Два знатных родича - Уильям Шекспир

Откуда-то огонь явился серный;

Горячий конь, сам пылкий, как огонь,

Взбесился, стал неистово метаться,

То прыгал, то взвивался на дыбы,

И позабыл свою всю дрессировку,

Хоть выезжен был очень хорошо;

Как поросенок, он визжал, свирепо

Грыз удила, стараясь их сломать,

И ничего не слушался; все силы

Упрямства злого, бешенства, коварства

Он в ход пустил, чтоб сбросить седока,

Державшего узду рукою крепкой;

Когда ж ничто не помогло, - узда

Не порвалась, не лопнула подпруга,

И бешеным прыжком не удалось

Ослабить силу всадника, который

Прирос к седлу, держа коня в ногах,

То быстро конь на задние встал ноги,

Так круто, что Аркит вниз головой

Повис, и с головы его свалился

Венок победный; вслед за тем назад

Упала лошадь, тяжестью своею

Обрушась на Аркита. Он покамест

Не умер, но подобен кораблю,

Который только ждет волны ближайшей,

Чтоб потонуть. Он хочет говорить

С тобой. Но вот он сам сюда явился.

Входят Тезей, Ипполита, Эмилия; Аркита вносят на кресле.

Паламон

Как грустно наш кончается союз!

О боги, вы могучи! Если силы

Тебе еще позволят, друг Аркит,

Скажи свое последнее мне слово!

Я Паламон; люблю тебя душою

В последний час твой!

Аркит

Паламон, возьми

Эмилию и с ней всю радость мира.

Подай свою мне руку - и прости.

Я был неправ, но не изменник дружбе.

Прости меня, кузен. Теперь один

Лишь поцелуй Эмилии прекрасной.

(Целует ее.)

Возьми ее, мой друг. Я умираю.

(Умирает.)

Паламон

Твой храбрый дух в Элизиум помчится!

Эмилия

Глаза твои я закрываю, принц;

Среди блаженных душ да поселится

Душа твоя! Прекрасным человеком

Ты был, и этот день, пока жива,

Я посвящу слезам.

Паламон

И я всем сердцем

Тот день чтить буду.

Тезей

Здесь, на этом месте

Сражались вы, и я прервал ваш бой.

О Паламон, богам благодаренье

Воздай за то, что жизнь ты сохранил!

Аркит, кузен твой, роль свою окончил;

Хоть коротка была она, но славно

Исполнил он ее; твои же дни

Должны продлиться: их благословила

Роса небес. Могучая Венера

Присутствием почтила свой алтарь

И дивный дар любви тебе вручила;

Владыка Марс Аркиту показал

Благоволенье, дав ему победу;

Так справедливость оба божества

Явили нам. Несите труп отсюда.

Паламон

О дорогой кузен мой! Отчего

Стремимся мы всегда к тому, что снова

Приносит нам потерю! Почему

Нельзя владеть бесценною любовью,

Не потеряв бесценную любовь!

Тезей

На этот раз была игра Фортуны

Изысканно тонка, как никогда.

Кто побежден, - победу торжествует,

Кто победил, - лишен ее плодов;

Тот и другой равно почтен богами.

О Паламон, кузен твой сам признал,

Что право на невесту - за тобою;

Ее ты первый увидал, ты первый

Провозгласил, что любишь ты ее;

Завоевав ее, он драгоценность

Твою похитил, умирая ж - вновь

Ее тебе он возвратил, желая

Уйти в тот мир с прощеньем от тебя.

Так боги суд из рук моих изъяли,

Желая сами должное воздать.

Итак, возьми, веди свою невесту

И от порога смерти призови

Друзей своих, которые моими

Друзьями станут. Будем мы скорбеть

День или два до похорон Аркита,

А после, светлый брачный вид приняв,

Мы возликуем вместе с Паламоном,

Которого всего лишь час назад

Мне было жаль, как жаль теперь Аркита.

О чародеи вышние небес,

Что вы творите с нами! Мы ликуем

О том, что суждено нам потерять,

Скорбим о том, что будет нам на радость!

Мы дети перед вами! Благодарность

Примите же от нас и нам простите

Суждения о том, что выше нас!

Итак, пойдем же и свой долг исполним.

(Уходят.)

ЭПИЛОГ

Нельзя ль узнать о пьесе ваше мнение?

Признаться, ваше выслушать суждение,

Как школьник, я боюсь. Позвольте мне

Взглянуть на вас. Никто не улыбнется?

Ну, если так, то плохо нам придется.

Пусть кто-нибудь, в сердечной глубине

В красавицу влюбленный, - здесь найдется

Такой, конечно, - встав, освищет нас

И этим нас погубит в тот же час,

Хотя бы против совести. Но тщетно

Я жду решения. Ну, куда ни шло:

Все выслушать готов я безответно,

Но я не смел и наше ремесло

Нуждается в поддержке. Если пьеса,

Которая была сейчас дана,

А цель ее похвальна и честна,

Для вас имеет хоть немного веса,

Мы цель свою достигнутой сочтем

И лучшие надеемся потом

Мы сочинить и дать вам представление,

Чтоб ваше к нам продлить расположение;

К услугам вашим будем мы всегда.

Итак, спокойной ночи, господа!

КОММЕНТАРИИ

Эта драма впервые напечатана в кварто 1634 года под заглавием: "Два знатных родича. Представлена в Блэкфрайерсе слугами его королевского величества с великим успехом. Написана знаменитостями того времени: мистером Джоном Флетчером и мистером Вильямом Шекспиром, джентльменами. Напечатана в Лондоне Дж. Котсом для Джона Уотерсона. Продается под вывеской Короны в ограде церкви Св. Павла. 1634 г.".

Затем пьеса появилась во втором фолио сочинений Бьюмонта и Флетчера 1679 года; в этом издании было напечатано 52 пьесы, на 17 больше, чем содержало 1-е фолио сочинений Бьюмонта и Флетчера, выпущенное в 1647 году. Текст пьесы для второго издания был взят из кварто 1634 года, как это видно по ошибкам и опечаткам, которые перенесены из этого издания.

В 1711 году пьеса появилась в Тоусоновском издании Бьюмонта и Флетчера и в 1750-м в семитомном Тоусоновском издании, с критическими примечаниями Теобальда, Сьюарда и Симпсона.

В 1778 году вышло издание сочинений Бьюмонта и Флетчера в 10 томах; в этом издании напечатана и пьеса "Два знатных родича".

В 1812 году сочинения Бьюмонта и Флетчера были изданы в 14 томах Вебером. Это издание было перепечатано позднее Рутледжем в двух томах (1839).

"Два знатных родича" были также изданы Тиррелем в его собрании сомнительных пьес Шекспира и Скетом в 1876 году в школьном издании Шекспира. Но в том же 1876 году появилось другое издание "Двух знатных родичей", имеющее большее значение. Это была перепечатка издания 1634 года Новым шекспировским обществом (изд. Гарольда Литлдэля). В нем старательно сверены разночтения кварто и второго фолио.

Сюжет "Двух знатных родичей" заимствован из "Паламона и Аркита" Чосера, который в свою очередь заимствовал его из "Тезеиды" Боккаччо. Сюжет этот значительно менее изменен, чем в других шекспировских заимствованиях из Чосера. Повествовательный элемент в драме получил гораздо большее развитие, чем драматический. Длинные описания заменяют действие. Характеры столь же мало развиты, как в самых ранних пьесах Шекспира. В этом отношении интересно сравнить характеры Тезея в комедии "Сон в летнюю ночь" и в "Двух знатных родичах". В "Сне в летнюю ночь" мы находим определенную концепцию характеров, и, конечно, было бы странно, если бы Шекспир, к концу своей жизни, принимаясь за характер, очерченный им много лет тому назад, стал изображать его в совершенно другом свете. И все же именно это нас поражает в "Двух знатных родичах". Тезей изображен здесь так, как описывает его Чосер, - тираном, не знающим иного закона, кроме собственной воли. Он постоянно либо в крайнем гневе, либо в крайней степени восторга, и его приближенные без зазрения совести пользуются своим знанием его настроений, чтобы заставить его действовать сообразно своим целям. Ипполита, Эмилия и три царицы на коленях умоляют его выступить войной против Фив, наказать Креона и похоронить трех царей, погребения которых не допускал тиран. Тезей прежде чем уступить их желанию, проявляет доходящий до комизма недостаток решительности. И в других местах пьесы мы видим то же самое; насилие с одной стороны и колебания с другой, как только появляется необходимость принять или изменить какое-нибудь решение. И он

никогда не ссылается на закон, как на силу, равную или высшую его воле. В "Сне в летнюю ночь" мы встречаемся с совершенно иной постановкой вопроса. Здесь Эгей приводит к Тезею свою дочь Гермию и обвиняет ее в неповиновении. Она отказывается выйти замуж за человека, которого отец избрал для нее в мужья. Тезей и не думает разрешить вопрос по своему личному усмотрению. После длинного разговора Тезей говорит: "Ты же, прекрасная Гермия, должна склонить свои мечты перед волей родителя. Иначе закон Афин - который мы ни в коем случае не можем отменить, - присуждает тебя к смерти или к обету девственной жизни".

В "Сне в летнюю ночь" Тезей изображен конституционным правителем, чем, несмотря на все свои недостатки, была для своих подданных Елизавета. В "Двух знатных родичах" мы имеем дело с деспотом, от пароксизмов бешенства переходящим к состоянию расслабленности, когда окружающие беззастенчиво начинают играть им. Возможно ли, чтобы Шекспир - если он автор "Двух знатных родичей"-отказался от своей первой тонкой концепции характера Тезея, чтобы заменить ее образом слабого, вечно колеблющегося тирана?