Проект Нужные дети - Дмитрий Федотов

— Извините. Противником были применены неидентифицированные высокотехнологичные средства теленаблюдения, а носителями их выступили… животные.

— То есть?!

— Точнее — птицы и как минимум одна собака.

Мужчина не удержался и покосился на бродягу, выпуская сигаретный дым через нос.

— Это очень серьезное заявление, Стас. Надеюсь, у тебя есть доказательства?

— Есть подстреленная нашей охраной ворона, — невозмутимо продолжил тот. — Осмотр дал нам в руки остатки весьма необычной телепередающей аппаратуры, которая крепилась на теле птицы, а также микрочип, неизвестным способом вживленный в затылок вороны. По-видимому, с его помощью птицей управляли на расстоянии. — Бродяга помолчал, потом с заметным нажимом спросил: — Александр Михайлович, кто они?

— Понятия не имею, — подозрительно быстро ответил мужчина и переключился на свою таксу: — Райда, фу! Брось эту дрянь немедленно!..

Собака с явным сожалением выпустила из пасти только что откопанную в куче прошлогодних листьев пожелтевшую косточку.

— Во время боевого контакта мой сотник сорвал с одного из противников вот это, — глухо произнес бродяга и неуловимым движением метнул собеседнику какой-то небольшой предмет. — Это шеврон с рукава нападавшего. Думаю, вы знаете, что означает аббревиатура ГПИ.

Мужчина взял нашивку в руку, разглядывая. Повисла тягучая пауза. Бродяга ждал ответа, а его собеседник размышлял, стоит ли объяснять возникшую ситуацию или все же подождать дальнейшего развития событий.

— Да, я знаю, чей это шеврон, — наконец решился мужчина. — Они называются Группой перспективных исследований. Работают примерно в том же направлении, что и ваш центр. Хотя приоритеты у них иные. Можно сказать, прямо противоположные.

— Почему же я об этом узнаю только сейчас?

— Потому что тебе вообще не положено об этом знать!

— Странно, — в голосе бродяги прорезались саркастические нотки. — Некая крутая контора наезжает на охраняемый моими бойцами объект, устраивает потасовку, пытается выкрасть ведущего специалиста центра, а я не должен ничего знать об этом?

— Погоди, — примирительно прервал его мужчина. — Ты же ничего мне не сказал про попытку! Кого хотели выкрасть?

— Профессора Зухеля. Мои ребята вычислили вектор внимания буквально в последний момент. Кстати, Мишу Зотова ранили, когда он пошел на перехват.

— Сочувствую. Сильный парень. И правильный. Ну, такая информация меняет дело… Вот что, Стас, через пару часов получишь по электронной почте полный интенсионал на Группу. Код прежний. Что делать дальше, решим после праздников. Не думаю, что они решатся на повторный налет. А я за эти дни постараюсь выяснить, почему они вдруг стали такими смелыми.

Мужчина поднялся, вытянул таксу из-под скамейки за поводок и зашагал в сторону Покровских ворот вдоль замерзшего пруда.

Кабинет был все тот же, просторный и светлый, пробитый солнечными лучами вдоль и поперек. Но сейчас он резко контрастировал с мрачным настроением своего хозяина — поджарого человека с породистым лицом и тонкими нервными пальцами. Сейчас эти пальцы не порхали, как всегда, над клавиатурой ноутбука, а раздраженно постукивали по краю выгнутого офисного стола. Напротив навытяжку стоял плотный, кряжистый мужчина лет сорока, одетый в полувоенную форму без знаков различия. Единственным элементом, уточняющим его принадлежность к силовым структурам, был шеврон на левом плече: переплетенные модели ДНК и атома, под ними — аббревиатура ГПИ.

— Итак, Семен Денисович, — желчно заговорил человек за столом, — я готов выслушать объективные причины, но которым вы провалили тщательно разработанную операцию. Но учтите, только объективные! Никаких оправданий!

— Господин Энгельс, делайте со мной, что хотите, но объективных причин нет, — одним махом выдохнул мужчина. — Причина неудачи — недооценка охраны объекта.

— В чем именно?

— Мы решили, что это обыкновенные вохровцы…

— А оказалось?..

— Спецура. Какое-то военизированное подразделение, типа «Нацфронта». Парни явно натасканные, сильные рукопашники…

— М-да, господин Сытин, — хозяин кабинета поднялся из-за стола и подошел к панорамному окну. — Вы же профессионал, начальник оперативного отдела. Как же вы допустили столь серьезный прокол. Недооценка противника… Выяснили хоть, кто вам надрал хвост?

— Выясняем…

— Что еще вы хотели мне сообщить?

— Одна из этих… суперворон исчезла, — потупился Сытин. — Остальные вернулись, а эта пропала.

— Что значит, пропала?! — резко повернулся к нему Энгельс. — Да вы представляете, сколько стоит такая птичка?

— Н-нет… Дорого…

— Идиот! — сорвался хозяин кабинета на крик, но тут же взял себя в руки. — Немедленно вышлите туда машину с операторами, и чтобы к вечеру птица была в лаборатории!

— А… если она у этих, из «Юности»?.. — начал было Сытин.

— Меня не интересует, где она, — шелестящим от бешенства голосом, раздельно произнес Энгельс. — Птица к вечеру должна быть в лаборатории. Если ее захватили ваши противники, тем хуже для вас! Придется вам срочно придумать способ, как ее оттуда извлечь.

— Достанем, господин Энгельс, — снова вытянулся перед ним Сытин. — Есть один человечек, который может помочь.

— Вот и отлично, — подобрел хозяин кабинета, возвращаясь за стол. — Я вас больше не задерживаю. Действуйте!

Едва за начальником оперативного отдела закрылась дверь, с терминала связи мелодично пропел вызов. На экране тут же вспыхнул значок конфиденциальности — черный череп в белом круге, перечеркнутый красной полосой.

— Вызов по закрытой линии! — промурлыкала в динамике секретарша. — Соединяю.

— Привет, Владимир Генрихович, — зазвучал слегка искаженный скремблером голос, от которого у Энгельса мгновенно вспотела спина, и ему пришлось выпрямиться в кресле, чтобы рубашка не прилипала к коже.

— Добрый день, Алексей Михайлович, — хозяин кабинета выдавил из себя улыбку, хотя собеседник не мог видеть его.

— С наступающим тебя! Чем порадуешь?

— Да как вам сказать… Работаем. Движемся в заданном направлении…

— Не слышу оптимизма, Владимир Генрихович. Выкладывайте, что случилось!

— У вас прямо чутье, Алексей Михайлович… — Энгельс смущенно кашлянул. — В общем, вы правы, есть небольшая проблемка…

— Не тяни, Брахма! — неожиданно грубо сказал тот. — У меня свои источники информации. Зухель где? Провалил операцию?

— Откуда вы… — поперхнулся Энгельс и осекся. — Да, заполучить профессора пока не удалось, но…