Второй президент Чехословакии Эдвард Бенеш: политик и человек. 1884–1948 - Валентина Владимировна Марьина

государства. Но, несмотря на это, Бенеш после своего возвращения мог заявить 29 сентября 1919 г. в Национальном собрании: «Мы уходим с мирной конференции как настоящие победители… Хотя мы и не достигли всего, чего хотели…, но в целом на мирной конференции было констатировано…, что наша делегация была одной из тех, которые получили больше всего, которые смогли наиболее активно и ловко использовать ситуацию»[123].

Благодаря грандиозной концепции Масарика и упорному труду Бенеша Чехословакия оказалась среди победоносных государств-наследников Австро-Венгрии. Одним из иронических последствий только что окончившейся войны, которую Союзники по рекомендации американского президента Вильсона вели во имя самоопределения народов, пишет 3. Земан, было то, что потерпевшие поражение Австрия и Венгрия гораздо больше соответствовали идеалу национального государства, чем новые государства-победители, в границах которых оказалось много национальных меньшинств.

Политические лидеры Чехословакии во главе с Масариком и Бенешем стремились создать свою республику как государство чехов и словаков. Успехи же Бенеша в решении вопроса о границах означали, что доля «чехословацкой нации»[124] в общей численности населения составляла в 1921 г. только 65,5 %. Несмотря на это, республика строилась как национальное государство. Оно должно было соответствовать западному образцу национального государства, олицетворением которого в основном являлись Франция и Великобритания. Не случайно основатели ЧСР надеялись, что победоносные державы Западной Европы обеспечат своего питомца надлежащей заботой[125]. Термин «чехословацкая нация» был зафиксирован и в преамбуле первой конституции молодого государства, принятой в 1920 г. «Чехословакизм» стал одной из его идейных основ, хотя республика возникла по сути как мультиэтническое государство. Термин «чехословаки» – а он вошел и в политический, и в дипломатический, и в повседневный лексикон – понимался и толковался по разному. С этнической точки зрения как две ветви единого народа, имеющего сходные, но все же различные языки: чешский и словацкий, а в политическом плане как «чехословацкая политическая нация», «государствообразующая» нация.

Глава 4

На родине: политические сторонники и противники

После окончания мирных переговоров в Париже Бенеш стал готовиться к отъезду в Прагу. 22 сентября 1919 г. он пересек границу Чехословакии, которая встретила его с почетом. В свои тридцать пять лет Бенеш был признан одним из основателей государства. Его радовало огромное уважение, успех удивил и его самого. Вскоре после приезда в Прагу он получил и признание «Национальной газеты» («Народни листы»), органа национально-демократической партии Крамаржа. В ее комментарии с благодарностью говорилось об успехах, явившихся результатом деятельности министра иностранных дел, и указывалось, что Бенеш будет необходим и при строительстве нового государства[126]. Бенеш выделялся глубокими знаниями в области международной политики и прекрасными организаторскими способностями, проявленными им во время войны. Масарик, который после возвращения на родину чувствовал усталость и испытывал проблемы со здоровьем, видел в Бенеше своего возможного преемника. Президент сомневался в способности чешских политиков завершить строительство государства в соответствии с его замыслами, и был убежден, что именно Бенеш сумеет продолжить совместно начатое дело. Уже в начале 1919 г., еще задолго до того, как Бенеш вернулся на родину, Масарик начал убеждать чешских политиков в правильности своих намерений. При подготовке конституции в парламентских комитетах был снижен возраст кандидата в президенты с сорока пяти до тридцати пяти лет лишь для того, чтобы Бенеш мог претендовать на пост главы государства. Но когда утихла эйфория по поводу возникновения независимого государства, жесткая поддержка Масариком Бенеша повлияла на расстановку политических сил в стране и способствовала расколу политической власти.

Масарик, считавший необходимой многопартийность, однако, не хотел, чтобы в руках партийных лидеров сосредоточивалась вся власть. Он полагал, что и в политике сознание индивида является решающим фактором. Хотя президент не уходил от споров с политиками, в целом он с ними ладил, а некоторых даже высоко ценил. Поведение же Бенеша, сохранявшего холодную сдержанность и самоуверенность, свидетельствовало, что пражских политиков он не уважал, не понимал их споров, которые часто казались ему мелочными. Для Бенеша единственным авторитетом оставался Масарик. Их взаимное доверие, как пишет 3. Земан, являлось краеугольным камнем чехословацкого государства[127]. Чтобы лучше узнать внутриполитическую жизнь в стране и убедить политических лидеров в своих необычайных способностях, по мнению президента, Бенеш должен был возглавить правительство. В конце концов, несмотря на внутреннее сопротивление, Масарику удалось «пробить» кандидатуру своего протеже на должность премьера: 26 сентября 1921 г. Бенеш возглавил чехословацкое правительство. К тому времени в Праге уже выкристаллизовались два центра власти. Один из них получил наименование «Град». Так назывался пражский Кремль, где находилась не только резиденция президента, но и министерство иностранных дел, возглавляемое Бенешем. Второй центр, вскоре получивший наименование «Пятерка», включал основные политические партии Чехословакии и их лидеров. Ни тот, ни другой центр конституционно не были оформлены.

Что же представляли собой эти властные группировки? Кого они объединяли и представляли? На вершине пирамиды «Града» находились президент Масарик и его «правая рука» Бенеш. Составной частью «Града» являлась также семья Масарика, особенно его сын Ян, который реализовал себя в министерстве Бенеша и стал известным дипломатом, и его старшая сестра Алиса, которая помимо своей активной благотворительности ведала хозяйственными делами Града. С ней весьма сблизилась жена Бенеша Гана, также занимавшаяся благотворительностью. Все они играли заметную, но негласную роль в политике этого центра. Дружественные связи между семьями Масарика и Бенеша являлись важной составляющей группировки «Града».

В первые годы после войны Масарик вместе с Бенешем стали закладывать основы нового государства и создавать традиции его управления. Тесные связи между ними и взаимное доверие являлись чрезвычайно важным элементом этой работы. Однако их личные взаимоотношения оставались формальными: они называли друг друга на «вы», а в переписке Масарик, как правило, приветствовал Бенеша как «Милого друга», в то время как Бенеш в ответ писал своему «Уважаемому другу». Эти два человека отличались не только разницей в возрасте, но и психологическим складом: президента характеризовал философский склад ума, Бенеш был практиком, профессионалом в своем деле, хорошим организатором. В отличие от Масарика, гуманистические взгляды которого были обусловлены преимущественно религиозными идеями, Бенеш являлся убежденным социалистом и полагал, что либерализм как идеология обречен. Он был безусловным сторонником демократии, но такой, которая служила бы прежде всего социальному прогрессу. И Масарик, и Бенеш выдвигали на первый план роль личности в демократии. Бенеш гораздо тверже, чем Масарик, настаивал на необходимости научного понимания политики. Президент не являлся членом какой-либо политической партии и не опирался ни на одну из них. Бенеш вначале тоже пытался остаться беспартийным, но в 1923 г. вступил в партию национальных социалистов. Масарик, ставший легендарной, харизматической личностью, получал всеобщую любовь