Российские оригиналы - Алексей Слаповский

Огляделись братья, огляделись и все остальные Правдоискатели - и ничего не могут понять.

Правда вроде есть, но Справедливости не хватает. А где Справедливость появилась, там Правды нет. А в иных местах нет ни Справедливости, ни Правды, зато, говорят, есть Закон, и о чeм ни спроси - в печатные буквы пальцем тычут.

Игорь Матвеевич сунулся по старой памяти к старому приятелю: нет ли какой правды для меня, учитывая заслуги?

Есть, сказал старый приятель. Сколько угодно - но за наличный расчeт!

Илья Матвеевич, углядев проруху, воспламенился, привычной рукой письмо написал, - ни ответа, ни привета. Явился лично: "Где правда, мать вашу, извините, так?!". А ему: "Иди и бери, нынче частная инициатива приветствуется. Во-о-он там, видишь?". Илья Матвеевич увидел, помчался, ухватил было, а ему по рукам, по рылу, под дых! - еле живой домой приполз.

Иван Матвеевич, дыша воздухом свободы, пришeл к бывшим единомышленникам с советом, как теперь Правдой распорядиться, ибо в сумасшедшем доме накопил много здравых на этот предмет рассуждений и проектов. Но единомышленникам было не до того: они публично грызлись друг с другом. Илья Матвеевич стоит, смотрит, слушает, ничего понять не может. Один из них кричит: "Вали к нам до кучи, у нас тут вовсю баллотировка! У тебя авторитет, ты в психушке сидел, нам такие позарез нужны!". Илья Матвеевич вспыхнул гражданским чувством необходимости - и полез в кучу. Тут ему кто-то подножку поставил, он упал, по нему подошвами прошлись...

И вот он, день нынешний.

Что с братьями?

Плохо с братьями.

Игорь Матвеевич сидит угрюмо дома и хворает морально. Илья же Матвеевич и Иван Матвеевич хворают физически: у одного печень отбили, у другого почки оттоптали.

А главное: не ищут они уже правды и не хотят искать.

Рухнула вековечная цель Правдоискателя. Нет правды на земле, - о чeм их ещe поэт Пушкин предупреждал. Ни шкурной (но дармовой и по заслугам), ни бытовой (но по справедливости), ни, тем более, идеальной. Никакой нет.

В других некоторых странах глаза давным-давно протeрли и о Правде даже не помышляют. У кого Закон, у кого Обычай, у кого Сила, - везде своe мерило.

Может, оно и не так плохо, но российскому Правдоискателю теперь что делать?

И осенила его страшная мысль: не в том суть, что правды нет, а в том, что еe никогда и не было! И не закадычный враг его государство, не Система, не Режим, не учрежденья власти и прочие подразделения виновны в отсутствии и недостижимости Правды, а - сам его величество человек.

И в одночасье - исчез Правдоискатель.

...Утешает одно: братья Игорь Матвеевич, Илья Матвеевич и Иван Матвеевич, раньше недолюбливавшие друг друга по разным причинам, теперь помирились. Сходятся теперь пенсионным делом чаю попить. О погоде говорят, о мелочах текущей жизни. О правде - молчок. Больно.

Р. РАСПУТНИК

Не путать с тем, кто в данной энциклопедии назван Адюльтерщиком. Тип российского Распутника восходит к понятию "распутье".

То самое, на котором витязь был. Камень, на камне надпись. Направо пойдeшь - коня потеряешь, налево пойдeшь - голову сломишь, прямо пойдeшь вообще тебе каюк. Витязь, естественно, героическим сказочным обычаем выбирал каюк. Но сказочным же обычаем вместо каюка получал часто царевну и полцарства впридачу.

Отсюда ясно, почему российский Распутник, если взять его в историческом, извините за выражение, разрезе, так часто лез на рожон: бабкиных сказок наслушался. Но ведь человек современный, кроме сказок, знает ещe и художественную, и научно-популярную литературу, ему бы на этот самый рожон лезть не пристало. Но - живуч, извините ещe раз за ещe одно выражение, архетип! - и нынешний Распутник, несмотря на цивилизованность, продолжает детски веровать, что именно там, где судьба грозит ему каюк устроить, на самом деле - и принцесса, и полцарства.

Если б только знать, где этот каюк, где этот рожон! Нет камня, нет надписи, и вместо одной дороги в глазах Распутника всегда как минимум десять, от этого все его муки.

Он всегда на распутье, и всегда в уме его одно и то же: "А вдруг?".

А вдруг не то выбрал? Не туда пошeл? Не то сделал? Не так сказал?

Постоянная проблема выбора, в общем-то, и составляет суть существования. Тут и говорить не о чем. Большинство людей, чтобы не сойти с ума, тайно или явно убеждают себя, что выбрали единственно верный путь. О других путях они просто стараются не думать. Представитель же типа, который я условно назвал Распутником, не думать об этом не может. И он знает, что это плохо, это опасно, и каждый по-своему ищет какой-то выход из сотни одновременных тупиков.

Николай Зуев заболел распутничеством с детства. Когда другие мальчики хотят как можно быстрее вырасти, чтобы начать взрослую самостоятельную жизнь, Николай с ужасом думал, насколько безграничные просторы откроются перед ним - и каждый день, каждую минуту надо выбирать, выбирать и выбирать!

Поступать в институт - в какой? Жениться - на ком? Работу выбрать какую? С ума можно сойти!

А тут ещe возраст влюблeнности. Нет, Николай ещe не влюбился, но уже заранее терзался: вдруг влюбится - да не в ту? Ну, то есть понравится одна, а влюбишься в другую, такое бывает, сердцу же не прикажешь! Чувствует Николай: беда близко, сердце стучит, гормоны бушуют: вот влюбится сейчас, вот влюбится!

Вы скажете: ну, и влюбился бы в самую красивую, вот и всe!

Это вам просто, а для Николая, распутника от природы, тут самая главная собака и зарыта. В самую красивую, говорите? А где гарантия, что он завтра ещe красивее не встретит? А послезавтра?

И был однажды школьный вечер. Николай стоял в уголке зала. Все танцуют и смеются, а он стоит, в пол смотрит, боясь глаза поднять, потому что чует: поднимет - и шабаш! Тут его кто-то окликнул, пришлось всe-таки поднять глаза - и увидел он Юлю из параллельного класса, блондиночку ничего себе, но так себе. Жаром обдало Николая: неужели она? И тут же будто кто громко и злорадно на ухо шепнул: "Она!". - "Нет! - мысленно воскликнул Николай. - Мне Зося Бржневецкая гораздо больше!.. Не хочу!"

А ноги сами уже к Юле идут. И Юля приветливо улыбается.

Но тут объявляют белый танец, и путь Николаю преграждает Таня Говкина, у которой от волнения на бледных руках синие пупырышки. Таня приглашает Николая, они танцуют, и она говорит ему, что до конца школы совсем немного, поэтому она хочет, чтобы он знал, что она его любит. "Да", - говорит Николай. "Что - да?" - "Спасибо!" - говорит Николай, и Таня, поняв по-своему его слова, смеeтся, широко открывая рот. Потом он провожает еe до дома, они целуются в подъезде, Николаю холодно и скучно, и хочется домой, а дома он вспоминает всe - и ему вдруг становится хорошо, и он чуть эврику не кричит. В кого ни влюбись - ошибeшься, кого ни выбери, ошибeшься, но когда тебя выбрали - и вопроса нет! Ты отзываешься на любовь другого человека! Это же на всю жизнь находка: не надо выбирать, стой и жди, когда тебя выберут!

И от этих мыслей он почувствовал к Тане даже благодарность.

Он стал встречаться с нею, попривык и узнал особенную сладость привыкания, когда внешность уже перестаeт играть роль, зато нет никаких неожиданностей, нет дурацкого волнения, есть свой ритуал и свой обиход.

Он заканчивал школу, встречался с Таней и бодро глядел вперeд, ожидая, что вот-вот что-то явится - и выберет его. И это что-то явилось в виде двоюродного брата отца, преподавателя военного училища.

- Тощий, нескладный, робкий! - брезгливо и с родственной откровенностью отозвался он о племяннике. - Дай, брат, мне его на учeбу, я из него орла сделаю!

Отец, огорчeнный сыном, никак не желавшим вырастать и проявлять хоть в чeм-то свои желания и наклонности, согласился. Он сам был рохля рохлей, но, в отличие от большинства отцов, не хотел иметь в сыне свою копию, он, наоборот, хотел видеть полную свою противоположность, как и мать Николая.

И Николай стал курсантом военного училища. Распорядок военно-учебной жизни его очаровал. Он наслаждался тем, что каждая его минута строго расписана - от подъeма до отбоя. Через полгода приехала вдруг Таня навестить. Училище дислоцировалось в маленьком городке, окружeнное маленькими домишками, в них часто и останавливались за умеренную плату приезжавшие к курсантам родственники. Таня выбрала одинокую глухую старушку. В маленькой комнатке за маленькой дверью они сидели на маленьких табуреточках между окном и высокой кроватью с пуховиками, пили на подоконнике вино. И Николаю казалось, что ему хорошо. Тут забили часы с маятником, висевшие над кроватью, Николай глянул на них и подумал с неожиданной тоской: а в роте сейчас построение на ужин... Интересно, что сегодня там - картошка с рыбой или макароны с котлетой? Таня расстегнула кофточку: жарко. Выпила вина и сказала: я хочу, чтобы я не одна тебя ждала.

- А кто ещe? - спросил Николай.

- Я и твой ребeнок! - сказала Таня и начала целовать Николая, нежно валя на кровать. Но Николай вскочил и сказал, что у него кончается срок увольнительной (хотя увольнительную дали до утра) и ему голову оторвут, если он вовремя не явится.