Танцы на осколках (СИ) - Юлия Пасынкова

Я забрела обратно в лесок, чтобы оглядеть тела всадников. Мечей при них не было, у одного трупа нашелся кинжал, который я забрала себе. Выбрав самого низкого и щуплого из них, я сняла с него доспехи. Одевшись, немного походила, примеряясь – чуток великоваты, но все лучше, чем с голыми титьками. Нацепив капюшон с маской, я огляделась по сторонам и прикинула, куда мне идти. Выйдя из леса еще на дрожащих ногах, с каждым шагом все увереннее  зашагала по дороге на юг.

Через пару часов я добралась до ближайшей веси. Там я узнала, что двое всадников продали коней, закупили провизии - еды и огнива, и отправились дальше по единственной дороге, проходящей через село. Выходит, Брест взял служанку с собой? А этот мужик своего не упустит, я даже начала его немного уважать. На улице смеркалось, а значит, они должны были остановиться где-то на ночлег: ехать ночью опасно, да и кони в темноте могут повредить копыта. Я поблагодарила простодушных мужиков и сделала вид, что направилась вслед за парочкой. Сама же благополучно обогнув деревеньку с другой стороны, тихо вывела вороного коня из конюшни на окраине.

- Воры! – заверещал скрипучий голосок из темноты. На меня бежал волосатый человечек: - Держи, вора!

Я не стала ждать пока овинник переполошит всю округу и, вскочив на коня, как следует  пришпорила беднягу. Промчавшись по главной улице у всех на виду, я надолго зареклась красть коней – вслед мне летели ругань, камни, кто-то кинул даже вилы. Все-таки я была права: конокрадство – это не мое.

Проскакав пару верст, я придержала коня. Мужики из деревни указали этот путь, стало быть, наемнику со служанкой придется заночевать где-то в дороге, может на каком постоялом дворе. Добро, есть шанс их нагнать. Вокруг быстро темнело, и разглядеть что-то под копытами уже не получалось - надо найти ночлег.

Я ехала шагом, глядя по сторонам, а надежде найти временное пристанище. За все время пути мне не попался ни один подорожный, ни одна повозка - не самая людная дорога. Она проходила через поле, а колосья травы стояли стеной по обе ее стороны. Сквозь мерный стук копыт я услышала вдалеке женское пение. Чутье подсказало, что если кто и поет ночью в поле, то точно добра от него не жди, поэтому я потрусила дальше, не останавливаясь. Проехав еще версту, я прищурилась - вдалеке горел огонь.

Пустив коня мелкой рысью, предвкушая скорый отдых, краем глаза я заметила преследующую меня тень. Надо мной кружил огромный нетопырь, заслоняя собой и без того мрачное небо. Мне стало не по себе, на всякий случай я вытащила кинжал из ножен. Тварь продолжал преследовать меня еще пол версты, не отставая, но и не нападая.

- Сгинь, - рявкнула я, матерясь про себя.

Крылан в ту же секунду поднялся выше, и растворился в темноте. Ненавижу нечисть.

Огонь, на который я мчалась, был уже неподалеку - я облегченно выдохнула. Вскоре из темноты показался щербатый частокол, местами без бревен, ворот не было вовсе. За остатками забора выделялся силуэт приземистой избушки. Хата по самые ставни вросла в землю, дверей в ней не было, а из пустого окна выглядывал уютно потрескивающий костер. Из дома доносились голоса: хриплый мужской и писклявый женский. А рядом были привязаны два коня.

Не веря такой удаче, я спешилась. Набросив поводья своего жеребца рядом, я осторожно заглянула внутрь. Хорошо, что не зашла целиком – на меня в упор смотрел заряженный арбалет.

- Медленно выходи и держи руки на виду.

Я повиновалась. Брест мрачно целился на меня, а служанка, решительно вытащив меч, встала рядом.

Я медленно, без резких движений подняла руки и сняла капюшон с маской.

- Ты?! – побледнела девка. Брест изумленно уставился на меня, но арбалет не опустил.

- Ага, решила зайти к вам на огонек, не помешаю? А то мало ли, вдруг вы тут опять балуетесь…

***

Костер они развели прямо на полу в полуразрушенном доме. В крыше зияла дыра, и иногда в нее заглядывал месяц. Я протянула ноги к огню и не спеша натачивала кинжал, снятый с трупа. Брест сидел по другую сторону огня, положив арбалет себе на колени, и наблюдал за мной. Он старался сохранить невозмутимость, но получалось плохо. Челюсти сжаты, рука время от времени напрягалась на рукояти оружия, а глаза пристально следили за каждым моим движением. Пёрни рядом мышь, и в меня полетит арбалетный болт, а второй раз мне этого очень не хотелось. Служанка сидела рядом с наемником, сжавшись в комок, и боялась пошевелиться.

- Кто ты, нахрен, такая? – наконец озвучил свои мысли мужчина.

Каждый раз один и тот же вопрос, мне становилось скучно:

- А как ты сам думаешь?

- Ты же умерла! – взвизгнула служанка, не дав Бресту открыть рот, - Умерла! Да в тебя из арбалета выстрелили, стрела из спины торчала!

Она вскочила, помялась на ногах и рухнула на прежнее место. Порыв отнял у нее последние силы.

- Ты привид? Упырь? – спросил Брест, не обращая внимания на выкрики рядом.

- Я что похожа на гниющий труп? Или призрака? – Мне становилось тоскливо. За мою долгую жизнь, когда кто-то узнавал мой секрет - меня  всегда сравнивали с привидениями, упырями и еще бог знает с кем. – Я из тех, кого вы называете Прежними.

- Из Прежних? – ахнул Брест. Он сидел потрясенный. - Я думал их не осталось.

- Как видишь, - я пожала плечами. – Послушайте, я - это я. И не собираюсь высасывать у вас кровь или, что там еще делает нежить, понятно? Просто, Брест, пожалуйста, убери арбалет. Это все-таки очень больно - каждый раз умирать.

Он даже и не подумал последовать моей просьбе, рука по-прежнему сжимала рукоятку.

- Так ты что… Бессмертна? – он наконец-то смог выдавить из себя свой страшный вопрос.

Я решила раскрыть все карты, в конце концов, мне еще пригодится их помощь:

- Что-то вроде… Эй, а у вас есть что поесть? Вторые сутки ни крошки во рту. – Я потянулась за походным мешком к служанке, та испуганно отпрянула.

- Да кто такие эти Прежние? – в ее голосе звучали истеричные нотки.

- Я бы тоже хотел это понять, - поддержал ее мужчина. – Подожди, как тебя зовут, для начала?

- Зовут меня Элеонора д’Арктуа фон Розенштадт. Я есьм Королева воров, нищих и бродяг, Лунная тень и Неуловимая лиса. – Я гордо вскинула подбородок, не переставая жевать кусок вяленого мяса, добытого из мешка.

- Она брешет? – недоверчиво обратилась к Бресту служанка.