Ты меня н̶е̶ стоишь 2. Борись до конца - Руби Райт

как не любит иностранцев, и ему особенно не нравится, что мы тут свой бизнес развиваем.

— Благо мы живем в двадцать первом веке, и эти расистские бредни никого не волнуют. Турция — дружественная страна, а этот городок в упадке. Твой отец делает им всем одолжение. Сейчас начнет работу еще один отель, начнется наплыв туристов, и появятся дополнительные рабочие места. Все в выигрыше. — Олег так просто рассуждает.

— Все, кроме гордеца Алдара.

— Ну это его проблема, не наша, — отвечает Олег, как всегда, невероятно спокойно.

— Что Батур? — Интересует меня информация о брате Эмира.

— Глухо. Тихий парень, папина правая рука. Последние годы он ворочал делами.

— И чем я ему не угодила? — Не понимаю, какая ему выгода в том, что я свалю из Турции.

— Тут я уже не могу тебе ответить. Может, Эмир выяснит.

— Он не станет…

— Почему это? Он мне вчера звонил, просил видео с камеры скинуть. Думаю, он поговорит с братом.

Не ожидала такого. Думала, он дуется и ничего не делает, а он вон что…

Может, и впрямь ему написать хотя бы? Нет. Не стану. Твердо решила и не передумаю.

Пусть первым пишет.

Глава 18

— И что это ты не говоришь мне, что прилетишь? — начинаю с наезда на отца, а не с приветствия. С Олегом, главное, секретничает, а со мной — нет.

— Маш, тут поменялось все. Завтра не прилечу, через пару дней, скорее всего. — Слышу в голосе отца тревогу, и меня это немного напрягает.

— Что-то случилось?

— Дочь, разве у меня может что-то случится? Так, неприятности. — Отец, как всегда, выдает пафоса в своих фразах. — Лучше скажи, как мои девочки поживают?

— Ты разве с Олегом не говорил?

— Каждый день говорим. Его работа — отчитываться передо мной. Но я хочу тебя послушать.

— Ничего нового я тебе не скажу.

— Маш, мне не нравится твой грустный голос. Дочь, ты прекращай там… Ты же знаешь, я ради тебя любого согну, и Алдар Челик за свои слова ответит — передо мной, если нужно.

— Ты поэтому его отель купил? — Папа, как и я, горяч в своих поступках.

— Я говорил не с ним лично, с акционерами, так сказать. И нет, не поэтому. Мне нужно срочно слить денег, а лучше всего это сделать, вложив их куда-нибудь. Отельный бизнес — прибыльное дело.

— Пап, у тебя точно все хорошо? Мы все так же богаты, со связями и привилегиями? — пытаюсь говорить в шутку, но выходит нелепо.

— Ха-ха-ха, Машка, ну даешь. Все хорошо, не паникуй. Все живы, здоровы — это главное. Денег полно, и связи крепки. Отдыхай и радуйся жизни, пока молодая. Эмиру привет передавай, скажи, я приглядываю. — Последняя фраза отца звучит как угроза и вызывает у меня лишь улыбку и смех.

— Ладно, давай решай там свои дела и прилетай, я соскучилась.

— И я, детка. Целую, и Дашку от меня поцелуй.

— Хорошо, — отвечаю и сбрасываю вызов.

Захожу в лифт и в номер иду. День так себе, бессмысленно прожитый. И Эмир не пишет, а мог бы. Но, видно, гордыня выше чувств ко мне, если они вообще есть.

Кто знает, может, это так, влюбленность? Страсть, что загорелась быстро и ярко и так же быстро потухла?

Не хочется так думать, но почему-то думаю, пока лифт везет меня вверх. Плетусь по коридору и будто чувствую что-то. Поднимаю глаза и вижу его. Эмир Туран, облокотившись на стену, стоит у моего люкса. И ведь не зашел, стоит в коридоре и на меня смотрит.

— Привет. Ты чего тут? — спрашиваю, когда подхожу ближе.

— Не был уверен, что могу зайти в твой номер. — Обиделся?

Открываю дверь и прохожу вперед.

— И почему это? — говорю чуть грубовато, само собой выходит. Вот такая я. Даже если не хочу ссориться, все равно ссорюсь. Характер, чтоб его.

— Ну мы поругались, ты меня выгнала. Помнишь? — Заходит следом и закрывает за собой дверь.

В ту же секунду мой номер заполняет его приятный запах. Готова поспорить, он только из душа, потому что от него невероятно приятно пахнет тем самым гелем, от которого я с ума схожу. И он это специально все сделал. Вижу по глазам его хитрым, по легкой улыбке, что он тщательно прячет.

Ну раз он решил играть нечестно, буду и я.

Игнорирую его вопрос и задаю свой.

— Я сбегаю быстренько в душ? Не успела смыть соль после моря.

— Иди, — говорит будто безразлично, но я-то знаю, что это не так.

— Если закажешь каких-то вкусностей из ресторана, буду признательна. — Мило улыбаюсь Эмиру и захожу в душ.

Ну а дальше марафон. Быстро ополаскиваюсь, закрутив волосы на макушке. Стою в халате и думаю, какое белье надеть. Правильно, никакое.

Лучше одеться в большой комнате, а не в ванной. Там и зрители есть.

Выхожу из ванной и вижу, что стол уже накрыт. Быстро. Эмир заказал фрукты и бутылку вина для меня, какой молодец.

Подхожу к шкафу, распахиваю его и затылком ощущаю, что он смотрит, пристально. Молчит и смотрит.

Еще бы…

Развязываю пояс халата, стягиваю его с плеч, и он падает на пол. В комнате все еще гробовая тишина, но у меня в душе все ликует.

Делаю вид, что ищу что-то в шкафу, чуть оттопырив попку назад, почти виляя ей, и, наконец, нахожу нужные трусики.

— Это нечестно, — нарушает тишину Эмир, и я, не поворачиваясь к нему, спрашиваю, прикрыв грудь руками.

— Что?

— Давай-давай, испытывай мою выдержку, — прилетает угроза. И я чувствую, как легкая дрожь возбуждения пробегает по моему нагому телу. Испытывать выдержку? Как я могу…

— Не понимаю, о чем ты. — Отворачиваюсь, а затем медленно наклоняюсь, чтобы надеть легкие кружевные трусики. И тут парень срывается…

Глава 19

Он приближается, и я это чувствую, ощущаю кожей, всем телом. Меня будто жаром охватывает, когда он подходит сзади и кладет ладони на мою талию. Одно касание, еще без слов, но я уже реагирую. Быстро, четко.

Тело в разброс с головой и мозгом, который рекомендует сначала поговорить, а уж потом трахаться. Но сегодня я хочу думать не головой.

Эмир сильнее вжимается в меня сзади, а я тяну руку вперед и закрываю дверь шкафа. Да, она зеркальная, и теперь я вижу его глаза в отражении. То, как он на меня смотрит, как напрягает скулы и хмурит брови. Как по его лицу читается желание обладать мной.

Глаза в глаза и наши отражения в зеркале. Тишина…

Его