Нехоженая земля - Веда Талагаева

- Мой папаша охотится за мной! Я пропал! - запричитал он, когда Илья помог ему влезть обратно на спину Серому.

- Этот пастух в первой же деревне расскажет о нас. У нас не больше часа, чтобы скрыться, - сказал Вернигор, - Нельзя идти прямо к реке. Придется сделать крюк, чтобы запутать следы. Поедем на запад в сторону Гремящих ключей и перейдем Глантар в том месте, где заканчивается Зеленолесье. Пастух расскажет, что мы поехали прямо на юг, и в той стороне нас искать не станут.

- Но что за негодяй прислал родителям письмо? - возмущенно воскликнул Юн.

Нок гневно крякнул и сжал рукоять топорика. Орн с преувеличенным интересом рассматривал перстень с серебряной печаткой на указательном пальце своей левой руки. Тарилор с Вернигором многозначительно, понимающе переглянулись.

- Ворон принес, - проговорила эльфийка, - Моина.

- Что ты говоришь? - переспросил Орн.

- Я говорю, что нам хотят помешать, - холодно отозвалась Тарилор, которой всегда не нравилось любое проявление любопытства с его стороны, - За нами следят, по-видимому, и строят козни.

- Надо же! - притворно ужаснулся Орн.

- Боишься? - насмешливо поинтересовалась эльфийка, смерив его презрительным взглядом, - Может, хочешь нас оставить?

- Нет, я же дал клятву спасти жизнь Элиа, - насмешливо возразил Орн.

- Опять вы за свое, - упрекнул их Илья, - Сколько можно препираться?

- Я тут не при чем, - пожал плечами демон, - Она меня не выносит. Что я ни делаю, ей все не по нраву.

- Ты мне не по нраву, - надменно ответила Тарилор и развернула единорога, - Поспешим к Гремящим ключам. Не хватало еще, чтобы нас задержали в пути из-за проделок Юна.

Чародей виновато опустил голову. Тарилор поскакала вперед, Вернигор легко бежал рядом, держась за луку ее седла. Остальные путники последовали за ними. Отряд свернул с тракта в лес, на узкую тропинку. Петляя меж дубов и старых кленов, по оврагам и полянам, она вела на западную опушку Зеленолесья, в долину Гремящих ключей.

Час-другой ушел на блуждание по лесу. Вернигор нарочно выбирал самые глухие места, самые запутанные тропинки.

- На тракте и на тропе остались наши следы, - объяснил он, - Если нас будут искать, то пойдут по ним. Пусть попетляют в чаще, так мы выиграем время.

- Опять из-за меня одни неприятности! - жалобно захныкал Юн.

- Не опять, а снова, - вздохнул Кадо, - Хотели перейти границу на рассвете, теперь уже скоро полдень, а мы все еще в Ильраане.

- Ничего страшного, - ободряюще заметил Вернигор, - В Армаис мы в любом случае попадем. А то, что есть лишняя возможность побыть еще немного на родной стороне, разве это плохо?

- Неизвестно, когда мы вновь попадем сюда, - тихо добавил Нок, а потом сказал еще тише, - И попадем ли?

Слова его, тем не менее, путники расслышали, и всем стало грустно. В молчании продолжили они путь и, какое-то время спустя, выехали на просеку. Прямая широкая дорога уходила на юг к пересечению с Зеленолесским трактом.

- Это Главная дорога, - сказал Вернигор, - Тут она земляная, тут она заканчивается.

Главная дорога, пересекающая всю страну, всегда казалась жителям Ильраана неизменной и бесконечной как вечность. То, что путники увидели место ее окончания, подействовало на них удручающе. Все стали еще печальнее. Маленький отряд переехал через дорогу и снова углубился в чащу. Дальше Вернигор повел всех через лиственничный лес. Дорога пошла в гору и стала совсем неудобной. Кругом были кочки и высокие склоны, покрытые осыпавшимися с лиственниц иголками. На иголках копыта лошадей скользили. У кота разъезжались лапы. Нок, хватавшийся за все подряд кусты и даже за сухие и колючие нижние ветки лиственниц, чтобы не упасть, то и дело спотыкался. В конце концов Орну пришлось сделать вид, что он боится упасть с лошади, он спешился и пошел рядом с гномом, ведя его под руку.

- Если б ты упал, друг, я бы тебя подхватил, - заявил Нок, хлопнув Орна по плечу.

- Конечно, ты же самый могучий и сильный гном на свете, - съехидничала Тарилор.

Косогор, на который взбирались путники, стал уже совсем отвесным. Эльфийке и мальчикам тоже пришлось спешиться.

- Может, мы заблудились? - не выдержал Юн.

- Нет, мы уже пришли, - спокойно возразил Вернигор, указывая вперед.

Путники, наконец, забрались по косогору вверх, и лес закончился. Они стояли на вершине открытого холма над оврагом. Впереди поднимался другой, еще более крутой холм. Его северо-западный склон терялся в зарослях бузины и рябины, на пологий восточный взбиралась дорога, заросшая по краям репейником и лопухами, а южный был песчаный и обрывистый, как стена. Весь песок на склоне был изрыт круглыми лунками, в которых стрижи вили свои гнезда.

- Посмотрите туда, - сказал Илья, оглянувшись назад.

За лесом, милях в пяти к юго-востоку, виднелся замок. Его прямоугольные башни поднимались над верхушками деревьев, а когда ветер раскачивал ветки, можно было разглядеть и его стены. Они были покрыты мелкими камешками разного цвета, вделанными в кладку таким образом, что издали казалось, будто по замку бегут пенные морские волны.

- Китар, мой дом, - вздохнул Юн и заморгал, стряхивая с ресниц слезу, - Ой, какой здесь ветер! Мне даже песок в глаз попал.

- Ты еще можешь вернуться, если хочешь, - мягко сказала ему Тарилор, - Не думаю, что родители так уж сурово тебя накажут.

- Я тоже в детстве сбегал из дома и на личном опыте знаю, что родители больше боятся за детей, чем злятся на них, - добавил Нок, - Отец меня выпорол, конечно, когда поймал, но был очень рад, что я нашелся.

- А потом меня отправят назад в школу, и всю оставшуюся жизнь - лет восемьсот, а то и девятьсот, я просижу над эликсирами, зельями и заклинаниями, - закивал Юн, и глаза его упрямо, сердито сощурились, - А если я плохой чародей? Если это не мое призвание? Окажется, что всю жизнь я занимался не своим делом, и ничего больше в жизни у меня не было. Нет уж, я лучше поеду с вами в это путешествие.

- Ты можешь из него и не вернуться, - заметил Кадо.

- Зато оно у меня будет! - огрызнулся Юн, еще раз оглянулся на башни замка и вытер глаза, - Прости, мамочка, я люблю тебя, но я хочу еще что-то увидеть в мире, кроме волшебства. Ой, ну какой же здесь противный ветер! Поедем отсюда скорее.

Илья и Кадо поочередно с сочувствием похлопали чародея по плечу, и маленький отряд начал спуск с холма. Ветер на вершине действительно был очень сильный, поэтому все сделали вид, что поверили, будто Юн плачет именно из-за него.

Внизу ветер стих. В овраге зеленела пушистая трава и пышно цвели лиловые и белые ирисы. Оказавшись на самом дне оврага, путники увидели, что он представляет собой скорее узкое начало долины, протянувшейся на юг до самого горизонта. Она вся была залита солнцем и заросла цветущими ирисами. Легкий рокот стоял в воздухе над долиной, он походил на беспрестанный шум дождя. То здесь, то там на склонах из земли били прозрачные, сверкающие на солнце струи.