Перворожденная - Юстина Южная

Маг развязал ленту, откинул полотно. На ладони лежал амулет со сложно вплетенными рунами и тремя камнями цвета аквамарина. Камни едва заметно мерцали, переливаясь радужными волнами. В амулете скрывалась сила – удивительная, неимоверная. Такой Финеас не чувствовал даже в талисмане Валакара.

– Что это?

– Она сделала его специально для тебя, работала всю зиму и весну. В нем – часть ее Музыки, и он дает жизнь. Много лет жизни, Финеас. Три, может быть, четыре столетия сверх того, что у тебя есть сейчас. Только носи его, не снимая.

– Зачем? – прошептал Финеас пораженно. – Зачем она…

– Дурак ты, мастер, – рассердился вдруг старый чародей. – Что, по-твоему, ее держит на земле, что не позволило умереть? Неужели сам до сих пор не понял?

Финеас опустил глаза. Но через мгновение вскинулся, плотнее сжимая амулет.

– Мэтр, если в нем Музыка и жизнь, нужно попробовать…

Старый чародей покачал головой:

– Он настроен на одного тебя. Исилвен предупредила об этом. Ни в чьих других руках он не пробудится, даже в ее.

Видя, как потускнело лицо мага, мэтр ди Альберто вздохнул.

– Если ты хочешь возвратить ее, тебе не помогут ни сиды, ни эльфы, – произнес он, теребя кончик бороды. – Тебе нужны боги, Финеас. Те самые, высокие, недостижимые. Истинные правители миров. Или какой-нибудь сверхмогущественный колдун – я, правда, таких не встречал.

– Боги, говорите, – задумчиво повторил маг и стиснул пальцы. – Что ж, значит, доберемся до богов. Даже если для этого понадобится сотня лет, теперь она у меня есть.

Финеас аккуратно надел амулет на шею и спрятал его под рубашкой. Подошел к саркофагу, провел рукой по неровной поверхности.

– Я вернусь за тобой, – сказал он одними губами и оглянулся на седобородого чародея. – Пойдемте, мэтр Лидио. Кажется, мне нужно побеседовать с нашим варягом.

Солнечный свет поначалу ослепил. Прищурившись, Финеас углядел северянина, мающегося возле оставленных у громадного дуба лошадей. Быстрым шагом направился к нему.

– Милый, – суккуба поймала мага за рукав. – Куда так торопишься? Скажи-ка мне лучше, какие у тебя планы на сегодняшний вечер?

Финеас, не останавливаясь, прошел мимо. Подхватив длинный повод, запрыгнул в седло. Идрис с кряхтением – плечо все еще было перевязано – забрался на свою лошадь. До Мары донесся негромкий разговор:

– Ты после Эрина куда?

– К своим, в Богемию. А оттуда в Моравию, если ее уже очистили от хаоситских войск. Будем сферу искать. Ну и Иржи на свадьбу приглашал. Ужасно недоволен был, что из-за всего этого пришлось на лето переносить. – Варяг ухмыльнулся. – Тебя, кстати, тоже звал.

Темный маг неопределенно фыркнул.

– Другие чародеи ордена там будут?

– На свадьбе вряд ли, а вообще да.

– Тогда я, пожалуй, прогуляюсь с тобой. Надеюсь, ты не против?

– Я? Да никогда! Прогулки с темными магами, оказывается, получаются такими же веселыми, как и с боевыми эльфами.

– Вот и отлично. Стало быть – в порт.

Мара смотрела вслед чародею, раскрыв рот. Он ее не заметил. Он просто ее не заметил. Будто она дерево или рваный сапог. Ах вот как, господин маг! Все, что Мара для вас сделала, не имеет значения? Ну раз так, держитесь. Крепко держитесь, господин маг. Что там северянин говорил про Моравию? А не наведаться ли одной маленькой суккубе в тихий моравский храм? Не предупредить ли тамошних служителей о том, что им стоит замаскировать место заточения их владык понадежней?

Багряная стрелка надвое рассекла ее радужку, а розовый язычок облизал губы.

– Мы еще встретимся с тобой, мой сладкий.

Май – сентябрь 2012 г.

Примечания

1

Имя имеет древнееврейское происхождение, означает «провидец», «предсказатель».

2

Дианойя (греч.) – мышление, сила мысли, разум.

3

 Храмовые жрицы любви в Вавилоне.

4

 В Швейцарии и Северной Италии – шкодливый домовой дух.

5

Коррида с молодым быком.

6

Начиная со Средних веков, общежитие для учащихся и преподавателей.