Бандитская рулетка - Владимир Колычев

Настя набрала номер, связалась с Кирьяновым.

– Все сделано… Так он сам это и сделал… Ну, он ствол у меня в сумочке нашел, стоял, рассматривал, а тут он… Он его убить хотел, ну, пришлось защищаться… Там, в номере, остался… Все в номере осталось. Все неживое… Нет, не приедем…. Я боюсь… Тебя боюсь… Я понимаю, что ничего не сделаешь. Но мы уезжаем. И не надо нас искать… Не найдут, никто нас не найдет…

Настя отключила телефон и положила его под колесо так, чтобы оно его раздавило при движении.

– Концы в воду, – сказала она, закрывая дверцу.

– А как же мы без телефона?

– В доме все есть.

– В каком доме?

– Ну, ты же не думаешь, что нас оставят без шалаша. Леонид все предусмотрел.

Кирилл хотел спросить, почему она обратилась за содействием не к нему, а к Леониду, но Настя, как будто почувствовав это, не позволила ему вставить слово.

– Я сказала Кирьяну, что ты сам убил Воротынцева. И пистолет в номере оставил…

– А как Кирьянов об этом узнает?

– О том, что ты Воротынцева убил? Человек у него в мотеле свой. В шестнадцатом номере живет.

– Запойный?

– Ну да.

Три дня назад номер в отеле снял какой-то тип, отправился в ресторан, нажрался там, с тех пор и не просыхал… Но ведь это действительно Кирьян мог подослать своего человека. А напивался этот соглядатай для отвода глаз. Может, и не крепко напивался, так, чтобы видимость создать.

– Это для него Воротынцев стрелял. Запойный этот услышит, пойдет, глянет, что там в номере…

– А что там в номере?

– Воротынцев мертвый будет лежать, пистолет на полу… Ну, и охрана суетиться будет. Не переживай, все продумано.

– Продумано… Кем продумано?.. Почему ты мне ничего не сказала?

– Ты бы видел себя, когда к машине бежал, – усмехнулась Настя. – Как будто правда кого-то застрелил.

– Ты выглядела не лучше, но при этом ты все знала. И меня можно было предупредить.

– Леонид сказал, что не надо.

– Снова Леонид! Почему ты к нему обратилась, а не ко мне?

– Потому что его отца собирались убить, а не твоего.

– Я бы сам с Леней поговорил.

– И все-таки я обратилась к нему. – Настя делала вид, что внимательно смотрит на дорогу, но взгляд у нее рассеянный.

– Как?

– Очень просто, взяла и позвонила.

– У тебя был номер его телефона?

– Был.

– Почему у тебя номер его телефона?

– А кто устраивал меня на работу в мотель?

– Какие у тебя с ним отношения? – С каждым произнесенным словом ревность в голосе Кирилла только усиливалась.

– Рабочие.

– Ты работаешь на него?

– Ну, выходит, что да… Он знал, что Кирьянов вызовет меня к себе, и просил, чтобы я держала его в курсе. Ну, и телефон дал… Ничего серьезного. Но теперь все серьезно. С тех пор как Кирьянов сделал заказ на Воротынцева, все очень серьезно. Леонид сказал, чтобы я ничего тебе не говорила. Я боялась ослушаться…

– А меня ты не боишься?

– Тебя не боюсь. Ты сильный, смелый, но не страшный. А Леонид – страшный. К тому же мы с тобой зависели от него. Он же ничего не говорил про нас своему отцу. Если бы не Кирьян, Яков Алексеевич ничего бы не узнал…

– Кирьян ему стукнул про нас?

– Ну, не напрямую… А напрямую Леонид ему все рассказал. Подготовил, так сказать…

– И как он отреагировал?

– Кто, Яков Алексеевич? Я откуда знаю, как он отреагировал? Леонид мне не докладывал. Это не мое дело, как он отреагировал. Мое дело маленькое, тебя в нужный номер завести, сыграть свою роль, а потом увести тебя. Ну, и Кирьяну позвонить. Отчитаться. Хотя он и сам все знает… А отреагировал Яков Алексеевич плохо, – в раздумье проговорила Настя. – Ты сам видел, как он на тебя смотрел. Не нравится ему, что ты гуляешь от его дочери. Но убивать он тебя не стал, потому что это не входило в план…

– А так мог бы? – скорее у самого себя, чем у нее, спросил Кирилл.

– А так мог бы. Наверное.

– Но ведь история не закончилась. Сейчас Воротыну не до нас, но потом он обязательно за нас возьмется… Так, погоди, а почему тот запойный должен увидеть его мертвым?

– Кирьян должен думать, что добился своего.

– Зачем?

– А вот об этом я могу только догадываться. Меня Леонид в свои планы не посвящал.

– И меня тоже…

– А зачем тебе? У тебя своя роль. Ты – убийца, скрывающийся от правосудия… И от братвы, – немного подумав, добавила Настя.

– Хорошая роль, ничего не скажешь.

– Ну, не хуже, чем роль покойника.

– Да, но из меня захотят сделать реального покойника.

– Кто? Кирьян? Так ему сейчас не до тебя. Да и не найдет он нас.

– А Леня? Вдруг он за отца захочет отомстить?

– Его отец жив, и он прекрасно это знает.

– Жив. И поэтому захочет отомстить за дочь.

Настя молча пожала плечами. В принципе, такой поворот событий не исключен, но лучше не думать об этом.

Но Кирилл не мог не думать.

– И где Леня шалаш нам поставил?

– Недалеко. За Криговской поворот будет, там километров пять, и приехали.

– И Воротын туда за нами приедет.

– А что ты предлагаешь?

– Другую деревню искать… Давай на Волгоград пойдем, вечером там уже будем. Что-нибудь себе подыщем. А можно и дальше рвануть…

– Тогда нас и твой Леня искать начнет, – покачала головой Настя.

– Ну, пусть ищет.

– Он обязательно найдет. За нами уже следят.

Кирилл автоматически бросил взгляд в зеркало заднего вида, и Настя, заметив это, сказала:

– Ты ничего не увидишь. У тебя в машине маячок.

– Может, еще и прослушка?

– Может, и прослушка, – не стала разубеждать его она.

Кирилл хватанул ртом воздух, загоняя обратно рвущиеся на язык слова. Действительно, где-нибудь под сиденьем в салоне мог находиться жучок, поэтому не стоит озвучивать свои мысли.

Машину можно бросить посреди дороги, но что дальше? Поймать попутку? Но так за ними тут же приклеится хвост. А может, им вообще не позволят уйти далеко. Пристрелят его где-нибудь тихой ночкой, и все дела…

Дом стоял на окраине поселка среди таких же частных новостроек, не особо претендующих на элитарность, но недоступных для кошелька обычного работяги. Высокий кирпичный забор, железные ворота, мезонин на крыше, в окно которого так и просился станковый пулемет.

Двор обычный, без архитектурно-ландшафтных излишеств. Забетонированная площадка перед крыльцом и гаражными воротами, травка, несколько садовых деревьев, клумба, огороженная вдавленными в землю кирпичиками. Трава скошена, стволы деревьев побелены, клумба ухожена. Но кто следил за порядком во дворе, непонятно, потому что никого не было.

В доме тоже порядок. Мебель на месте, вещи не разбросаны, ковры на полу лежат ровно, постели заправлены. Но пыльно. Похоже, здесь давно не проводили влажную уборку. Да и сухую, видимо, тоже. Скорее всего, за двором присматривал кто-то из местных жителей, но в дом никого не пускали. Как минимум два месяца здесь никого не было. А ведь место хорошее – березовая роща за поселком, речка вдалеке поблескивает. Красивые здесь места, живописные, лето провести здесь – одно удовольствие…

Мебель неплохая, но никакого сравнения с той, которая стояла в доме, где Кирилл жил с Розой. Да и сам дом не выдерживал никакого сравнения. Но все-таки здесь лучше. Потому что здесь Настя. А с ней в этом доме поселится счастье. Но как долго оно продлится – вот в чем вопрос? Как бы Воротынцевы не нагрянули сюда с расправой.

Кирилл поднялся на чердак, глянул на улицу через окно мансарды и увидел джип с затемненными окнами, стоящий метрах в пятидесяти от дома. А ведь когда они с Настей подъезжали к дому, этой машины не было. Значит, следят за ними.

Знакомство с домом Настя начала с влажной уборки, и Кирилл присоединился к ней. Нужно было очистить его от грязи, под которой он, прежде всего, подразумевал жучков и клопов. Мало ли, вдруг дом поставлен на прослушку…

Они убрались в кухне, вымыли и вычистили первый этаж, а за второй Кирилл взялся сам. Война войной, а ужин по распорядку. В холодильнике и шкафах шаром покати, но Настя знала, куда ехала, поэтому позаботилась о том, чтобы закупить продукты по пути.

Кирилл осилил и второй этаж. Несколько раз менял воду в ведре – столько здесь было пыли. Нашел несколько дохлых мух, но ни одного жучка так и не обнаружил. Или дом не стоял на прослушке, или он плохо искал.

В доме установлен был газовый котел, имелась ванная комната, подключенная к канализации. Кирилл с удовольствием принял душ, а затем был ужин. Без свечей, но с вином.

– И долго мы здесь будем жить? – слегка захмелев, спросил он.

– А сколько ты хочешь? – улыбнулась Настя.

– Да хоть всю жизнь.

– А вдруг?

– Я имею в виду долгую жизнь… Но я согласен и на короткую, если мы проживем ее вместе.

– Тогда, может, нам надо поспешить?

Настя села к нему на колени, жарко поцеловала в губы… Да, действительно. Может, это последний день в их жизни, если так, то они должны спешить насладиться друг другом. Хотя вряд ли это возможно. Кирилл всерьез подозревал, что в их с Настей отношениях не существует предела насыщения. Во всяком случае, за себя он мог сказать точно…