Ты меня н̶е̶ стоишь 2. Борись до конца - Руби Райт

провокация, все дела. Но у меня какие-то странные похитители. Не угрожали, не избивали, даже из машины попросили просто выйти, а не выволокли за волосы, как в фильмах показывают.

Нет, конечно, было страшно, но не прям чтоб сильно. А все потому, что я знаю Машку. Как только она заметит мою пропажу, она начнет крушить этот городок. И этим двум парням, которые меня типа похитили, не поздоровится. Они просто не знают Машку, не знают, на что она способна, а вот я знаю. У меня самая заботливая сестра, которая всегда меня защищала и оберегала. Даже когда мы были маленькие, она всегда была готова броситься в гущу событий, чтобы меня отстоять. Она бойкая, бесстрашная и очень отважная. Она не боится последствий, если дело касается ее родных, любимых. За свое она перегрызет горло своими зубами. И я рада, что я отношусь к числу ее любимых людей.

На улице темно, и в окно авто почти ничего не видно. Да и что я хочу увидеть в незнакомом городе? Притормаживаем, заезжаем вроде во двор какого-то дома. Снова едем, всего пару минут. Остановились.

Водитель выходит, и я за ним. Оглядываюсь, но получаю распоряжение смотреть перед собой. Подчиняюсь.

Передо мной домик, как у лесничего, крохотный. Внутрь заталкивают и закрывают дверь, не успеваю разглядеть все как следует.

Осматриваюсь. Слышу щелчок замка, а значит, я заперта.

Внутри дом такой же маленький, каким и казался снаружи. Внутри прохладно, но взгляд тут же притянул камин. Проверила. Нет ни дров, ни спичек. Ну конечно, предусмотрели все варианты. А так бы я им такой тут костер разожгла.

В углу стоит небольшой холодильник, иду к нему, открываю. Наполнение так себе. Три бутылки воды по ноль пять. Хорошо, что я в ресторане поела, кто знает, входит ли в обслуживание кормежка.

Дверь?

Подхожу и открываю. Ванная комната, но без ванной. Лишь унитаз, раковина и на этом все. А как мне мыться?

Видимо, никак, ну или импровизировать. Жаль, я свои смарт-часы не надела, могла хотя бы в сумочку бросить. Эти два идиота, что меня сюда привезли, даже не проверили сумочку. Она так и висит у меня на плече, салаги. Да, с часами, конечно, провал, но ничего не поделаешь.

Вновь возвращаюсь в комнату, беру плед на диване, укутываюсь и ложусь. Мне ничего не остается, как лечь и ждать, что Машка меня найдет.

А она обязательно найдет…

— Завтрак, — говорит мужской голос, и я тут же сажусь на диван. Надо же, я уснула. И, видимо, проспала всю ночь, раз за окном светло. Тру глаза, ресницы слиплись, так как средство для снятия макияжа я с собой не взяла, к сожалению.

Мужчина, что пришел ко мне… это он меня вчера в тачку запихивал. Я его хорошо разглядела, чтобы потом покарать за необдуманное деяние. Не старый, явно турок и какой-то дерганый.

— Когда меня отпустят? — решаю еще раз задать тот самый вопрос.

— Когда надо, — грубит мне мужик. — Ешь и не задавай глупых вопросов.

— Меня искать будут. Вы знаете, кто мой отец? — спросила и усмехнулась. Прозвучало, как в фильме, где прессуют богатых мажоров.

— Мне плевать, кто твой отец…

— Ну и зря, — перебиваю турка. — Думаю, он вас убьет, хотя, наверное, нет. Машка вас убьет раньше. Когда моя сестра меня найдет, вам капец, — угрожаю я крупному мужчине и почти не боюсь, что он мне ответит не словами, а…

— Сестра? — почему-то переспрашивает мужчина.

— Ага. Маша. Запомни это имя, урод, оно тебе будет теперь в кошмарах сниться, — я говорю, а мужик меняется в лице. Испугался? Я смогла его испугать?

— Как тебя зовут? — спрашивает грубо, и мне не хочется ему отвечать. Взгляд притянули бутерброды, что он принес, и запах кофе в бумажном стакане.

— Ты не знаешь, кого похитил?

— Как тебя зовут? — повторяет мужик, слегка повысив голос. Он что, злится? Я всегда умела довести мужика, даже такого терпеливого, как мой Даня.

— Аверина Дарья Павловна, — язвлю похитителю, и он пулей выскакивает из дома. И тут до меня доходит.

Эти идиоты хотели похитить совсем не меня…

Глава 27

— Они всегда тут встречаются? — обращаюсь к Олегу, когда мы приехали в какое-то странное место.

Точнее на странную улицу. Двухэтажные домики все как один, и даже воздух, пропитаны нищетой. Где-то на балконах сохнет одежда, во дворах носятся дети и пыль стоит столбом. Сегодня немного ветрено.

В прошлый раз, когда мы тут были, все мое внимание привлекала Айлин и ее побег от охраны, но сегодня я смотрела на обстановку вокруг. Странно, что Антон купил жилье именно в этой части города. Его финансовое положение позволяет ему шиковать, но, вероятно, он просто не хочет светиться.

— Да, вон в том доме. Второй этаж, угловая квартира, — докладывает Олег, а я наблюдаю за тем, как наши голубки заходят в этот самый дом. Антон еще так смешно башкой вертит. Конспиратор хренов.

Прям хочется открыть окошко и заорать: «Придурок, вас уже давно спалили!» Но я сижу и жду, когда они зайдут в квартиру.

— Идем? — уточняю у Олега.

— Да, пошли. Вовчик с нами, остальные ждите на улице, — дает распоряжение, и мы вылезаем из тачки. — Маш, говорить будешь ты.

— Естественно… — важничаю.

— Не в этом дело. Айлин ты не особо нравишься. — Это он еще преуменьшил. — А значит, будут замешаны эмоции. Если она что-то знает, я пойму.

— Поняла. — Какой же Олег у нас умный, не перестаю удивляться. Не хотела бы я перейти ему дорогу — чревато последствиями.

И вот мы приближаемся к дому. Как же круто я себя ощущаю с пистолетом, заправленным в шорты сзади. Прикрыла его бесформенной майкой и иду. Вернее гордо шагаю.

Сейчас я припугну суку и поеду за Дашкой, а остальное неважно. Поднимаемся на второй этаж, подходим к нужной двери в квартиру, прислушиваюсь. Тихо. Не похоже, что трахаются. Хотя после разговора со мной Айлин вряд ли приехала сюда трахаться, думаю, они разговаривают с Антоном. И я с радостью присоединюсь к их интересной беседе.

Ненастойчиво стучу в дверь, в которой даже глазка нет. В этом городе все не как у людей.

Дверь распахивает Антон, и, о боже, его взгляд бесценен. Кого-кого, а меня он тут точно не ожидал увидеть.

— Маша… — говорит и назад отходит, так как я, Олег и Вова внаглую заваливаемся в квартиру. Но выражение лица Антона даже рядом не стояло с выражением лица Айлин. С ее удивлением или ужасом, я на