Танар. Зов крови - Екатерина Герц

— Кто ты такая?

Адора ответила не сразу. Она бесшумно скользнула по комнате и незаметно оказалась ближе, словно тень.

— «Я твой проводник! — с гордостью заявила странная дева. — Я часть тебя — твоя память, твоя сила, твой духовный наставник. От моего имени с тобой говорят твои предки!».

— И что они хотят от меня? — поинтересовался Влад.

— «Ты был избран стать хранителем наших знаний и нашей силы! Я останусь с тобой до тех пор, пока ты не будешь готов продолжить свой путь самостоятельно».

— Какой ещё путь?

— «Ты был рождён, чтобы править, Замир! И должен забрать то, что по праву принадлежит тебе…».

— Но я не хочу! — Влад резко отбросил мольберт и встал напротив Адоры. — Я хочу, чтобы ты навсегда исчезла из моей головы! Мне не нужны ни эта сила, ни власть!

— «Замир…».

— Нет, убирайся! — парень схватил стул и швырнул его в призрачную фигуру. — Оставь меня в покое!

Стул пролетел сквозь неё и ударился о балконную дверь. Послышался громкий грохот.

— Эй, что ты там творишь, мелкий гадёныш?! — раздался недовольный бас стражника.

Послышался звон ключей. Влад молчал, смахивая со лба капли пота. Он устремил взгляд в центр комнаты, где мгновение назад стояла Адора. Она исчезла, но в голове отчётливо прозвучал тихий голос:

— «Скоро сам позовёшь меня…».

Влад недовольно покосился на опрокинутый мольберт. Рисунок получился не аккуратным и незавершенным, но из прерывистых линий отчётливо вырисовывалась жуткая огромная тень, нависшая над одинокой человеческой фигурой. На мгновение ему показалось, что глаза этой тени угрожающе свернули.

Глава десятая

На следующий день, Академия шаонцев.

Полуденное солнце медленно клонилось к вечеру. Подрагивающие лучи, которые до этого падали на пол, незаметно сдвинулись на небрежно заправленную кровать. Виолетта с сомнением смотрела на свои скромные пожитки и размышляла о том, что ждёт её за стенами Академии. Личных вещей у неё было мало. Всё, что она могла взять с собой — немного одежды и кое-какое оружие. Девушка долго рассматривала острый кинжал. Альбина дала его перед тем, как она отправилась на Горный Хребет за братом. Доучиться до своего первого клинка Виолетта не успела. Но решила, что кинжал может пригодиться. С ним будет спокойнее.

Пока девушка бережно прятала кинжал в потайной кармашек дорожной сумки, одновременно пыталась представить, каково находиться в соседних городах. Ей довелось побывать не только в Академии, но и в горах, и в заброшенном поселении. Но Виолетта пока не видела, как живут другие жители Гамильдтона. Не терпелось погулять по столице. Денис постарался выполнить её условие, но для этого пришлось отложить поездку на один день. Томас прибудет в Академию лишь сегодня. Мира постучалась и сообщила о его приезде ещё до того, как девушка успела застегнуть сумку.

Не тратя много времени, Виолетта привела себя в порядок и спустилась в холл. Она решила не искать Томаса по этажам, а подождать здесь. Спустя какое-то время Виолетта заметила его, вылетающим из лифта. Торопливой походкой мужчина пересекал холл. Плащ с трепетом развевался при каждом шаге. В одной руке Томас нёс чёрный кейс, а в другой сжимал тонкую папку. Он мог и не заметить девушку, если бы она не привлекла к себе внимание демонстративным покашливанием.

Томас оторвался от папки, которую бегло просматривал прямо на ходу, и удивлённо покосился на Виолетту.

— О, Ви, добрый день! — добродушно, но нетерпеливо поздоровался нарзенец. — Ждёшь кого-то?

— Ага, Вас! — вздёрнув бровь, ответила она.

На мгновение на его лице отразилось замешательство, но понимание возникло довольно быстро.

— А, точно, Денис сказал вчера, что ты хотела поговорить…

— Приятно, что Вы не забыли!

Виолетта не хотела грубить, поэтому поспешила сгладить углы. Это позволило сэкономить время им обоим.

— Не стала бы отвлекать Вас от важных дел, но у меня остались вопросы! — призналась девушка. — Не знаю, известно ли Вам, что мне предложили отправиться в поездку…

— Всё верно, Денис объяснил суть проблемы! — кивнул Томас и торопливо взглянул на наручные часы.

Наблюдая за нетерпеливыми движениями, развёрнутому на половину к дверям положению в пространстве, Виолетта вдруг поняла, что её проблемы для него настолько незначительные, что она попросту будет говорить в пустоту. Девушка даже горько усмехнулась, удивляясь самой себе. И давно ли начала считать, что Томас обязан выслушивать её нытьё и делиться советами?

— Просто хотела попрощаться с Вами перед отъездом! — тихо пробормотала девушка. — Присмотрите, пожалуйста, за Владом!

Не дожидаясь ответа и сгорая от стыда, она пошаркала к лестнице. Томас провожал её непонимающим взглядом. Ещё раз взглянув на часы, он тяжело вздохнул и убрал папку в кейс. Через мгновение раздались характерные щелчки.

— Виолетта, подожди!

Он окликнул её, когда она уже прошла половину холла. Девушка вопросительно оглянулась.

— У тебя найдётся минутка посидеть на свежем воздухе?

— Конечно! — неуверенно кивнула она.

Продолжая испытывать неловкость, Виолетта вернулась к дверям. Томас вежливо пропустил её вперёд. Свежий воздух помогал мыслям проясниться. Они нашли пустую скамейку в саду и сели рядом с объёмными цветочными кустарниками. Виолетта чувствовала приятный аромат, исходящий от нежно-розовых бутонов.

Томас поставил кейс рядом со скамейкой и с удовольствием откинулся назад. Какое-то время оба молчали. Мужчина с интересом рассматривал ухоженные деревья, клумбы, журчащие неподалёку фонтаны. Виолетте показалось, что он расслабился впервые за долгое время и не спешила его отвлекать.

— Знаешь, в чём главная проблема каждого разумного существа? — нарушил молчание Томас и тут же ответил на собственный вопрос. — Мы все стараемся идти впереди времени. И даже не замечаем, сколько прекрасного проходит мимо нас. Увы, осознание приходит слишком поздно.

Виолетта молчала, не зная, что тут можно ответить. Но Томас, похоже, и не ждал. Впервые за долгое время он будто забыл о своих делах, перестал дёргаться и следить за часами. Ставший привычным аромат табака постепенно выветривался с поверхности кожи и одежды, но мужчина не спешил хвататься за сигару. Успокаивающая атмосфера природы заполняла любые пустоты.

— Когда в последний раз ты просто сидела вот так и ни