Щит Империи. Часть первая - Лилия Быстрицкая

— В Управу его. Вы двое останьтесь здесь. Осмотрите место двойного убийства. — Сказал один из патрульных, видимо, он был главным.

Андрея рывком, чуть не вывихнув руки в суставах, поставили на ноги и повели куда-то. Из своего нынешнего положения он мог видеть лишь дорогу под ногами. Впрочем, шли они не более десяти минут. Они вошли в какое-то здание, где у задержанного отобрали рюкзак, поясную сумку вместе с поясом, и бесцеремонно обыскали, изъяв содержимое всех карманов, несколько оборвав одежду. После этого, не развязывая руки, чародея затолкали в камеру с решетчатой дверью.

— Загорай, завтра с тобой разберемся. Да и упаси боже тебя какой-нибудь магический фокус выкинуть. Понял?!

— Мне незачем прибегать к колдовству. Если бы я хотел сопротивляться, ваш отряд разделил бы участь убийцы ещё там, на площади. — Спокойно ответил Андрей.

Но стражник его уже не слушал и ушел.

Камера представляла собою небольшое, изрядно замызганное помещение. Сероватая штукатурка на стенах местами осыпалась, открыв кирпичную кладку. В углу валялась тонкая соломенная подстилка, служившая, должно быть, постелью для заключённых, в другом углу — вонючее ржавое ведро. Маг вздохнул, и, без проблем сняв путы с рук, стал устраиваться спать. Сбежать из этой камеры для него не представляло особого труда, однако Серов решил, что лучше остаться. Он был настолько уверен в правоте своих деяний, что даже не сомневался, что утром его выпустят. А вот побег наверняка превратил бы его в преступника, желающего избежать правосудия.

Ночь прошла спокойно, чародей, не смотря на неудобства и спазмы пустого желудка, умудрился немного поспать. Правда, ближе к рассвету он замёрз, а стражники отобрали у него даже плащ. Наутро ему принесли миску с холодной кашей непонятного происхождения. Андрей брезгливо посмотрел на эту пищу, но, не смотря на зверский голод, не стал её есть. Целый день бездействия чуть не доконал мага, он переживал по поводу того, что теперь встреча с куратором не состоится, а он сам, быть может, останется гнить в заключении на неопределённый срок.

Лишь под вечер к нему пришел посетитель, пожилой мужчина крепкого сложения, седовласый, с лысиной на макушке, повязкой на правом глазу, в дорогих одеждах знатного горожанина, по виду которых сложно было судить о роде его деятельности. Ему поставили стул напротив камеры Серова, и он, усевшись, начал разглядывать заключенного. Тот тоже посмотрел на него, не избегая прямого взгляда. Оба примерно с минуту изучали друг друга, и сторонний наблюдатель поразился бы наглости оборванного, избитого, заляпанного кровью и извалянного в пыли молодого человека, глядящего на визитёра так, будто они были на равных, а решётка, разделявшая их, и вовсе не существовала.

Эта безмолвная бравада, похоже, весьма позабавила посетителя, но это проявилось лишь в едва уловимой ухмылке, скользнувшей по губам, да в насмешливом блеске, на мгновенье промелькнувшем в единственном глазу.

— И ты, конечно же, невиновен. — Сказал мужчина.

— Я убил убийцу девушки, и этого не отрицаю. — Ровным голосом ответил Серов, каким-то шестым чувством определив, кто сидит сейчас перед ним.

— А кто тебе сказал, что он убийца?

— Аурический след его лежал от ступеней собора. — Пояснил маг. — Этот же след я увидел на рукоятке ножа, когда наклонился над девушкой, чтобы помочь ей. Но, увы, она была уже мертва. В темноте моё зрение само по себе перестраивается на аурический спектр, а фонари на площади на тот момент ещё не зажгли, было темно.

— Допустим. Кто же тогда дал тебе полномочия судьи и палача в одном лице и это в первый же день на территории Империи?

— У меня не было таких полномочий. Я мог просто остановить его, не дав убежать. Но мною двигал гнев: во-первых, убийство было совершено на ступенях святого собора, а это — осквернение святыни. Во-вторых, была убита юная девушка, жестоко, безжалостно, болезненно… Я сознаюсь, что убил того мерзавца умышленно. Но я не раскаиваюсь, поскольку он для меня — даже не человек, а поганая гниль.

— Итак, в сухом остатке — принципиальный маг-убийца, не способный контролировать себя. Интересное сочетание, видимо, именно такого гражданина нам и не хватало.

— А вы, видимо, Мированов. — Высказал свою догадку Андрей. — Что ж, я всё сказал. Можете судить меня в соответствии с законами Империи.

— Мированов, твой куратор. — Мужчина раскрыл карточку Андрея. — Ты скоро с ним встретишься. А на счет имперских законов… о них ты тоже скоро узнаешь.

— Я подожду.

— Да, будьте так любезны.

Визитер встал, и, не прощаясь, вышел.

На следующее утро чародея разбудили и, вновь скрутив руки верёвкой, без объяснений вывели наружу.

— Куда вы меня? — Вяло поинтересовался Андрей, пребывая в несколько затуманенном от голода сознании.

— Туда. — Отозвался стражник.

— А что там?

— А кто ж его знает, письмецо нам оттуда чиркнешь?

— Обязательно. — Буркнул Андрей, поняв, что расспросами ничего не добьётся.

Они прошли несколько улиц и свернув в один из переулков уперлись в ворота какого-то дома. Там оказалось не заперто, во дворе работало несколько человек, им-то и сдали Серова с рук на руки и удалились.

Правда новые конвоиры оказались не общительнее предыдущих. Они отвели мага в какую-то комнату с окном в садик и парой кресел у столика. Ему развязали руки и опять оставили одного в ожидании непонятно чего.

Серов огляделся, здешняя обстановка ему понравилась гораздо больше, чем та, что была в камере. Ноги еле держали его, голова кружилась, поэтому он опустился в кресло и замер, не то в задумчивости, не то в полусне.

— Подъем! Не спать! — В комнату вошел вчерашний визитёр, но уже одетый в инквизиторскую форму.

— Я не ошибся, это действительно вы… Здравствуйте. — Сказал Андрей, кое-как встав с кресла и попытавшись приободриться.

— Да садись ты. Это я так вспомнил старую шуточку старого друга. Вчера я был так сказать не при исполнении… Знаешь надо как то поосмотрительнее быть, в новом то месте.

— Наёмничья привычка сработала. За пределами Империи она была справедлива, а здесь… я просто дал ей волю. Зря, конечно… Но после восторга, который я испытал, находясь в соборе, зрелище убитой девушки и безнаказанно убегающего убийцы вывело меня из равновесия.

— Если тебе уготован тот путь, что видел наш общий друг, то с таким тебе придется часто встречаться. Ладно, я отчистил твое пребывание в Империи, по крайней мере, по документам. Есть хочешь?

— Да, очень… Я, кажется, трое суток ничего не ел… или даже больше…

— Неосмотрительно. Сейчас что-нибудь организуем. Самое время позавтракать.