Клятва Грейсона - Миа Шеридан

поддельный повышенный интерес, а на моих губах растянулась беззлобная усмешка. Но правда была в том, что я понятия не имел, были ли какие-нибудь юридические аспекты, которые предполагались в фиктивном браке как допустимые. Но разговор о том, что мы должны были разорвать соглашение, которое еще даже не вступило в законную силу, пронзило мое тело острыми шипами разочарования. Мне была ненавистна идея того, что маленькая говорливая ведьмочка, которая стояла передо мной, имела больше власти над сложившейся ситуацией чем я... но, в то же время, эта идея дала мне надежду за столь долгое время. И я даже не задумывался, насколько сладко ощущалась эта надежда, пока не наступил этот момент. Я разорвал нашу напряженную игру в гляделки, отводя в сторону глаза... Но она была первой, кто сделал первый шаг навстречу, обращаясь ко мне, опуская на стол ручку и блокнот.

— Послушай, эта ситуация, скажем так, по меньшей мере, необычная. — Она замолчала, и я вновь поднял взгляд и посмотрел ей в глаза. Искорка противостояния померкла в ее глазах, как будто идея разрушить нашу договоренность не было именно тем, что она хотела по-настоящему. — Я набрала распорядителя завещания, перед тем как прийти сюда. Он сказал, что сможет встретиться с нами завтра во второй половине дня. Может мы все-таки сможем найти способ существовать мирно, пока он не прояснит некоторые моменты и не подтвердит, что все именно так, как я говорю. Ну и тогда, мы сможем исходить из результата встречи, принимая какие-либо решения.

— Я согласен с этим.

Она сделала глубокий вдох.

— Тогда, хорошо. — Зеленоглазая ведьмочка протянула руку, приподнимая тонкую ниточку изогнутой брови. — Мир?

Я посмотрел на ее руку и в ответ протянул свою.

— Мир. Подойди сюда, ко мне, и мы сможем пожать друг другу руки.

— Нет, подойти ты! — бросила она мне вызов.

Улыбка медленно растянулась на моих губах.

— Встретимся посредине.

Она сузила глаза, но все-таки кивнула, отходя от своего стула. Я отошел от моего, и мы встретились ровно посредине стола. Я взял ее руку и легонько пожал ее, пока мы пристально изучали друг друга. Затем, на ее губах растянулась улыбка, и она пожала мою в ответ. Когда Шарлотта подошла к Кире, чтобы наполнить ее бокал вином, она уже не смотрела на Киру с презрением, она смотрела на нее с осторожным любопытством. Мне стало ужасно интересно, что такого сделала Кира, чем заслужила расположение Шарлотты. Женщины загадка для меня. Кира одарила Шарлотту небольшой, но милой улыбочкой, поблагодарив за вкусный ужин.

— Хочешь посмотреть остальную часть дома? — проговорил я, пытаясь восстановить хрупкий мир.

Кира выглядела удивленной, но все-таки кивнула в ответ. Мы поднялись из-за стола, Кира поблагодарила Шарлотту за ужин. Шарлотта улыбнулась ей открытой улыбкой, но мне не светила ее улыбка за сказанное мной ранее.

Я отвел Киру обратно в главный холл, откуда мы и начали.

— Мой отец построил этот особняк, взяв за основу дизайн французского замка.

Кира кивнула мне, когда мы прошли в главную гостиную.

— Да, и правда. Есть что-то такое в доме, от чего он напоминает мне королевские замки, как в сказках, только этот немного меньшего размера.

Она восторженно ахнула, когда увидела огромное окно, которое выходило на заднюю часть дома. Бассейн находился сразу же за окном, к которому вели множество ступеней, и площадь из природного камня. Когда она подняла голову, то буквально прилипла взглядом к лабиринту «живая изгородь». Она резко крутанулась, и уперлась своим восторженным взглядом в меня.

— Это же лабиринт! — издала она писк. — Он просто огромный!

Я стиснул челюсть, как делал каждый раз, когда смотрел на этот ненавистный лабиринт.

— Он полностью запущен. Если бы у меня были лишние деньги, то я с превеликим удовольствием уничтожил бы его, когда вернулся обратно домой.

— Что? Почему?! — задыхаясь, проговорила она. — Он потрясает воображение. Можно мне иногда заходить ту...

— Нет! — я немного понизил и смягчил голос. — Нет. Входить туда не надо. Это не безопасно.

Она не знала, почему я ненавидел его так сильно, и ей никогда не предстояло узнать почему, но я сказал чистую правду, он был слишком заросшим.

Она изучала меня своими яркими пронзительными глазами. Я ощущал, как она пристально разглядывала часть моего лица. Когда я посмотрел на нее, она приподняла одну бровь.

— Я так полагаю, там находится твое логово? — проговорила она с милой улыбочкой на губах. — Ты там скрываешься от всех?

Я сузил глаза, в попытке устрашить ее своим уничижительным взглядом, но в то же время прекрасно понимал, что она шутит, и волей-неволей улыбка растянулась на моих губах. Я легко рассмеялся.

— Возможно и так. — Я приподнял одну бровь. — Но если говорить серьезно, то просто держись от лабиринта подальше.

После короткой паузы, Кира отвела взгляд и пожала плечами.

— Хорошо, это же твой дом.

Я водил ее из комнаты в комнату, показывая ей все, и пристально наблюдал за ее реакцией. Когда-то этот дом можно было считать образцово-показательным, все в нем было идеально, но сейчас признаки его запущенности были повсюду. Несмотря на скудную обстановку в данный момент, Шарлотта была единственной, кому удавалось поддерживать дом в первоначальном виде. Когда я сказал об этом Кире, она посмотрела на меня сосредоточенно.

— Ты жил в достатке.

Я прекрасно понимал, что она бы не осмелилась сказать мне, что до этого я вел себя напыщенно, упрекая ее, что она жила в достатке.

— Жить в достатке, это не только быть обеспеченным материальными благами, Кира. Да, я жил в шикарном доме, в котором было множество прислуги, но я тебя могу заверить, что меня никогда не касался этот достаток. По сути, у меня никогда не было родителей.

Она склонила свою голову, растерянность заполнила ее взгляд.

— Что ты имеешь в виду, Грейсон?

Я покачал головой.

— Подробности моей жизни не имеют значения. Достаточно будет отметить, что я привык очень усердно трудиться, и ни цента из тех денег, что ты дашь мне, я не потрачу впустую. Если сказать по правде, то я считаю, что ты даешь мне заем. И когда виноградник вновь заработает и будет приносить прибыль, я все тебе верну.

Она сохраняла молчание некоторое время. Наконец, она просто кивнула.

— Нам не нужно это оформлять на бумаге, Грейсон, но тебе