Бескрылый дракон - Big wolf

      — Да! А ты?

      — Завтра с Эрни. Слушай, Гарри, я жутко голодна. Пойдём быстрее на завтрак. Кажется, я от голода сейчас книги начну есть.

      — О, твоя любовь к ним переходит в плотскую? — усмехнулся он и направился к выходу.

      Она, улыбнувшись, последовала за другом.

      Общий зал уже был заполнен учениками. Они шумно обсуждали прошедшее лето, но Гермиона, сев за скамейку, тут же окинула взглядом стол. Голод был неописуемый. Яичница и омлет, сосиски, овощи и бекон, круассаны и тосты, разные джемы и соусы. Она облизнула губы и начала накладывать себе полную тарелку.

      — Ты этим восполняешь отсутствие Рона? — удивилась Джинни, смотря на объём еды на тарелке подруги.

      — Я жутко голодна! — улыбнулась Грейнджер.

«Я, наконец-то, могу поесть! Я, наконец-то, хочу поесть!»

— Ну, приятного аппетита, — подмигнула Уизли. — Как вам Башня старост? Нравится?

      — Неплохо, — ответил Гарри, а Гермиона бросила взгляд на стол Слизерина.

«Он здесь. Но не смотрит в нашу сторону. И никто из его друзей тоже не смотрит. Значит, он промолчал о вчерашнем?»

«Было бы хорошо. Мы просто сделаем вид, что ничего не было. Это случайность»

«Скорее ваш секрет»,

— подстегнул разум.

«И, Гермиона, кого ты обманываешь? Ладно, он случайно оказался в ванной, но остался до утра уже осознанно!»

— Гермиона! — протянула Джинни. — Хогвартс вызывает Грейнджер!

      — Что? — удивлённо спросила девушка.

      Увлечённая своими мыслями, она совсем не слушала друзей. А разговор, видимо, уже далеко ушёл.

      — Мы хотим сегодня сходить к Хагриду после уроков. Его не было, когда мы приехали в Хогвартс, — повторил Гарри.

      — Ах, да-да, конечно. Сегодня после обеда, хорошо?

      — Хорошо, — кивнули Гарри и Джинни.

      Уроки пролетели быстро. Девушка чувствовала себя такой бодрой и энергичной. Энтузиазм бил из неё буквально волнами. И она была неимоверно рада, наконец, вернуться в прежнюю форму.

      После обеда Гарри, Джинни и Гермиона шли по тропинке к хижине лесничего. Из трубы выходил дым, а значит Хагрид точно был дома. Гарри постучал в дверь, и друзья услышали топот собачьих лап.

      — Клык! — успел охнуть Поттер, когда дверь открылась, и пёс набросился на парня, радостно виляя хвостом и размазывая слюни по рубашке.

      — Как я рад вас видеть, — прогремел баритон Хагрида. — Вы как раз вовремя. Я только вернулся!

      Хагрид стоял, одетый в коричневый кожаный плащ, а на столе возле камина красовалась коробка с тортом.

      — Почему тебя не было на вокзале? — сказал Гарри, обнимая великана.

      — Я был в Министерстве.

      — А что случилось? — обеспокоено спросила Джинни.

      — Летом я подавал на апелляцию моего дела. Ну, того, знаете, с тайной комнатой.

      — Правда? — удивилась Джинни. — И как?

      Щёки лесничего покраснели, и он опустил глаза от смущения. Немного замешкавшись, он вытащил из кармана плаща палочку.

      — Вот! — воскликнул он, показывая друзьям древко. — Двадцать два сантиметра, дуб, а внутри волос единорога. Теперь я могу официально колдовать, — и Хагрид, всхлипнув, стёр с лица слёзы.

      — Это потрясающе! — друзья не могли сдержать радости.

      Хагрид был много лет назад несправедливо осуждён за преступление, которого не совершал. Его лишили палочки. И только по милости Дамблдора он смог остаться в Хогвартсе. Теперь же, когда все бесчинства Тёмного Лорда известны, лесничему вернули право обладать магией, чему он был несказанно рад.

      Хагрид рассказал, как проходил суд, и они пили чай с тортом, вплоть до сумерек обсуждая события прошедшего лета. Но к несчастью, Гермиона начала замечать, как прежняя зияющая дыра отчаяния и страха снова открывается и утягивает её, забирая всю бодрость, радость и энтузиазм. Действие зелья, что дал ей слизеринец, начало ослабевать.

      Вернувшись в Башню старост, она тут же заперлась в общей ванной девочек, и содержимое желудка стремительно её покинуло. Рвота не прекращалась, а руки тряслись от привычной паники. Гермиона лежала на каменном полу и тряслась от страха, закрывая уши. Ей то и дело слышался визг Беллатрисы.

«Ты в Хогвартсе! Она мертва! Её больше нет! Всё кончилось!»

«Давай, Грейнджер, возьми себя в руки. Ты сильная! Ты всё сможешь! Поднимайся!»

— девушка всеми силами пыталась преодолеть себя.

      Прошло около двух часов, когда она, наконец, совладав с собой, доползла до кровати и, выпив горсть снотворных, укрылась с головой одеялом.

      В комнате девочек никого не было. Но это только радовало гриффиндорку, потому что сейчас врать о том, что ей «хорошо», не получилось бы. Весь её вид кричал об обратном. Гермиона провалилась в сон. Тяжелый. Беспокойный. Полный кошмаров, боли и страха.

      Утром, с первыми лучами солнца, она, быстро собравшись, вышла во двор школы. Ученики ещё спали, и пустота показалась Гермионе немного успокаивающей. Девушка села на лавочку и, обхватив руками коленки, положила на них голову. О завтраке думать даже не хотелось, поэтому, когда до первого урока оставалось минут десять, она направилась в теплицу. Первым уроком была Травология с пуффендуйцами.

      Весь урок Гермиона была сама не своя. Всё путала и забывала. И это не ускользнуло от глаз друга.

      — Эй, что с тобой? Ты точно в порядке? Ты и на завтраке не была, — переживал Гарри.

      — Я просто приболела, — соврала Грейнджер.

      — Давай я отведу тебя к мадам Помфри, — Поттер взял подругу под руку.

      — Нет! Я в норме. Просто отосплюсь, и всё пройдёт! Не хочу пропускать уроки.

      — Гермиона, — друг закатил глаза. — Ты со своими уроками, — но замолчал, когда гриффиндорка строго сверкнула глазами. — Хорошо-хорошо. Но если станет хуже, то я просто отнесу тебя в госпиталь! Кстати, я сегодня говорил с Малфоем. Его всё устраивает.

      — Вот как? Но всё же на следующий месяц график составим вместе. Даже если его это и задело, он не сказал бы вот так, напрямую.

      — Да, я тоже так подумал, — кивнул Гарри.

      После Травологии была История магии, и последним уроком — зельеварение. Гарри везде ходил с подругой и переживал о её самочувствии.

«Как хорошо, что есть чары красоты. Увидь он меня без них, я бы уже давно ехала в больницу».

«Мне нужно это зелье. Нужно зелье, которое давал мне Малфой!»

«Я должна попросить у него».

«И что, ты каждый раз будешь бегать и просить у него снадобье?»

— Гермиона лихорадочно соображала.

«Что же делать?»

— этот вопрос