, всех милее, всех румяней и белее.”

“Я так и думала, что ты это сказало,” — ответила Белоснежка. “Тем не менее,” - продолжила она, — “никогда не мешает убедиться лишний раз в таких вещах. Что ты, черт подери, такое?”

“Неправильная команда или имя файла,” — строго ответило ее отражение. - “Пожалуйста, попытайтесь снова.”

Хотя отражение оставалось с вытянутым лицом, сама Белоснежка скалилась как жаждующая собака. “О Боже,” - сказала она радостно, — “только не говори мне, что мне удалось проникнуть в систему этой стервы. Это было бы ценно. Ты там, идентифицируй себя.”

Почти незаметное подергивание челюстной мышцы выдало неодобрение отражения. “В данный момент работает система Зеркала 3.1, включающая программы Магия для Зеркал и SpellPerfect7. Предупреждение: эта программа защищена международным авторским правом. Любое непозволенное воспроизведение или передача этой программы может привести к …”

“Достаточно,” — Белоснежка набрала в легкие воздуха и медленно выдохнула. Такого она никогда не представляла даже в своих самых фантастичестких мечтах; легендарная система Злой Царицы пракически у нее в руках, позволяя ей управлять всей выдуманной конструкцией лежащей в основе ее мира. Ну, ехидно сказала она сама себе, в домик Дракона-отмстителя приходит киберпанк. С ухмылкой на одном из ее лиц и постным выражением на другом она откинулась на спинку стула и подумала, что бы ей сделать.

С чего начать? Глупый вопрос.

“Ладно, ты,” - сказала она бодро, — “Для начала, я хочу, чтобы ты открыло мне счет в швейцарском банке и заплатило в — дай-ка подумать, немецкие марки или доллары? Давай пока в долларах. Пожалуйста, пятьдесят миллионов долларов. Далее…”

“Неправильная команда или имя файла. Пожалуйста, попытайтесь снова.”

Милое (всех румяней и белее) лицо Белоснежки исказила злость. “Что?” - резко спросила она, — “Ты со мной, дорогуша, не шали. Первое: пятьдесят миллионов долларов. Второе…”

“Неправильная команда…”

“Заткнись ты.” Или следовало сказать, закрой мой рот? Неважно. Единственное, что имело значение, так это то, что командовала здесь она, а зеркало должно было делать, что говорят. “Почему я не могу попросить денег?”

“Запрошенная операция не характерна. Маршрут не найден. Попробовать снова или отменить?”

“Черт.” Об этом она не подумала. Чтобы воспользоваться системой Злой Царицы, надо стать Злой Царицей. Интересная дилемма для человека, которого интересовали лишь деньги, а не власть, не слава и не портрет на почтовых марках. К тому же, если собираешься стать Злой Царицей, то издавать свой профиль на марках необязательно разумно. Граждане в итоге не будут знать на какую сторону плевать.

Это не то что бы ее останавливало; просто здесь явно было над чем поразмыслить. “Пауза,” - сказала она; ее отражение в зеркале было заменено на обычные умопомрачительные подвижные геометрические узоры. Она встала и подошла к окну.

Внизу, в саду, мистер Мироко, мистер Хирошиге и мистер Никко стояли и смотрели, как молодой мистер Акира полол грядку с репой. Белоснежка нахмурилась; что-то в этой ситуации было непонятно и ее это настораживало. Если бы ей удалось вспомнить, как она, вообще, сюда попала…

“Вот так,” - донесся до нее по ветру голос мистера Мироку, — “Теперь ты начинаешь понимать. Будь тяпкой.”

Если я собираюсь стать Злой Царицей, размышляла Белоснежка, то, естественно, мне понадобятся верные прислужники. Будет ли такая работа по плечу этим ребятам? Они гарцуют вокруг в доспехах и размахивают огромными мечами, так что, предположительно, квалификации в этом отношении у них хватает. Просто они такие…

Она встряхнула головой, села за туалетный столик и стукнула кончиком пальца по зеркалу.

“Зеркало,” - скомандовала она, — “Кто я такая?”

“Ты, Белоснежка, всех белее, всех румяней и белее.”

Белоснежка кивнула. “Ладно,” - сказала она, — “С этим мы уже разобрались. Права ли я в предположении, что я теперь Злая Царица?”

“Идентификация подтверждена. Доступ предоставлен ко всем системам.”

Ура!

“В таком случае,” — продолжила Белоснежка, — “что же случилось со сте… то есть, кто Белоснежка?”

“Неправильная команда или имя…”

“Ладно, ладно,” — Белоснежка посмотрела вверх и оперлась подбородок на костяшку указательного пальца. Ей ни к чему задавать этот вопрос. Она знала. “Все это неважно,” - сказала она. “С чего бы нам начать?”

Отражение не то что бы просветлело; она все еще смотрело на нее как владелец дорогого ресторана, у которого она заказала яичницу с картошкой. Но наметилась небольшая оттепель, как будто зеркало признало, что они смогут работать вместе.

“Запускаю ДОС.”

“Пожалуйста.”

Потому что если Зеркала опять включились, то они будут в состоянии починить все полетевшие настройки. Белоснежка снова окажется в компании семи гномов, а не самураев. Поскольку она была теперь не Белоснежкой, а Злой Царицей, ее это не касалось. С гномами окажется нынешняя Белоснежка. Найди гномов, найдешь и Белоснежку. Если ей это понадобится; в конце концов, зачем мучиться? Конечно, было бы характерно послать своих семерых прислужников за головой Белоснежки на заостренном коле, но это не впишется в ее стиль. Покуда девчонка не вмешивалась в ее дела, Белоснежка ничего не имела против коллеги профессионала. Лес достаточно велик для двоих.

“Зеркало,” — скомандовала она, — “найди Белоснежку.”

“Непра…”

“Зеркало,” — предупредила она.

“Ищу.”

Ага. Это было хорошо. Зеркало ее боялось. Необходимый первый шаг в управлении технологии заключался в установке взаимного недоверия.

“Белоснежка в данный момент находится в домике Трех Медведей, в лесу.”

“Спасибо. Покажи мне домик Трех Медведей.”

Обычные щелчки и помехи; затем отражение как-то гнусно заулыбалось.

“Домика Трех Медведей больше не существует.”

“Кто сидел на моем стуле?” - спросил Медвежонок, поднимая обломок ножки стула.

“Знаешь,” - ответил его отец, копаясь в развалинах, — “по-моему, в данный момент, это самая незначительная из наших проблем.”

Медвежонок кивнул, его нос был мокр от слез. От милого уютного лесного домика осталась лишь груда развалин и несколько обугленных головешек. Это несомненно загораживало сломанный стул и оскверненную овсянку.

“Кто, черт возьми, это мог быть по-твоему,” - спросила Мама Медведь, доставая из под рухнувшей крыши чудом уцелевшую соусницу. Папа Медведь пожал плечами.

“Мог быть кто угодно,” - сказал он. - “Организация Освобождения Фей, Активисты за Права Гномов. Какая разница, какие именно ненормальные? Давай, посмотрим найдется ли здесь достаточно ткани на палатку.”

Мама Медведь вздохнула. “Об этом читаешь,” — сказала она, — “но почему-то никогда не предполагаешь, что это может случиться с тобой. О Господи, мамин чайник.” Она показала отколовшуюся ручку, всхлипнула и уронила ее. “Неважно,” — храбро сказала она, — “это лишь вещи. Все целы, и это главное.”

Три медведя покопались еще немного. “Боже,” - воскрикнул Папа Медведь, размахивая синей чашкой, на которой весьма неуверенно было что-то нарисовано. “Моя коронная чашка. Полагаю, что ее вручил мне мой Дядя Пэдди, когда я был еще медвежонком.”

Мама Медведь прицокнула языком. “Следовало догадаться, что с ней ничего не случится,” — ответила она. - “Пятнадцать лет, я пыталась подстроить этой чашке несчастный случай. Она, должно быть, железная.”

“О,” - Папа Медведь, казалось, обиделся, — “Хочешь сказать, она тебе не нравится?”

“Терпеть никогда не могла этого ужаса, если хочешь знать. Но ты никогда не спрашивал, так что я молчала.”

Папа Медведь пожал плечами. “Ну,” - сказал он, — “по крайней мере у нас осталась одна чашка. В Антарктике живут бедные голодающие медведи, у которых нет даже этого.”

“Передай им тогда, что они могут забрать твою коронную чашку. Пожалуйста.”

Из кустов на краю поляны эту сцену наблюдали три поросенка и пытались не чувствовать себя ужасно виноватыми.

“Готов был поклясться, что это был наш домик,” — прошептал Юджин.

“Заткнись и не дергайся,” - ответил Джулиан, поправляя узел на временном гипсе на руке Юджина.

“Признаю, впрочем, что и я обманулся,” - признался он. - “Это недостаток этих чертовых заказных работ — все выглядят одинаково. Как бы там ни было, мы знаем какого это, когда твой дом взрывают, и это не конец света. Хотя бы раз, это были все же не мы. Будем благодарны за это.”

“И мы избавились от волка,” - радостно сказал Дезмонд. - “Получил по полной, дружок. Такого он пережить не мог.”

“Да, верно,” - сказал Джулиан. - “Похоже старый мистер Солнышко наконец-то получил свое. Послушайте, парни, если это не наш дом, то знает ли кто-нибудь, где может быть наш?”