Гаст - Эдвард Ли

- Вы очень хорошо пахнете! - восторженно воскликнула она.

Колльер нахмурился на странный комментарий, когда он подошёл к столу, нашёл ручку.

- Вы не могли бы сделать это для Кэрол и Дэна, пожалуйста?

- Конечно.

- О, не могу дождаться, чтобы показать своей сестре! Она будет завидовать!

Колльер закатил глаза и нацарапал на салфетке.

- Вот, держите, Кэрол...

Колльер сглотнул. Она вошла полностью и закрыла дверь, и теперь была освобождена от своей блузки. Она сидела, улыбаясь, на краю кровати.

- Нам нужно поторопиться...

Колльер просто стоял там.

Несколько взглядов вокруг её живота, и он увидел, что материнство оставило на ней серьёзные растяжки. Тем не менее, он нашёл изображение эротичным: вся эта мягкая белая плоть, сидящая там для него.

"Что я делаю?" - подумал он, проводя пальцами по белым чашечкам бюстгальтера.

Она расстегнула его халат, и её глаза вылезли из орбит.

- Я знала, что ты меня любишь! Я поняла по твоим глазам, когда ты увидел меня в вестибюле!

"Что?!"

Его член подпрыгнул, когда её палец провёл по стволу. Он был таким твёрдым, что стучал. Когда она сжала его, она восхитилась:

- Он больше и твёрже, чем у моего мужа!

Колльер направил её руку к своей мошонке.

- Ты не могла бы, как бы, поиграть с ними? - и в то же время он наклонился над ней. Он начал дрожать, когда её пальцы начали дразнить основание его яичек. - Давай снимем этот бюстгальтер, - прошипел он, теребя крючки.

Её пальцы замерли в нежелании.

- Я... ну, я...

- Хм-м-м?

- У меня не очень хорошие сиськи. Они какие-то плоские - это от того, что у меня есть дети.

- Плоские? Ты что, издеваешься надо мной?

Каждая чашка была как миска с хлопьями.

- Чушь, - сказал он и расстегнул крючок.

"Боже. Она не лгала..."

Колльер был по крайней мере достаточно внимателен, чтобы вести себя невозмутимо, но без уздечки бюстгальтера её груди вывалились наружу. Он тут же подумал о двух водяных шариках в пластиковых пакетах, но шарики лопнули. Теперь на её груди были два больших плоских мешка плоти с тёмными сосками размером с пивные подставки, покрытыми гусиной кожей. "Крышки канализации", - подумал он.

- О, они... великолепны, - солгал он.

Но она, казалось, была непоколебима на его гениталиях телезвезды; кончики её пальцев вернулись к работе. Другая её рука схватила конец его члена и раздвинула отверстие для мочеиспускания большим и указательным пальцами. Очень изящно она начала сосать нежный выход.

"Вау. Это довольно хорошее действие..."

Но затем он вспомнил кое-что. Бобёр в замочной скважине... Больше всего ему запомнилась единственная очаровательная родинка.

"Держу пари, что это была она, - он снова наклонился и потянулся. - Я должен знать..."

Пока её пальцы продолжали открывать его головку, его собственные пальцы царапали её под эластичным поясом и работали над тёплыми складками жира. Она хихикнула в горле, пока её губы продолжали сосать. Ещё через дюйм Колльер знал, что он будет ласкать бритую промежность, но...

"Как тебе это нравится?"

Вместо этого его пальцы забрели в лобковый лес. Это был толстый кусок пирога, обильно покрытый волосами.

"Это была не она. Тогда кто это был?"

Усиленный оральный пыл свёл вопрос к нулю. Колльер выпрямился, когда его внимания потребовали новые ощущения. Теперь его колени стучали. Она зарылась носом в его лобковые волосы и хихикнула:

- О, ты такой милый и чистый! - а затем она подняла его мошонку и...

Вжух!

...начала очень медленно водить языком по корню между его анусом и мошонкой.

Колльер дрожал; каждый нерв в его паху стучал от тока. Её язык омывал корень, вверх и вниз. Когда он посмотрел вниз, её лицо казалось зажатым под его яйцами.

"Завтра у неё будет болеть шея, но... это её проблема..."

В конце концов она скользнула лицом вверх, а затем плоскость её языка так же медленно облизала нижнюю часть его члена.

Эта потрёпанная домохозяйка была оральным чудом.

"У меня никогда в жизни не было такого действия рта", - подумал Колльер, чувствуя себя теперь ограбленным своим сексуальным прошлым.

- Дорогая, ты убиваешь меня, - выдохнул он, затем отбросил всё, что в нём оставалось, что можно было назвать джентльменским, и схватил её за волосы, откинул её голову назад и сунул свой член ей в рот. Она сжала губы и сильно всосала головку.

"Кто-нибудь, дайте этой леди трофей..."

Его зубы застучали, когда это восхитительное оральное кольцо её губ остановилось прямо под ободком короны, кончик её языка очень медленно обхватил купол. Она сделала ещё одно кольцо большим и указательным пальцами и быстрее погладила скользкий от слюны ствол.

"Висконсин, да? - подумал он. - "Грин-Бей Пэкерс" сосут, но вот кое-кто из Висконсина - хорошо сосёт".

- Теперь немного быстрее, - пропыхтел он.

- Нет, нет, нет, нет, нет, - упрекнула она, оторвав рот. - Не торопись.

Она провела языком по его яйцам, ещё немного погладила языком ствол. Запыхавшись, Колльер опустил взгляд и увидел, что даже его корона бьётся, как сердце.

Ухмылка чертёнка снова поднялась.

- Вот что любят все мужчины, но никогда не говорят об этом...

- Что...

Когда слюнявый мизинец скользнул в анус Колльера, ощущение вздуло его щёки и заставило его зажмуриться. Таинственные сосуды глубоко внутри него, казалось, спонтанно опустели; его пенис не столько эякулировал, сколько блевал. Сквозь чувственное влечение он слышал, как её голос воркует:

- Ооо, ооо, да, по мне.

И оргазм Колльера заставил его выглядеть как человек с эпилептическим припадком. Он комично балансировал руками, как на доске для серфинга, чтобы не упасть.

Он открыл глаза как раз в тот момент, когда она вытащила мизинец; его член дёрнулся, зацепив последнюю петлю спермы. Грудь вздымалась, он подумал:

"Откуда всё это взялось?"

Когда он заметил огромное количество своей спермы, которую он разбросал по огромному пространству оладийных сисек. Капли блестели и на её шее.

Затем колени Колльера подогнулись, и он упал на спину.

- Ты не только "Пивной принц", - хихикнула она.

Колльер не мог встать.

- Моя сестра никогда не поверит, что я занялась твоим барахлом, - гордо сказала она, - но ей придётся поверить в это!

Колльер чувствовал себя так, будто у него отлили кровь. Он недоверчиво наблюдал, как она вытирала его сперму со своей кожи салфеткой, на которой он