Блондинка и брюнетка в поисках приключений - Маша Царева

Расписываясь на чеке, я старалась не смотреть на сумму. Мира уныло ждала меня у входа в магазин.

– Ну вот теперь мы можем с чистой совестью отправиться в Тейт! – Ладонью я вытерла пот со лба и поудобнее перехватила тяжеленные пакеты.

Мира смотрела на мою ношу с некоторой жалостью.

– И как ты собираешься таскаться по музеям с этими сумками?

– Да ничего страшного, – легкомысленно рассмеялась я, – покупки за ношу не считаются. Мне приятно удерживать все эти хрустящие пакетики в руках… Ох, Мирочка, как же я счастлива! Это то, о чем я столько лет мечтала!

– Об этом? – хмуро уточнила она, глядя на мои пакеты.

– Только не будь занудой, – я подняла руку в предупреждающем жесте и едва не выронила пакет с новыми ковбойскими сапогами (зачем мне ковбойские сапоги?! С другой стороны – кто сказал, что я не имею на них права?).

– Настасья, по-моему, нам пора поговорить. Я все утро терпела твои выходки, все надеялась, что ты разнервничалась после перелета. Но это уже переходит все границы. А ну-ка пошли, – она крепко ухватила меня за рукав и потащила в сторону открытой кофейни.

Возможно, если бы она знала, как мечталось мне о чашечке шоколадного каппуччино, то выбрала бы какой-нибудь другой способ моего морального уничтожения. Кафетерий, в который затянула меня Мира, выглядел, скорее, как награда, нежели как наказание. Соломенные кресла, мраморные столики с коваными ножками, накрахмаленные льняные салфетки, официантка, похожая на Наоми Кэмпбелл. Но я недооценила садистские наклонности подруги – не успела я вдумчиво вчитаться в десертное меню, остановившись на грушевой шарлотке, как Мира командным голосом потребовала у «Наоми» две чашки чаю с молоком.

– Но я не хочу чай с молоком! – запротестовала я.

– Это самое дешевое, что есть в данном меню, – отрезала Мира.

Я опешила. У каждой из нас имелся золотой прямоугольничек кредитной карточки; сумма, которой мы располагали, казалась мне до неприличия огромной, практически неиссякаемой. Никогда в жизни я не держала в руках таких денег. А она вздумала на тортике экономить!

– Ты что? – выдохнула я.

– Ты похожа на обиженного щенка, – усмехнулась Мира. – Настя, но если я тебя не остановлю, то никакого путешествия не получится.

– Почему?

– А ты знаешь, сколько потратила за сегодняшнее утро? – прищурилась она.

– Ну… фунтов пятьсот, – неуверенно прикинула я.

– Ты это серьезно? – разозлилась Мира. – Да одни твои сапоги дороже стоили! А я вот подсчитала. Ты потратила четыре тысячи!

– Да? – Я немного растерялась.

– Да, – гаркнула Мира, – четыре тысячи фунтов стерлингов за наше первое европейское утро! Если так пойдет дальше, то через неделю мы будем вынуждены вернуться обратно. И не будет никакой яхты, никаких пляжей, никаких заснеженных гор, ипподромов и светских раутов! Зато в твоем шкафу появятся тридцать три фетровых шляпы, которые тебе все равно будет некуда надеть!!

Только в тот момент я наконец стряхнула с себя дурман блаженного самогипноза и поняла, что Мира и в самом деле расстроена. У нее даже лицо посерело, и это притом, что природа и так не наделила ее ярким здоровым румянцем.

– Мира, не расстраивайся, – я протянула к ней руку, но она брезгливо отдернула ладонь, которая до этого момента покоилась на столе.

– Ради чего я продала свою квартиру? Ради вот этого, что ли? – Она запустила руку в первый попавшийся пакет и извлекла красное платье в блестках.

– Неудачный пример, – неловко хохотнула я, запихивая вульгарную одежку обратно, – но оно и стоило сущие гроши, – я посмотрела на этикетку и замялась, – хм, двести пятьдесят фунтов… Ой, Мира… Почему ты меня раньше не остановила?

– А это было возможно? – сухо спросила она. – Ты накупила кучу бесполезных вещей. Шляпу с перьями. Латексный комбинезон. Костюм в стиле военной формы. Все это мертвым грузом осядет в твоем шкафу. А вместо этого мы могли бы… наслаждаться жизнью! – отчаянно воскликнула она.

– Но…

– Ты же сама говорила, что это наш единственный шанс! Больше у нас никогда не будет таких денег! Мы могли бы поехать в Бразилию, на Кубу, в Нью-Йорк! Мы могли бы увидеть миражи в пустыне и океанские волны! Мы могли бы нырять за жемчугом и отправиться на сафари. А вместо этого… – Она двумя пальчиками вытащила из очередного пакета бархатный колпак, который в свете Мириного гневного монолога показался мне чудовищно безвкусным.

– Тебе надо было мне сказать… – прошептала я, – я была одурманена… Я всегда мечтала хорошо одеваться и была вынуждена себя ограничивать во всем… Пойми, я впервые оказалась в магазине с большими деньгами и… просто сошла с ума.

– Ладно, – мрачно буркнула Мира, – будем считать, что политическая пропаганда проведена. Ну, куда пойдем дальше?

– Подожди, – нахмурилась я, – у меня идея. Пойдем обратно во все эти магазины.

– Как, еще не нарезвилась? – приподняла бровь она.

– Я могла бы вернуть все эти вещи, у нас же есть чеки! Здесь это практикуется, никто нам и слова не скажет. Ты права, зачем мне эти шляпы, и эти ковбойские сапоги, и три вечерних платья! Мы получим наши деньги обратно. Представляешь – и волки сыты, и овцы целы! Я порезвилась в магазинах от души и осталась при своих же деньгах!

– Ты уверена? – Мира недоверчиво на меня посмотрела. – Ты готова вот так просто расстаться со всем этим хламом?

– Ну конечно, – в тот момент я была готова отдать последнее платье за одну ее улыбку, – для меня это ничего не значит, правда! Пойдем! Только… Только вот можно я оставлю себе туфли из крокодиловой кожи и те красные сапоги?

Мира посмотрела на меня со снисходительной грустной жалостью – так усталая мать посмотрела бы на своего умственно неполноценного малыша, который гордится тем, что нарисовал кривую ромашку.

– Что с тобой поделать, – вздохнула она, – но больше ни фунта. Поняла меня, Настя? Я не собираюсь давать тебе впустую растрачивать наш капитал. Потому что все на свете когда-нибудь кончается. А деньги – в самую первую очередь!

Как выяснилось, в Лондоне имеется куча мест, где можно отдыхать и даже питаться абсолютно бесплатно. Например, если вы относитесь к любителям вдумчиво потаращиться на живописные холсты, то в британской столице это можно сделать, не потратив ни фунта, – почти все музеи работают бесплатно. Жаль, что прохладные музейные залы наводят на нас с Мирой легкую сонливость.

За вход в модный магазин, как известно, тоже денег не берут. Можно сколько угодно ходить между вешалками, рассматривать одежду и даже удаляться с особо впечатляющими экземплярами в примерочные. Но в этом кроется один подвох: когда смотришь на новую ткань, изящно обхватывающую твое тело, или на шляпку, в которой твоя банальная физиономия начинает соответствовать определению «аристократический тип лица», немедленно, немедленно хочется это все купить.