И на погосте бывают гости - Владимир Тучков

– Извини, Следопыт, извини. Мы, конечно же, тебе очень благодарны. Ты сделал невозможное. И этот профиль, конечно же, облегчит нашу задачу. Но, к сожалению, ненамного. Согласен?

– Да, конечно. – Следопыту было нечего возразить. Потому что сведения, предоставленные фэбээровской программой, были довольно общими. Ничего характерного, что позволило бы мгновенно узнать Маньяка в толпе. Такие люди ходят по Москве большими косяками.

Стрелка удивленно посмотрела на одного, потом на второго и сказала совершенно уничижительно:

– Один непонятно каким образом в милиции служил, деньги непонятно за что получал. Другого Сисадмин непонятно на каких основаниях считает нашим командиром. А приглядишься к вам повнимательней, так вся ваша убогость наружу так и прет! Вы, что, думали взять эти листочки в руки и бегать с ними по всему городу? Заглядывать в лица. Рассматривать особые приметы. Так, что ли?

– Ты чего это с цепи сорвалась? – опешил Танцор.

– Да того, что мы получили ценную информацию. Но только не для беготни по улицам. Имея её, гораздо проще провоцировать Маньяка на откровенность на нашем сайте.

– Что же в ней ценного?

– Смотри, – Стрелка взяла листочки. – Вот, например: «К карьерному росту относится без должного интереса», «Не склонен к созданию прочной семьи». Это можно использовать, потому что человек размягчается, когда ему говорят именно то, что ему нравится. Буду клясть семью и карьеру.

Идем дальше. Очень полезно порасспрашивать его о человеческой анатомии, раз он в ней собаку съел. О холодном оружии и хирургических инструментах, коль он их собирает. Напишу чего-нибудь про фильмы фон Триера. Да! Вот! Биопсихические свойства! Представляю, как ему будет приятно узнать, что я обожаю мужиков, густо заросших шерстью!

И главное, что мы знаем, – у него периоды жажды деятельности сменяются периодами апатии. Именно в это время его и надо выманивать на себя.

– Выманивать?

– А ты как думал, Танцор?! – Стрелка аж задохнулась от негодования. – Именно выманивать. И не абстрактно. А придется прислать ему мою фотографию, а потом уж назначать встречу. Это же было сразу ясно.

– Слушай. – вмещался Следопыт, – тебя жалко. Риск же огромный. Давай-ка подсадной уткой будет какая-нибудь моя подружка.

– Нина, что ли?

– Нет, Нина у меня постоянная подружка. Ее мне тоже жалко. Какую-нибудь временную подсунем.

– Проститутку?

– Да что ты такая тупая, Стрелка? Знакомишься, скажем, в «Куклах». А потом раза три вместе ночуешь. Вот и – всё.

– Следопыт! Я смотрю, тебя ещё воспитывать и воспитывать надо. – Танцор уставился на Следопыта, словно хотел прожечь в нем дырку. – От жадности мы тебя, слава богу, излечили. Теперь придется от крысятниче-ства, от душевной никчемности. Как говорил наш. комсорг, перековывать будем.

– Да, было такое слово, – встрял Дед. – Но меня, курвы, не перековали!

– Во-во, Дед. Кишка у них тонка. Кстати, у этого самого комсорга интересно жизнь два раза перевернулась. Он надеялся, что будет по всей стране колесить с гастролями и играть Павку Корчагина в «Поднятой целине». А тут такой облом вышел – не надо про Павку, давай про банкиров и про бандитов. Однако дождался, козел, своего часа. Китайцы решили снять на Украине эту самую «Целину». Комсорг к ним и подвалил. Л ему дали играть Павку. В прошлом году фильм получил китайскую госпремию. И бывшему нашему комсоргу насыпали полный чемодан юаней. И он…

– Ладно, Шахерезада, давай о деле, – перебила Танцора злопамятная Стрелка. – Идти, конечно, придется мне. А уж вы из-за куста выскочите и все сделаете.

– А ты уверена, что именно Маньяка замочим? Может, это кто-то из имеющих доступ в базу МУРа решил повыпендриваться?

– Опять двадцать пять! Ведь он же написал на форуме про картинку Гойи. А это известно только нам и Маньяку. Значит, он и только он.

– Хорошо, – не сдавался Танцор. – Какой-то чайник прочитал на форуме рассказ Маньяка и твое к нему письмо. Где ты, кстати, оставила свой эмейл. Так вот Маньяк молчит, а чайник шлет тебе письмо с подписью «Маньяк». Ты присылаешь ему фотографию, выманиваешь его, а мы мочим-совершенно случайного человека. Это нормально?

– Ну, бывает, – ответил за Стрелку Следопыт, которого пока ещё не перековали.

– Нет, чуваки, – решила поставить точку в этом жалком лепете Стрелка, – вы, я смотрю, в Рунете разбираетесь, как свинья в апельсинах. Есть такой штампо-мер Леонида Делицина, http://teneta.rinet.ru/shtampomer/. С его помощью устанавливается авторство текста.

– Это каким же образом? – скептически спросил Следопыт, считавший себя экспертом по русскому сегменту Интернета.

– Элементарно! – ответила эксперт Стрелка. – Это такая программа, которая определяет, так сказать, отпечатки пальцев автора. Ну, один автор к месту и не к месту вставляет слово «однако», другой – «стало быть» или ещё какую-нибудь хренотень. У каждого есть свои излюбленные словесные штампы. Каждый даже ошибается по-своему. Ну, там лишние запятые или все время путает «не» и «ни». Так вот, вначале в штампомер засовываем бред Садиста с форума. Потом письмо, которое мне прислал непонятно кто. И штампомер говорит: Садист это или не Садист. Ясно?

– Ясно, – ответил Танцор. – Однако у нас есть ещё один инструмент. Очень мощный и необычайно точный.

И все посмотрели на Деда.

АППЛЕТ 21.

ДЕД СОШЕЛ С УМА

Несмотря на то, что весь канадский «Черный Вельвет» – напиток хоть и мягкий, но забористый – был выпит до дна, Дед являл собой образец человека, заскочившего в «Русское бистро», хлопнувшего стограммовый шкалик «Привета», закусившего пирожком с грибами и вышедшего наружу в приподнятом расположении духа.

Был он слегка порозовевшим, улыбчивым и совершенно вменяемым. О сеансе ясновидения не могло быть и речи. Что-то напевал себе под нос из Билли Холидея и беззаботно попыхивал сигаркой.

– Так, – мрачно констатировал это явление Танцор, – хорошие колесики ты, Стрелка, подобрала.

– Да, подобрала! До них он зеленый был, того и гляди желтеть начал бы от алкогольного гепатита. А сейчас человеком стал. Это что, плохо, что ли?

– Да нет, замечательно! – парировал Танцор. – Раньше человеку хватало тридцати баксов на выпивку, а сейчас вряд ли и в полтинник укладывается. Этак ты его разоришь на хрен.

– Что это вы обо мне в третьем лице, ексель-мок-сель, заговорили? – начал заводиться Дед. – Врачи, ядрена вошь, выискались! Педагоги-опекуны, японский городовой! Деньги тут будут мои считать!

Танцор успокоил Деда лаской и участливыми разговорами о творческом наследии Керуака. Следопыт тем временем побежал за вторым «Блэк Вельветом». Пить много, конечно, нехорошо. Особенно в немолодые годы. Однако ситуация была слишком сложная и требовала от каждого члена команды напряжения всех душевных и физических сил.