Беглый в Гаване - Азк

карибскому бассейну, и маленьким флажком СССР в районе Гаваны. На столе, пепельница в виде армейской каски, пара телефонов, пачка папок и чашка с логотипом «Тропикана».

Генерал сидел, полузакрыв глаза, раскуривая короткую сигару и перелистывая чей-то рапорт. Увидев меня, он без особого удивления сказал:

— Заходи, Костя. Только не говори, что опять с ожогами или солнечными фантомами.

— Нет, на этот раз не по медчасти, — я вошёл и прикрыл за собой дверь. — Хочу посоветоваться с вами по поводу машины. Я вчера виделся с Орландо и его дедом…

Он приподнял бровь и сделал жест: «Дальше».

— Старик, дон Рамиро, хранит у себя во дворе под навесом «Dual Ghia» пятьдесят седьмого года. Почти в живом состоянии, с оригинальным V8, немного потрёпан, но говорит что сердце бьется.

Генерал медленно отложил сигару и уселся поудобнее.

— Dual Ghia? Подожди… это тот самый — обтекаемый кузов, обилие хрома и мотор от «Крайслера»? Сколько таких на Кубе? Один? Два?

— Возможно, один. И тот под навесом, и почти заброшен. Дед просит не денег, а продолжения жизни для этой машины. Я хотел бы забрать, восстановить… по возможности использовать как транспорт. В том числе — служебный.

— Ты предлагаешь ездить на ней на службу?

— Почему бы и нет, если убрать задние плавники, переделать капот и под ним будет порядок? Для Кубы — самое то. Покрашу в неброский цвет и буду выделятся в потоке гораздо меньше, чем сейчас на «Победе».

— У тебя есть запчасти?

— Пока нет. Но «Друг» уже составил список. «Помощник» начал расчёты, где и как можно легально — или почти легально — получить нужное.

Генерал кивнул, нахмурившись.

— Какие риски по деду?

— Лояльность высокая. Орландо доверяет, дед — старый, гордый. Для него машина — душа. Он согласен передать, если я восстановлю и не оскверню. Деньги на первом плане не стоят.

— Он может переоформить как подарок?

— Думаю да. У меня уже готов план, могу дать для ознакомления.

Измайлов поднёс к губам сигару, не закурил, просто задумчиво покатал между пальцами.

— Знаешь, Костя… я не люблю, когда мои подчинённые носятся по острову в подозрительных американских телегах. Но ты, не совсем подчинённый. И, как ни странно, я тебе верю.

Он встал, прошёлся к окну, взглянул на крышу соседнего корпуса, где лениво шевелился кубинский флаг.

— Делай. Только не шумно.

— Есть, — кивнул я. — Уже начата оценка состояния мотора, кузова и возможной замены приборки. Всё будет в рамках приличий.

— И только попробуй поставить туда цветомузыку с лампочками. Эта машина должна остаться машиной, а не новогодней ёлкой.

Я рассмеялся.

— Слово инженера.

— Свободен, — махнул он рукой, но добавил уже с усмешкой: — И, Костя… если будешь её заводить — позови. Хочу услышать, звук мотора.

Глава 12

Солнце уже не жарило, но и не жалело. Воздух пах морской солью, свежестью свежесрезанной травы и чем-то ещё — возможно, древесиной или краской. Из окна служебной «Победы», катящей по внутренней дороге центра, была видна группа солдат в белых майках, пыль, поднятая ногами, отблеск солнечного света на металлическом инструменте.

Когда машина уже свернула непосредственно к медсанчасти, я сразу увидел, что проект «Веранда-1» — это не шутка и не абстрактный инженерный термин. Это был настоящий, живой проект, и он уже входил в стадию воплощения.

Вокруг помещения медсанчасти была возведена свежая конструкция: деревянные рейки, обработанные масляной каким-то составом, создавали мощный каркас который сильно напоминал шуховскую башню в Москве. Основание с приблизительно метровым промежутком на углах медсанчасти накрывало наш домик, и над крышей уходило вверх на полтора-два десятка метров.

Часть из которых уже была обтянута светлой тканью, похожей на парусину. С двух сторон от входа лежали ряды каких-то растений, видимо, для крепления на основании башни. Их целью было дополнительное рассеивание света и предотвращение излишнего нагревания стен и потолка нашего помещения.

У лестницы стоял сержант-технарь, в руках у него был мой чертёж выполненный на большом листе оберточной бумаги. Он внимательно сверял размеры, командуя двум бойцам, которые как раз крепили одну из диагональных реек.

— Ого… — выдохнул я, выходя из машины и бросив взгляд вверх. — А вы тут, значит, без шума, без пыли… а уже трубу вытяжной вентиляции строите?

Сержант вздрогнул, узнав голос, отдал короткое приветствие на автомате и улыбнулся:

— Товарищ Борисенок, по вашей заявке! «Веранда-1» согласно чертежа. Материалы с кубинской базы, инструменты свои. Проект проходит как санитарно-климатическое переоборудование помещения.

— Ясно… — Я кивнул. «Друг» явно постарался. Не хватало только штампа «Секретно».

Прошёл внутрь — и тут же почувствовал разницу: сквозняк, созданный специально приоткрытыми оконцами, мягко тянул от входа вглубь, и тень от каркаса уже ощутимо охлаждала помещение. Температура внутри была ниже, чем снаружи, минимум на два градуса — и это без кондиционеров!

— И что скажете, товарищ муж? — раздался голос моей жены откуда-то сверху. Ее коленки показались на лестнице ведущей на крышу. Она спускалась, вытирая руки — мое сердце невольно дрогнуло от этой красоты.

— Говорю, если по периметру всего здания под землей сделаете каналы приточной вентиляции, то будет еще лучше.

— Это уже завтра поставим, сегодня не успеем, — ухмыльнулась она. — Будем продувать по полной. Сегодня надо успеть обтянуть материалом трубу до самого верха…

— … то получим медсанчасть комфортнее, чем кабинет главврача в москвской кремлевке.

Я присел на край кушетки у стены, оглядывая обновлённое помешение. Казалось, оно ожило, став частью пейзажа, как старая хижина на фоне моря.

— «Друг», запиши: инициатива по линии климат-контроля признана успешной. Проект «Веранда-1» — к распространению. В перспективе — на все объекты центра.

— Принято, — прозвучал голос в интерфейсе. — Рекомендую дополнить мокрой перголой или лёгкой тряпичной тенью с капельной линией — создаст дополнительную прохладу. Эффективность +14% в пик жары.

— Уточни материалы и отправь мне спецификацию.

— Уже загружено в ваш нейроинтерфейс.

Я усмехнулся, и ведь работает! На сколько комфортнее будет всем в центре радиоперехвата. И всё — из простой идеи: использовать ветер и тень. Куба, солнце, и немного инженерии. Осталось только научить генерала любить пальмовые навесы — и дело в шляпе.

* * *

Сестра возилась в процедурной, Инна готовила антисептики для завтрашнего выезда на другие посты нашего центра, а я возился у новой стойки с фильтрами для