Глобальная империя Зла - Владимир Лисичкин

“Штурм сознания”. В той или иной степени манипулирование сознанием существовало всегда, но длительное время оно находилось в тени. Из документов прошлого широкой известностью пользуются так называемые “Протоколы сионских мудрецов”, где излагается ряд принципов манипулирования. Значительный размах манипулирование получило в немецко-фашистской пропаганде. Подзаголовок данного раздела взят из книги /18/, посвященной информационным методам воздействия, применявшимся в те годы. Штурм человеческого сознания с помощью оружия массового психологического поражения был применен ведомством Геббельса задолго до попыток его теоретического осмысления. Это оружие слагалось из двух частей: методов пропаганды и использования разного рода эмоций в самом сознании человека. Так, в своем пропагандистском воздействии гитлеровцы учитывали социально-психологическое состояние различных слоев немецкого населения, давая обещания избавить немцев от “национального унижения”, связанного с Версальским договором, обеспечить порядок в стране, а заодно дать всем все: безработным – работу, промышленникам – устойчивый рост производства и прибылей, поклонникам колониальной идеи – “жизненное пространство” и т. д.

Следует отметить эффективность нацистской пропаганды. Существовал огромный специальный аппарат для подготовки и проведения всевозможных агитационных и дезинформационных акций. Пропаганда вообще насчиталась с истиной, в расчет брали только выгоду. Широко использовались приемы маскировки и внезапности, лжи и обмана, а также не ограниченной никакими критериями эксплуатацией эмоционального потенциала массовых настроений с апелляцией к ощущению вседозволенности с одной стороны, и страха, переходящего в панику, – с другой. Пропаганда оценивалась как самое дешевое и самое надежное оружие. В своей речи по поводу открытия его министерства в марте 1933 года Геббельс говорил:

“Можно расстреливать противника из пулеметов, до тех пор, пока он не признает превосходства того, кто располагает этими пулеметами. Это более простой путь. Но нацию можно преобразовать и посредством революции духа и тем самым не уничтожать противника, а даже перетянуть его на свою сторону. Мы, национал-социалисты, шли этим вторым путем и будем идти им и дальше”.

Позже, в марте 1941 года, подводя итоги первых полутора лет Второй мировой войны. Геббельс в своем интервью заявил:

“Национал-социалистская Германия сражается посредством духовного оружия точно так же хорошо, как посредством военного. Поэтому мы идем путем побед. Когда наши солдаты пришли во Францию, в них не стреляли из-за угла, как в 1914 г. Из того, что мы перед этим сказали французскому народу по радио, было известно, что здесь маршируют солдаты революции” (цит. по /18/).

Ведомство Геббельса разрабатывало подробные сценарии агитационных акций, изучало последующую реакцию масс. Для передач на заграницу использовали различные уловки, чтобы создать атмосферу непринужденной веселости и компанейского духа. Приведем конкретный пример из книги /18/:

“Редакции специально инсценировали всякого роде, “накладки”, дабы исподволь уверить слушателя, что он имеет дело с совершенно бесхитростными, трогательно неуклюжими людьми. Одной из таких уловок был комичный обмен репликами дикторов в студии. Диктор, допустив какой-нибудь промах, шутливо говорил что-нибудь по этому поводу своему коллеге. Как-то, когда один диктор оконфузился, сообщив время программ сразу по двум часовым поясам, коллега со смехом прервал его словами. “Эй, ты, кажется, что-то путаешь”, в другой раз можно было слышать, как диктор звонил по телефону технику с просьбой посоветовать, как стереть плохую запись… А наиболее исключительный пример этой техника создания атмосферы сердечности был продемонстрирован, пожалуй, тогда, когда диктор извинился перед слушателями, что он прервется на минутку, чтобы закрыть окно, “а то там где-то собака лает”.

Методы информационного воздействия пропаганда Геббельса во многом еще носили интуитивный характер но даже в этом случае доказали свою эффективность.

В наше время ситуация качественно изменилась, что связано со скачком в информационной сфере и изменением масштабов общества. Еще полвека назад Норберт Винер, создатель кибернетики, отмечал побочные следствия расширения информационной сферы /8/:

“В обществе, слишком большом для прямого контакта между его членами, средства связи суть пресса (книги и газеты), радио, телефонная связь, телеграф, почта, театр, кино, школы и церковь. Помимо своего непосредственного значения, как средства связи, все они служат другим вторичным целям. Газета есть средство рекламы и средство наживы для ее владельца, так же как кино и радио. Школа и церковь не только убежище ученого и святого, но также жилище воспитателя и епископа. Книга, не приносящая прибыли ее издателю, вероятно, не будет издана и, конечно, не будет переиздана…

Итак, во всех отношениях на средства связи налагается тройное ограничение: исключение менее выгодных средств в пользу более выгодных; то обстоятельство, что средства связи находятся в руках очень ограниченного класса богатых людей, поэтому, естественно, выражают мнения этого класса; и, наконец, то обстоятельство, что средства связи, как один из основных путей к политической и личной власти, привлекают прежде всего всех тех. кто стремится к такой власти”.

В результате прошедших в мире качественных изменений манипулирование сознанием вышло на передовую позицию и играет во многом определяющую роль в социальных процессах.

Методы манипулирования сознанием. Методы воздействия на сознание получили научное развитие в США. Уже в послевоенный период ЦРУ привлекло высококвалифицированные научные силы, создав центры по изучению способов воздействия на поведенческие программы, заложенные в человеке, а также методов направленного изменения сознания. Значительное место было отведено использованию так называемого пространства символов. Абстрактное мышление, отделяющее человека от животных, осуществляется через символы, с помощью которых человек опосредованно анализирует внешний мир. Символическое мышление открыло невиданный прорыв человечества к знаниям, но оно же открыло дорогу для управления людьми, занимающимися умственным трудом.

В нашей книге /10/ подробно рассмотрены методы информационно-психологической войны. В книге С. Г. Кара-Мурзы “Манипуляция сознанием” /17/ излагаются технологии манипулирования общественным сознанием. В ней представлены механизмы воздействия на подсознание и чувства людей, изменения смысла слов и понятий, использования сложившихся стереотипов и построение системы мифов. В этом наиболее полном, насыщенном фактами исследовании приведены конкретные примеры практического использования созданной глобальной системы манипулирования. Суть ее заключается в том, что у людей возникает неадекватное видение действительности, и они постепенно начинают жить в иллюзорном мире.

В настоящее время все большее значение в жизни общества занимает виртуальная реальность, соответствующая воображаемой реальности, квазибытию, когда мир воспринимается как настоящий, но в действительности не существует и, следовательно, носит иллюзорный характер. В результате восприятие окружающей действительности становится неадекватным. В статье Т. Мироновой /19/ рассмотрены конкретные условия формирование виртуальной реальности с помощью электронных СМИ:

“Кривые телезеркала умышленно меняют привычные, веками складывавшиеся законы национальной жизни, формируют ложные идеалы, искажают правильное, с позиции добра и истины, совести и справедливости, восприятие людей и событий, создают “виртуальную реальность” – придуманный образ нищей страны, не способной себя ни прокормить, ни защитить, и такой же лживый образ народа – пропойного, неумелого, неразумного, вороватого, спасти который может лишь иноземная опека. “Виртуальная Россия” – страшное достижение нынешних манипуляторов мозгами, злоумно воспользовавшихся успехами в области компьютерных игровых программ. Виртуальная, то есть искусственно дорисованная в недрах компьютерных извилин “действительность”, заставляет человека поверить в ее реальность. Телеэкран погружает нас в свой виртуальный мир, и, когда надо выходить из него, окунаться в живую жизнь, смотреть на реальный мир своими глазами, не всякий уже в состоянии сделать это, сбросить с глаз пелену теленаваждения”.

В работе /19/ подробно разбирается ряд экранных уловок, работающих на то, чтобы человек воспринимал действительное в виртуальном изображении.

“Первый плод виртуальной реальности пожинали американцы, когда, установив телекамеры на крыше гостиницы “Украина” в октябре 1992 годи, показывали русским русскую национальную трагедию точно так же, как показывают охоту туземцев на слонов в африканских джунглях. И почти вся Россия, уже приученная к стрельбе и погоням в телебоевиках, припав к телевизорам с азартом следила: возьмут “Белый дом” иль не возьмут, будет штурм, али не будет. Повальное национальное равнодушие тогда, в 1992 году – плод виртуальной реальности. Это была победа пастухов человеческих стад. Русские не восстали помочь русским, а, открыв рот, уткнувшись в телевизор, смотрели будто кино, как убивают русских…