Бодхи: интерпретация буддизма - Евгений Владимирович Резников

исследования), усиливая благодаря многократному повторению эффект воздействия отдельных и одиночных звуков, носит очень сложный по своей структуре характер воздействия на мозг и весь организм человека, что обусловлено процессом формирования бинауральных колебаний.

Являясь наборами или сочетаниями определенных звуков, мантры создают очень мощные, выверенные, четко направленные и подчас очень сложно организованные воздействия на структуры нашего мозга и психики. Исследования подтверждают — мантры изменяют активность мозга и его структур, активизируют деятельность желез внутренней секреции и нормализуют не только функционирование внутренних органов, но и состояние психики.

Аналогом мантры выступает молитва. Как особый вид молитвы рассматривается молитва медитативная. Ибо медитативной может быть и молитва как разговор с Богом: если человек глубоко и полностью погружен в процесс произнесения и ощущения молитвы, то он находится в медитативном состоянии, ибо ритмы его мозга замедляются и, по определению, характеризуют медитативное состояние.

Исследования показали, что произнесение молитвы, если человек находится в обыденном состояния сознания, требует включения сознания — здесь ум, рассудок совершенно необходим, иначе просто слова молитвы не вспомнить. Но любой вид молитвы — в том в случае, если человек уходит в эту молитву, погружается в ее поток, в ее энергию, — может ввести человека в медитативное состояние и вызвать в теле и структурах мозга релаксационный отклик.

Такое полное погружение, полное включение в молитву, когда сознание человека как бы выключается из внешнего мира и полностью растворяется в молитве, является, как отмечают исследователи, по существу состоянием трансовым.

По мнению Д. Гоулмана, высказанному в работе «Деструктивные эмоции», реальным показателем овладения практикой медитации служит умение человека управлять беспокоящими эмоциями. При этом под беспокоящими эмоциями понимаются «эмоции, причиняющие вред самому человеку и другим людям». Основополагающим же вопросом буддизма является полное освобождение от такого рода эмоций.

Индийский мистик и мыслитель VII века Шантидева выделяет важность внутренней работы (через медитацию), направленной на преображение психики, в своей «Бодхичарья-аватаре»: «Но, если сумею я покорить свой ум, разве будет нужда покорять что-то еще?» И, как подчеркивает Его Святейшество Далай-Лама, «основным назначением данной практики является тренировка ума».

Австралийский исследователь медитации психолог Я. Ригби следующим образом обобщает медитативные ощущения: сначала сознание находится в нормальном бодром состоянии — возникает поток мыслей, идей, чувств. Постепенное сосредоточение позволяет переключиться на более тонкий и менее активный уровень мыслительного процесса. С этого момента грубое, словесное мышление блекнет перед тонкой, подвижной духовной деятельностью. Отталкиваясь от этого спокойного, умиротворенного состояния, сосредоточение переходит на все более тонкие уровни активности, пока не достигает точки, в которой преодолеваются самые тонкие структуры мышления и чувств и медитирующий погружается в состояние внутреннего покоя при кристально чистом сознании, без какой-либо целенаправленности. Он пребывает в состоянии трансцендентального или чистого сознания без какого-либо времяощущения. После непродолжительного времени, обычно нескольких мгновений, мышление спонтанно возобновляется. Этот процесс постоянно повторяется.

В заключение хотелось бы процитировать Далай-Ламу XIV, который в книге «Вселенная в одном атоме» предлагает следующий вариант эффективной медитации:

Перед началом медитативной сессии следует пробудить в себе решимость не позволять своему уму отвлекаться ни на воспоминания о прошлых событиях, ни на мысли о будущем. Для этого практикующий дает молчаливое обещание, что в период медитации его ум не будет предаваться размышлениям о прошлом и будущем, но останется полностью сосредоточен на внимании к настоящему моменту. Легче медитировать, если сидишь лицом к стене, на которой нет никаких отвлекающих внимание контрастных цветовых пятен. Самыми подходящими в этом случае являются приглушенные, нейтральные тона, например кремовый или бежевый. В период медитации важно не прилагать никаких усилий. Напротив, следует просто наблюдать свой ум, покоящийся в его естественном состоянии.

Вскоре после начала медитации вы начнете замечать, что в уме возникают самые разнообразные мысли, подобные пузырящемуся потоку нескончаемой внутренней болтовни. Следует позволить всем приходящим мыслям возникать совершенно свободно, независимо от того, воспринимаете ли вы их как благие или неблагие. Не подвергайте их никакой оценке, не усиливайте и не подавляйте. Любые попытки сделать это приведут к дальнейшему возникновению мыслей, поскольку лишь предоставят новый материал для продолжения цепной реакции размышлений. Следует просто наблюдать мысли. Тогда процесс дискурсивного мышления будет продолжаться в уме, подобно тому как пузыри возникают и исчезают на поверхности воды.

Постепенно в мешанине этой внутренней болтовни вы станете замечать проблески того, что можно назвать простым отсутствием, то есть состоянием ума, лишенного какого-либо специфического, определенного содержания. Как правило, поначалу такие переживания являются лишь краткими вспышками нового опыта, однако по мере освоения практики интервалы отсутствия обычного потока мыслей начинают увеличиваться.

Когда это происходит, возникает реальная возможность понять, почему сознание в буддизме определяется «ясность и знание». Таким путем медитирующий постепенно научается схватывать базовое опытное переживание сознания, а затем использует его как объект медитативного рассмотрения.

Во время странствий наставник Тань-шань и его спутник молодой монах подошли к реке. Совсем недавно прошел дождь, воды реки оказались довольно глубокими. В тот момент, когда монахи уже приготовились пересечь реку, на берегу показалась одетая в шелковые одежды молодая девушка. Она не решалась перейти через речку и оказалась в затруднительном положении, явно из-за того, что река оказалась довольно глубока.

— Девушка, идите сюда, — сказал Тань-шань. Он взял ее на руки и перенес через речку.

Собрат-монах, увидев такую картину, шел мрачный и расстроенный до самой остановки на ночлег.

Наконец он, не выдержав, сказал Тань-шаню:

— Мы, монахи, вообще не должны приближаться к женщинам. А подходить к такой молодой и красивой девушке еще опаснее. Так зачем же ты нарушаешь уложения?

— А, ты о той девушке, что переходила через реку? — спокойно ответил Таньшань. — Я ее давно уже отпустил, почему же ты все еще несешь ее?

«Лучшие притчи дзен»

Дзенский студент пришел к Банкею и пожаловался:

— Учитель, у меня неуправляемый характер. Как мне исправить его?

— У тебя что-то странное, — ответил Банкей. — Позволь мне посмотреть, что у тебя.

— Но я не могу показать его, — ответил ученик.

— А когда ты сможешь показать его? — спросил Банкей.

— Все происходит неожиданно, — ответил студент.

— Тогда, — сделал вывод Банкей, — это не может быть твоим характером. Если бы это был твой настоящий характер, ты бы сразу мог показать его мне. Когда ты родился, у тебя его не было и твои родители не давали его тебе. Подумай об этом.

«101 дзенская история»

Одна молодая женщина заболела и была близка к