Узы брака - Глория Альварес

Каролина машинально закрыла глаза. Слова Дейна завораживали ее, вселяли в душу безмятежность. Расслабившись, она присела на край стола.

— Мы достаем фляжку, чтобы напиться. Шаля, ты пытаешься отнять у меня фляжку, и вода выплескивается на твою рубашку. От ледяной воды ты вскрикиваешь, твои соски твердеют. Я вижу, как они проступают под мокрой тканью.

Каролина вздрогнула: она вдруг почувствовала, как ледяные капли скатываются вниз по ее груди, а соски превращаются в крохотные камушки.

— И как я теперь выгляжу? — спросила она.

— Ты прекрасна. Сейчас ты возбуждена — об этом говорят твои соски. Ты видишь, что я смотрю на них, и осознаешь, как я хочу поцеловать твою грудь. Ты понимаешь, что мокрую рубашку надо снять.

— Но я же замерзну, — возразила она, поддаваясь игре.

— Солнце согреет твою одежду и тело. Ты чувствуешь, как оно припекает? Тебе приятно?

— Да, — пробормотала она, ощущая, как по телу растекается блаженное тепло. Над верхней губой Каролины выступили бисеринки пота. Она глубоко вздохнула, пытаясь вырваться из сетей, которыми оплетал ее голос Дейна. Ее голова кружилась, дыхание стало прерывистым. Словно муха в паутине, она с каждым движением запутывалась все сильнее.

— Я расстегнул твою рубашку, — продолжал Дейн, — и повесил ее на куст рододендрона, чтобы просушить. Весь куст осыпан бутонами, готовыми лопнуть. Еще немного — и цветы предстанут перед нами во всей красе. Как ты для меня… Но на тебе мокрый лифчик — тонкая полоска кружева, не похожая на твое обычное белье. Ты купила и надела его для меня. Признайся, ты надеялась, что случай поможет мне его увидеть.

Каролина сонно кивнула и попыталась прислониться к Дейну.

— Нет-нет! — удержал он ее. — Это только фантазия. Не шевелись… Итак, наконец ты обнажена, а я любуюсь тобой. Ты прекрасна, Каролина. Утренний туман окутывает тебя, как прозрачное одеяние, не скрывающее красоту. Ты распускаешь волосы, и они падают на спину волнистым водопадом. Под моим взглядом ты вспыхиваешь.

— Чего же ты ждешь?

— Тебя. Жду, чтобы ты сказала, как хочешь меня. Я уже вижу желание в твоих глазах, еще мгновение — и с губ сорвутся слова. Скажи их, Каролина. Признайся, что ждешь моих прикосновений.

Из горла Каролины вырвался стон, где-то внутри стало горячо. Это была пытка, неописуемая сладкая боль. Но заговорить, добровольно лишиться остатков самообладания ей не удавалось…

— Каролина, это всего лишь фантазия. Тебе ничто не угрожает.

Не угрожает? Она снова застонала и запрокинула голову. Желание сводило ее с ума, отнимало волю и рассудок. Без единого прикосновения он сумел превратить ее в желе.

— Я жду, Каролина, — прошептал он ей на ухо, и Каролина вздрогнула.

— Я хочу… — выдохнула она.

— Чего ты хочешь? Говори.

— Я… хочу тебя…

— Назови меня по имени, — потребовал он.

— Я хочу тебя, Дейн! — выговорила она, и ее голова закружилась. Дейн победил. Он добился своего.

— И я хочу тебя, Каролина, — хочу чувствовать твое тепло, видеть, как ты дрожишь, открываясь передо мной. Хочу, чтобы весь мир знал, как нас влечет друг к другу. — Она всхлипнула, охваченная желанием и отчаянием.

— Потерпи еще немного, Каролина, — пообещал он.

Она слышала, как Дейн вышел из кабинета, но не сделала попытки остановить его. С минуту она сидела, прислушиваясь к утренней суете в зале: к бульканью кофеварки, звону ложек и чашек. Знакомые звуки постепенно вернули ее к реальности. Каролина открыла глаза.

По-прежнему ощущая слабость, она выпрямилась, обошла вокруг стола и упала в кресло, смяв оброненный на пол подснежник. Заметив на полу цветок, она порывисто подняла его и попыталась расправить потемневшие лепестки. В эту минуту она чувствовала себя такой же — сломленной, забытой.

Поднявшись, она прошлась по кабинету и присела на стул напротив стола, который вчера занимал Дейн. Она оказалась в опасности: Дейн довел ее до помешательства, не дотронувшись даже пальцем. Что же будет, когда… Она оборвала пугающую мысль. О чем только она думала вчера вечером, когда ставила свои условия? Романтика, нежные слова, завораживающий блеск луны… Уж лучше бы она сдалась сразу. По крайней мере потом она сумела бы без потерь вернуться в прежний мир. Она сохранила бы независимость.

Дейн предложил ей более легкий путь, но она отказалась. Теперь у нее нет выхода: придется играть честно. Ей вновь предстоит рисковать своим сердцем и с трудом добытой свободой. Еще совсем недавно Каролина надеялась, что больше никогда не наступит на те же самые грабли. В последний раз, когда она дала себе волю, последствия оказались ужасными. Каролина не без оснований подозревала, что Дейн способен на все.

К часу дня нервы Каролины натянулись до отказа. После утренней встречи она выпила одну за другой шесть чашек кофе, заработала нервную дрожь и принялась разыскивать Хипзайбу, чтобы выплакаться.

Хипзайба появилась в ресторане перед самым закрытием, улыбаясь, как ребенок с рекламного плаката дантиста:

— Доброе утро!

— День, — сухо поправила Каролина. — Где тебя носило? Я ищу тебя с восьми утра.

— Я была… занята.

— Чем? Ты же не посещаешь женский кружок при церкви. Я обзвонила всех твоих подруг, но безуспешно. — Каролина глубоко вздохнула. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Мне нечего рассказывать, — отозвалась Хипзайба. — Дело в том, что время уходит от нас.

— От нас?

Хипзайба достала из шкафа чистую чашку, налила себе кофе и долго возилась, добавляя сливки и сахар.

— Вот чего мне не хватало, — объявила она, сделав глоток. — Весь день меня клонило в сон.

— Тетя Хипзайба, что случилось? У тебя такой довольный вид, как у кошки, которая сцапала канарейку.

— О, Каролина, это было чудесно! — Хипзайба уселась поудобнее и расстегнула пальто. — О большем нельзя и мечтать: любовь… волшебство… безумие… — Хипзайба с наслаждением вдохнула аромат кофе и сделала второй глоток.

Каролина заподозрила неладное. Вчера Дейн ушел очень поздно… неужели Хипзайба даже не… Каролина понизила голос до шепота:

— Скажи, ты вчера ночевала дома?

Хипзайба с улыбкой покачала головой. Рывком подняв тетю со стула, Каролина втолкнула ее в свой кабинет и плотно закрыла за собой дверь.

— Тетя Хипзайба, неужели ты провела ночь с Зиком?

— Ну разве можно задавать такие вопросы, милочка! — Хипзайба допила кофе, лукаво поблескивая глазами. — Конечно, да. Мы с Зиком чудесно провели время.

Каролина тихо застонала: тетя забыла о приличиях как раз в то время, когда Каролина так нуждалась в ее здравомыслии и рассудительности!