Харклайтс - Тим Тилли

– Ага, понятно, – отвечаю я, заметив совсем рядом одну, почти скрытую ворохом листвы.

– Жилища кроликов называются садками.

– Садки, – повторяю я.

Папаша Хэрн кивает.

– Точно. Зверушки эти питаются цветами, клевером, травами разными. Но только не папоротником и не наперстянкой – от них кроликам худо.

– Наперстянка?

– Цветок такой есть.

– Папоротник – тоже цветок?

– Нет, это особое растение. – Сняв шляпу, Папаша Хэрн ерошит рукой волосы. – Пожалуй, я тороплюсь и нам с тобой лучше начать с азов. Совсем забыл, что ты ничего толком не знаешь о лесе.

– Ну, кое-что я знаю.

Папаша Хэрн лукаво улыбается.

– Сперва про деревья. Это хорошая отправная точка. Деревья – они вроде часов. По их теням можно определить время суток, а по листьям узнать время года.

Папаша Хэрн показывает мне лиственные деревья. Сначала мы изучаем их контуры – очертания ствола, форму и расположение веток. У дуба, вяза, бука кроны как шар. А у ясеня и берёзы – вытянутые ввысь. Потом рассматриваем листья. Новые ещё не появились, и деревья стоят голые, поэтому мы перебираем опавшие, вороша лесной ковёр. Листья дуба – с лопастями. Буковые похожи на глаз. А у берёзы и граба – с мелкими зубчиками. Иссохшие, на ощупь они словно ветхая бумага.

– Теперь черёд хвойных и вечнозелёных деревьев, – говорит Папаша Хэрн, усаживается на дрозда и берёт поводья.

– Неужели вы, эльфы, совсем не боитесь высоты? Ну, когда забираетесь на деревья?

– Чуточка страха – это даже полезно и может сохранить жизнь. – Папаша Хэрн поправляет шляпу. – Но если страха чересчур много, так и погибнуть недолго.

Я поднимаюсь на ноги, и дрозд, плавно взмахнув крыльями, перелетает на ветку другого дерева. Под яркими лучами солнца на земле играют тени, будто она выложена пёстрой мозаикой. Я шагаю по пятнам света, словно это камешки над водой, и не наступаю на тени.

Сверху доносится какой-то стук, я останавливаюсь под дубом.

Папаша Хэрн, летевший впереди на своём дрозде, возвращается, и птица садится возле меня на переплетённые тени.

– В чём заминка? – спрашивает он.

– Откуда этот стук?

Мы прислушиваемся.

Стук раздаётся снова.

– Дятел это, – отвечает Папаша Хэрн.

Задрав голову, я смотрю на вершину дуба. Провожу пальцем по морщинкам на серой коре.

– А это вообще трудно – залезть на дерево? – Снова думаю про Бездонный колодец и Старуху Богги. Всё дело в ней. Это из-за неё я боюсь высоты, боюсь упасть. Так зачем цепляться за свой страх и позволять старухе запугивать себя? Я стискиваю зубы.

– Ты вовсе не обязан карабкаться на дерево прямо сейчас. Торопиться некуда.

– Но ведь я должен уметь лазать по деревьям, чтобы вписаться в лесную жизнь. – Собравшись с духом, я закатываю рукава свитера. – Хочу попробовать сейчас.

– Давай. Гляди, вот с этим будет проще. – Он касается посохом плюща, который стелется у подножия дуба.

В изумлении я смотрю, как из-под посоха вылетают зелёные искорки и листья плюща вздрагивают.

Стебель, гибкий и крепкий, шевелится и начинает петлять, расти, вот он обвивается вокруг ствола, тянется, достигает кроны. И, перекинувшись через ветку, повисает на ней.

Вспоминается Полкроны, сотворённый эльфийской магией из корявого дерева.

– А в каких существ вы умеете превращать деревья? В разных? Или только в оленей?

– Чаще всего это олени.

– И целый лес можете сделать оленями?

– Моей мощи на это не хватило бы. Волшебство требует сосредоточения и собранности. Я до сих пор учусь у духов. Свою силу я обычно направляю в помощь юным деревцам и росткам, чтобы пересадить их на более удачное место, где они смогут пробиться…

Плющ ползёт ко мне и обхватывает вокруг пояса своими завитками.

– …ну и когда надо что-то тяжёлое передвинуть. Ага, теперь ты готов. Примечай все выступы и изгибы дерева, углубления в коре и сучки. Всё, за что можно уцепиться и куда поставить ногу.

Я нащупываю узловатый нарост и крепко хватаюсь за него рукой, упираюсь ногой в бугорок на стволе.

– Молодчина. – Папаша Хэрн касается посохом плюща, и стебель становится тугим и упругим. – Если оступишься, не упадёшь. Просто повиснешь в воздухе.

– А сами-то эльфы лазают по деревьям?

– Всякое бывает… Правда, нам забраться на дерево – уйдёт целая вечность. Кстати, учти, что в дождь это неважная затея. Ствол мокрый и скользкий. Видишь вон ту ветку? – Папаша Хэрн указывает на толстый сук. – Хватайся рукой и проверь, достаточно ли она крепкая.

Дотянувшись до ветки, я дёргаю её. Годится.

– Чем толще сук, тем он надёжнее. Только смотри, чтобы на нём не было лишайника. Знаешь, что такое лишайник?

– Нет.

– Он вроде корки, которая расходится кругами. Напоминает болячку. Если ветка сплошь покрыта лишайником, значит – она мёртвая и хрупкая, обломится под твоей рукой. Впрочем, если на ней растут листья, она вполне тебя выдержит. Напомни, чтобы я потом показал тебе лишайник. А теперь хорошенько упрись ногой и перенеси на неё вес тела.

Я следую его подсказкам. И хотя плющ страхует меня от падения, всё равно жутко. В ушах стучит кровь. Пальцы дрожат, ладони взмокли. Подниматься по ступенькам – совсем другое дело. А тут непонятно, куда ставить ногу.

Папаша Хэрн перелетает на дрозде с ветки на ветку.

– Отлично получается, – одобряет он. – Не спеши. Ищу опору правой ногой – и поскальзываюсь.

Ступня чиркает по стволу.

Всю тяжесть тела теперь держат лишь руки.

Я упаду.

Охватывает смятение. Страх захлёстывает. Ноги будто ватные.

В ужасе смотрю вниз и срываюсь…

Падаю…

С высоты футов десяти…

Плющ пружинит, и, обвитый его стеблем, я повисаю вниз головой.

Бешено колотится сердце. Руки трясутся посильнее, чем у Пробки.

– Полный порядок! – кричит Папаша Хэрн, сажая дрозда на соседнюю ветку.

– Спустите меня, – говорю я, стараясь не выдавать своего страха.

Он касается посохом плюща, и вскоре у меня под ногами снова твёрдая почва.

– Ловко ты всё проделал. Тебе хватило смелости. В следующий раз выберем дерево пониже.

Глава девятая

Витьё гнёзд

По пути к дому – Олений пруд. Вода прозрачная и чистая, как зеркало с перевёрнутым небом. Вспоминаю слова Ниссы об исчезнувшем поселении эльфов.

– А что случилось с эльфами, которые ушли из здешних мест?

– Откуда ты про них знаешь?

– Да ничего толком не знаю. Нисса упоминала.

– Это было пять лет назад, летом. Мы с Ноксом отправились в Край Папоротников, он в Лесу Шести Троп – тогда мы жили там.

– Это за Грозовой скалой?

– Нет, гораздо ближе к нашему нынешнему дому. – Глубоко вздохнув, Папаша