Последнее правило - Джоди Пиколт

По-видимому, о спортплощадке она забыла.

Двое мальчиков на невероятно легких досках для скейта выделывали трюки на ступеньках и вдруг увидели Джейкоба. Подошли, один из них выхватил у него книгу.

— Это моя книга, — сказал Джейкоб.

— Тогда подойди и возьми ее, — ответил обидчик.

Он бросил книгу приятелю, тот швырнул назад, а Джейкоб, как собачонка, продолжал бегать за ней. Но какой из Джейкоба спортсмен? Он не мог поймать книгу.

— Это библиотечная книга, кретины, — сказал Джейкоб, как будто это имело для них хоть какое-то значение. — Вы ее порвете!

— Какая досада! — Мальчишка бросил книгу в огромную грязную лужу.

— Беги, спасай книгу, — добавил второй, и Джейкоб бросился за ней.

Я крикнул ему, но слишком поздно. Один из обидчиков подставил Джейкобу ногу, и мой брат упал в лужу прямо лицом. Потом сел, весь мокрый, сплевывая грязь.

— Приятного чтения, «тормоз»! — крикнул первый обидчик. Оба засмеялись и укатили прочь.

Джейкоб не двигался. Продолжал сидеть в луже, прижимая к груди книгу.

— Вставай! — велел я и протянул ему руку, чтобы помочь подняться.

Что-то ворча, Джейкоб встал. Попытался перевернуть страницы, но они слиплись от грязи.

— Она высохнет, — заверил я. — Хочешь, позову маму?

Он покачал головой.

— Она рассердится.

— Не рассердится, — ответил я, хотя и понимал, что он, скорее всего, прав. Его одежда была совершенно грязной и мокрой. — Джейкоб, ты должен научиться давать сдачи. Поступай, как твои обидчики, только в десять раз сильнее.

— Тоже толкнуть их в лужу?

— Нет. Ты можешь… Я не знаю… Обозвать их.

— Их зовут Шон и Амал, — сказал Джейкоб.

— Не позвать, а обозвать. Попробуй: «Придурки». Или: «Завязывай, урод».

— Это же ругательства…

— Да. Но они хорошо подумают, прежде чем еще раз тронуть тебя.

Джейкоб начал раскачиваться.

— Во время вьетнамской войны Би-би-си не знала, как произнести название поселка, подвергшегося бомбардировке, Хойан, так, чтобы не оскорбить слушателей. Решили вместо этого назвать город, находящийся неподалеку. К несчастью, он носил название Хюэ.

— Тогда в следующий раз, когда обидчик будет тыкать тебя носом в лужу, выкрикивай названия вьетнамских поселков.

— «Я покажу тебе, моя милая, и твоей собачонке тоже!» — процитировал Джейкоб «Волшебника страны Оз».

— Нужно, чтобы звучало более агрессивно, — посоветовал я.

Он на мгновение задумался.

— «Накося выкуси, ублюдок!»[10]

— Отлично. Поэтому в следующий раз, когда кто-нибудь выхватит твою книгу, что ты скажешь?

— А ну, выблядок, отдай книгу!

Я рассмеялся.

— Джейкоб, да у тебя прирожденный талант!

Я искренне не собирался проникать в очередной дом. Но во вторник в школе выдался такой паршивый день: во-первых, я получил семьдесят девять балов за контрольную по математике, а я не привык к простому «хорошо»; во-вторых, у меня — единственного в лаборатории, куда мы ходим на биологию, — не забродили дрожжи. В-третьих, похоже, я начинаю заболевать. Я ушел с последнего урока, потому что хотел просто свернуться калачиком под одеялом и выпить чашечку чая. В действительности страстное желание выпить чаю напомнило мне о профессорском доме, где я побывал на прошлой неделе. И к счастью, когда эта мысль приходит мне на ум, я нахожусь всего в трех кварталах от дома профессора.

Дом все еще пустует, мне нет даже необходимости взламывать заднюю дверь — она осталась незапертой. Возле стены все еще стоит трость, а на вешалке висит та самая толстовка, но теперь рядом с ней и шерстяное пальто, и пара ботинок. Кто-то допил красное вино. На стойке появились колонки, которых в прошлый раз здесь не было, и на зарядке стоит новенький розовый плеер.

Я нажал кнопку «вкл» и увидел, что проигрывается трек Ни-Йо.

Либо это самые хипповые из профессоров, либо их внукам следует перестать разбрасывать повсюду свои вещи.

Чайник стоит на плите. Я наливаю в него воды и включаю конфорку, а сам роюсь в ящиках в поисках пакетика чая. Их засунули на полку, за рулон пекарской фольги. Я выбираю «манговое безумие» и, пока закипает вода, прокручиваю плеер. Впечатляет. Мама вряд ли знает, как пользоваться медиаплеером, однако есть же парочка пожилых профессоров, которые разбираются в новейших технологиях.

Может быть, они не такие старые? Я представил их себе стариками, но, возможно, трость — последствия артроскопического хирургического вмешательства, потому что профессор по выходным играет в хоккей и повредил колено. А может быть, они одного возраста с моей мамой, а владелица толстовки — их дочь, моя ровесница. Возможно, она ходит в мою школу. И даже сидит рядом со мной на биологии.

Кладу плеер в карман, наливаю воду из свистящего чайника и тут обнаруживаю, что слышу шум льющейся наверху воды.

Забыв о чае, я крадучись пробираюсь в гостиную мимо громадного развлекательного центра, потом вверх по лестнице.

Похоже, шум льющейся воды доносится из хозяйской ванной комнаты.

Кровать разобрана. На ней стеганое одеяло, расшитое розами, на стуле стопка одежды. Я беру кружевной бюстгальтер и провожу рукой по застежке.

Внезапно я замечаю, что дверь ванной приоткрыта, и в зеркале мне видно происходящее в душе.

Мой день за последние тридцать секунд стал значительно лучше.

В душе много пара, поэтому я могу рассмотреть только изгибы тела, а когда девушка поворачивается, вижу, что волосы у нее до плеч. Она что-то напевает, чудовищно фальшивя. «Повернись, — мысленно умоляю я. — Лицом».

— Чертовщина! — восклицает девушка и резко раскрывает дверь душа.

Я вижу ее руку, которая пытается нащупать полотенце на вешалке у двери. Вытирает глаза. Я, затаив дыхание, смотрю на ее плечи. На сиськи.

Продолжая щуриться, она опускает полотенце и поворачивается.

В эту секунду наши взгляды встречаются.

ДЖЕЙКОБ

Люди постоянно говорят не то, что думают, но эмоционально неустойчивые, тем не менее, умудряются понимать между строк. Возьмем, например, Мими Шеек из нашей школы. Она сказала, что умрет, если Пол Макграт не пригласит ее на школьный бал, но на самом деле она не собиралась умирать — она бы просто очень расстроилась. Или, например, Тео. Иногда хлопает кого-нибудь по плечу и говорит «Иди ты!», когда на самом деле хочет, чтобы его приятель продолжал рассказ. Или когда мама бормочет «Просто отлично!», если у нас на дороге спускает шина, хотя понятно, что ничего отличного в этом нет, — только колоссальная трудность.

Возможно, когда Джесс сказала мне в воскресенье «Исчезни!», на самом деле она имела в виду что-то другое?

Мне кажется, что я умираю от спинномозгового менингита. Головные боли, слабоумие, ригидность затылка, высокая температура. У меня два симптома из четырех. Не знаю, попросить ли маму отвезти меня, чтобы взяли поясничную пункцию, или продолжать терпеть, пока не умру. Я уже собрался в письменном виде объяснить, как хочу быть одет на похоронах. Так. На всякий случай.

Еще одно столь же вероятное предположение: у меня страшно болит голова и занемела шея из-за того, что я с воскресенья — когда в последний раз видел Джесс — потерял сон.

Она не прислала заранее фотографию своего нового жилища, как обещала. Вчера я отправил ей по электронной почте сорок восемь напоминаний, ни на одно она не ответила. И позвонить ей не могу, чтобы напомнить о фотографии, потому что ее сотовый телефон до сих пор у меня.

Минувшей ночью, часа в четыре, я задался вопросом, а что сделал бы доктор Генри Ли, если улики таковы:

1. По электронной почте фотографии так и не пришли.

2. Все мои сорок восемь посланий остались без ответа.

Первая гипотеза: у Джесс за неуплату отключена электронная почта, что кажется маловероятным, потому что она связана с электронной почтой Вермонтского университета. Вторая гипотеза: она намеренно решила не общаться со мной, что означает злость или разочарование (см. выше: «Просто исчезни»). Но это бессмысленно, поскольку она сама сказала во время нашей последней встречи: я должен рассказать ей, какой урок извлек… А это означает очередную встречу.

Между прочим, я составил список уроков, которые извлек из последней нашей встречи:

1. Пицца без глютена на вкус отвратительна.

2. В пятницу Джесс в кино не пойдет.

3. Звонок ее телефона похож на птичью трель, если прикрутить громкость.

4. Марк — тупоголовый идиот. (Хотя, честно говоря, это: а) одно и то же, б) я давно об этом знаю.)

Сегодня я, находясь в таком ужасном состоянии, пошел в школу по единственной причине — мама настоит на том, чтобы я остался дома и не ходил к Джесс, а этого я допустить не мог. Я должен отдать ей сотовый. И при личной встрече я смогу узнать, почему она не отвечает на электронные послания.