Перворожденная - Юстина Южная

Муки совести у темного, подумать только. Права была Мара, когда в приступе ярости кричала, что ему надо было идти в ученики к светлым чародеям. Те, в отличие от темных, поголовно альтруисты. А темные… они разные. Кто-то совсем потерял способность воспринимать свет, ушел по самым жестоким и неприглядным путям чернокнижия; мрак Ночи – уже не основной источник их сил. Кто-то застрял на грани сумерек и тьмы – эгоисты, да, отнюдь не всегда разборчивы в средствах, но злобность им присуща нечасто. Кто-то, вроде Финеаса, сидит в полумгле: магия Ночи подвластна им, желания окунаться в бездонный океан черной волшбы нет, но и бескорыстное человеколюбие светлых представляется лишней тратой энергии. Они ближе к простым магам, ключи к силам у которых не лежат во свете или во тьме. Те используют любые доступные им чары и по характеру – обычные люди, ну разве что с некоторой «магодеформацией». Таких большинство.

Итак, хочет Финеас того или не хочет, он идет с эльфийкой. Как начались его поиски после слов умирающего Диара, так и продолжаются до сих пор. Искал Перворожденную, искал город эльфов, теперь будет искать адептов неизвестного ему Хедина, а потом – хищного мага Зафира. И быть может, в конце концов найдет себя. Или свою смерть. Это уж как повезет.

А без эльфов повезет вряд ли. Раздробленность, обособленность племен материка сыграет с ними злую шутку. Рати пришельцев захватят их одно за другим, пока местные корольки и князьки станут выяснять друг с другом отношения и договариваться, кто, на каких условиях и за кого выступит. И с каждым покоренным народом в армии неприятеля будут прибавляться все новые и новые воины.

Маги в состоянии дать отпор, но они разобщены точно так же, а договориться им порой еще сложнее. Живут они не намного, но все же дольше людей, а стало быть, хвост взаимных обид и счетов у них гораздо длиннее. Ссорятся между собой чародеи, ссорятся целые ордена и гильдии. Они, конечно, не глупцы, в какой-то момент общая угроза заставит их объединиться. Вопрос, успеют ли? Просторы континента широки, пока явится подмога…

Собрать нескольких магов, попробовать добраться до Зафира раньше, чем он стянет под свое крыло непобедимые войска, – это возможно. Но время, время! Эльфы-то вот они, под боком, и волшба их не менее хороша. Другое дело, что в Алдеоне, средоточии сил, Перворожденные имеют большую власть, чем окажись они за пределами острова, да еще порознь. Древесные чертоги защитят своих жителей от многих, если не от любых нападений. В этом мастер Юрато понимал эльфов – проще пересидеть, переждать безумную атаку тех же орков, а затем ударить по ним всей накопленной за века мощью города. Незачем выходить в поле и сражаться на территории смертных – так Перворожденные только потеряют своих. Понимал он и нежелание Валакара жертвовать хоть кем-то из эльфов. Их на Альтерре очень мало. Будь маг на его месте, скорее всего, отдал бы такой же приказ. Но это понимание ничего не меняло для него и Исилвен. Они оставались со своим противником один на один.

Что ж, ничего не поделаешь. Захочет эльфийка еще немного побыть среди своего народа или, обидевшись, покинет Алдеон сегодня же, все равно их ждет дорога.

Финеас поднялся из-под дерева, где сидел последние полчаса, и направился обратно к площади. Вокруг и впрямь царило лето – бабочки порхали над распускающимися бутонами, трава стелилась по земле мягким шелком. Нелегко будет выйти из города и снова попасть во владения суровых ветров и серых волн гэльских морей. Не потянет ли задержаться в гостеприимных чертогах на денек, а потом еще на денек и еще?

Почти дойдя до жилища Валакара, он увидел Исилвен. Девушка стояла возле высокого дерева (как там она его называла, лаватасар?) и с нежностью, словно ребячьи вихры, гладила узкие шафранно-изумрудные листья. Заметив мага, она смущенно опустила руку.

Уходили через три дня. Все теми же холмами сидов. Наверное, больше они не смогут воспользоваться любезностью фейри, ибо на материке у Исилвен нет столь хороших знакомых.

Прежде чем войти в разверзшийся проход, эльфийка невольно обернулась назад, бросая последний взгляд на Алдеон. Но слабость оказалась секундной, и, когда девушка ступила под земляные своды, шаг ее был твердым.

Время холмов опять сыграло с ними в свою игру: на Скае занимался рассвет, а в Галлии, недалеко от Лютеции, где они очутились после трехчасового перехода по волшебным коридорам, уже наступила ночь. Слава Всевышнему, ночь того же дня. Весь многодневный пеший путь и переправа через пролив уложились в полсуток.

Но двери холма захлопнулись, и путешественники остались наедине с проблемой – пробираться в темноте через лес к городу или ждать на месте до зари. Жилья рядом не имелось – не горели светильники в окнах, не курился дымок из труб и отдушин. Их окружало сплошное кольцо деревьев.

– Сиды сказали, от этого холма до Лютеции около семи миль. Попробуем до нее добраться? – наконец решилась девушка. – Дорогу лес подскажет. Мои способности не те, что раньше, но кое-что я умею до сих пор.

– Были бы в лесу одни животные… Лютеция не самый безопасный город, леди Исилвен. Наткнуться на разбойничью засаду тут проще, нежели заблудиться. Чем встретить лихих людей, у меня найдется, но смысл рисковать? – Маг в задумчивости потер подбородок. – Хотя с тем же успехом арбалеты достанут нас и здесь.

– И что же?

– Пойдем, – заключил Финеас. – Но смотреть придется в оба.

– Тогда подожди немного, мастер, я поговорю с деревьями.

Исилвен подошла к ближайшему стволу, коснулась его ладонью. Магу показалось, будто в кроне пронесся тихий шелест. Сначала ничего не происходило, затем шорох раздался чуть дальше и еще дальше. «Ветер», вызванный эльфийкой, тревожил листья, и они шептали что-то слышимое ей одной. Спустя пять минут Исилвен с признательностью дотронулась до ветвей, отняла руку.

– Нам туда, – сказала она, указывая на разрыв в густом кустарнике. Финеас мог поклясться, что до сего момента его тут не было. – А ярдов через сто начнется тропа пошире. Луна светит ярко, облаков почти нет…

Маг кивнул:

– Надеюсь, дорога будет не очень длинной. Иди за мной, леди Исилвен, и будь внимательна.

Как и сказала эльфийка, удобная тропа вскоре нашлась. Финеас шел первым, прислушиваясь к звукам ночного леса и время от времени задействуя магическое зрение. Пользоваться им постоянно означало терять силы. Девушка двигалась за мастером след в след и ступала так тихо, что Финеас даже несколько раз оборачивался, чтобы убедиться, что она все еще здесь.

Первые мили неприятностей не доставили: никакого подозрительного шума в зарослях, никаких подвохов и ловушек. Свет луны и звезд освещал путь. Маг начал верить, что разбойники если и есть, то обретаются в иных краях. До Лютеции оставалось совсем немного, когда тонкая иголочка чужой волшбы кольнула Финеаса.

Он замер. Исилвен тоже застыла. Она пока еще не почувствовала стороннего присутствия, но доверилась чутью мага.

Что это? Отголоски чьего-то чародейства, случившегося неподалеку? Или их действительно сейчас пытается прощупать некий колдун? Но откуда колдуны в этой чаще? Честным лесным братьям они не по карману. Разве только изгой какой-нибудь прибился к шайке.

Магическое зрение не показало ничего. Или?.. Стоп! Тенью, далеко, на самой границе восприятия… кто-то прячется за деревьями. И ниточка волшбы тянется именно оттуда. Сколько их? Не разглядеть. Финеас тронул эльфийку за локоть. Хвала Всевышнему, ей не требовались долгие пояснения. Девушка по одному знаку поняла, что происходит.

– Идем быстрее, – шепнул он. – Посмотрим, двинутся ли они за нами. Среди них чародей.

Прибавили шаг. Тени – теперь уже точно стало ясно, что это не один человек, – заскользили следом.

– Там тоже кто-то есть, – предостерегла Исилвен, указывая на противоположный край тропы. – Я их слышу.

Финеас выругался.

Расклад понятен. Незнакомцы во главе с магом приближались к ним с двух сторон. И вряд ли они так спешили, чтобы поприветствовать дорогих гостей Лютеции или предложить им послушать модного трувера с его занимательными фаблио. Бежать в надежде, что они вырвутся из-под лесного крова раньше, чем их настигнут? Маг прикинул. Не успеть. Использовать свиток перемещения? Бездарная трата, по сути, но спасти эльфийку – его долг. Для того и нанят, рисковать нельзя. Финеас уже на бегу потянулся за спину, достать свиток из котомки… и еле увернулся от заклятия, змеящейся лентой ворвавшегося под ноги. Чары оцепенения!

– Прыгай! – крикнул он, хватая девушку за руку и взмывая с ней вверх.

Оба перескочили через «ленту», не коснувшись. Все, поздно бежать. Финеас сбросил поклажу, выхватил посох, в другой руке зажал меч.

– Леди Исилвен, постарайся…

Эльфийка сдернула с плеча лук и уже натягивала тетиву.

– …держаться за мной, – закончил слегка изумленный маг.