Глобальная империя Зла - Владимир Лисичкин

Итак, вера нынешнего европейца: 1) личная; 2) эклектичная: 3) в ней отсутствуют какие-либо элементы прежней конфессиональной веры, кроме, быть может, чисто ритуальных, и то сильно искаженных. Это давно уже не Б-г Авраама. Исаака и Иакова. И даже не Бог философов и ученых. Это бог ревущей и злобной плоти – не Б-г евреев, невидимый и недоступный, а арийский бог, попросту красный и потный от напряжения фаллический символ молящегося. Как сказали бы в Одессе, народ поце-поклонников (смех в зале). Перед нами эпоха торжества язычества. Да, настоящего язычества. В сущности, в качестве Бога каждый европеец водружает на свой алтарь собственное изображение, да и то не всего себя. Он наделяет его собственными качествами, достоинствами и недостатками, восхваляет его. Его Бог амбивалентен и аморфен. Он не то что не спасет – его вообще нет. Это фикция, фантом, блеф пьяного игроки в покер”.

Таким образом, наряду с разрывом традиционных связей между людьми, идет процесс духовной атомизации – разрыв духовных связей. В определенном смысле слова, человечество подходит в вопросах веры к водоразделу. Согласно традиционным мировым религиям, Бог – это высшая сила, и человек не должен совершать греховные поступки, направленные против других людей. По мнению ряда выдающихся ученых. Бог – это природа, и с ней нужно жить в согласии. Смысл коммунизма можно охарактеризовать положением: Бог – это все человечество как единое целое и нужно действовать во имя его будущего. Западное и, в первую очередь, американское общество фактически пришло к положению: Бог – это я, что явилось одной из основ кризиса европейской расы.

Самоорганизация атомизированного общества. В результате процессов атомизацйи людей и разрушения веры, человек остается как бы один, сам по себе. Ослабление связей между индивидуумом и социальной группой усиливает криминогенность общества, увеличивает численность наркоманов и алкоголиков, сексуальных извращенцев приводит к росту отклонений от общепринятой морали.

Тем не менее, общественная природа у людей остается, что приводит к стихийной самоорганизации и возникновению простейших форм объединений на нижнем уровне. Формируются группы преступников, наркоманов, геев: наступает расцвет сект самого различного толка, в том числе изуверских, сатанинских и откровенно жульнических. На более высоком уровне возникают организованная преступность, объединения националистов, кланы. Повсеместно наблюдается обострение национального вопроса, например, в Испании (страна басков). Северной Ирландии. Турции (Курдистан).

Бельгии (фламандцы и валлоны). Клановость пронизывает властные структуры во многих странах, в частности в США.

В СССР в результате идеологического кризиса и потери веры, о которых подробно говорилось в книге авторов /10/, происходило разрушение общих связей, и на фоне распада возникали простейшие объединения, в частности по национальным и клановым признакам. О кланах подробно говорится в статье /12/:

“Клановость сегодня – это тяжелая болезнь русской нации. Войны, революции, особенно Великая Отечественная война, выбили лучший генофонд нации. Потому что лучшие первыми поднимаются в атаку и последними уходят с обороняемых позиций, лучшие молчат на допросах до конца и не предают, их безжалостно расстреливают, а серая масса имеет значительно больше шансов приспособиться и выжить. В результате она сорганизовалась в кланы, которые пришли к власти. Понимаете, это паразитические вненациональные образования, как вирусы. Их образуют люди вне нации, деградированные люди. Кстати, сейчас ученые склоняются к мысли, что вирусы образовались в процессе биологической деградации. У русского Черномырдина, у русского Ельцина так же мало русского, как у американцев Клинтона. Буша или еврея Березовского. И главная их задача, а соответственно, и задача кланов, если уйти от политической мишуры, от политических блесток, которыми они сами любят себя украшать – присваивать жизненные ресурсы страны. Никакой другой задачи просто не стоит потому, что кланы ни на что другое не способны. Сегодня они уже делятся на мини-кланы, в каждом крупном регионе России власть захватил местный клан”.

Нарастающий процесс атомизации представляет собой одно из проявлений общего социального кризиса. Атомизированное общество может существовать только в условиях высокого уровня жизни и относительного благополучия. При его потере возникает неустойчивость. Самоорганизация атомизированного общества неизбежно ведет к росту внутренних противоречии, противопоставлению людей и их объединений друг другу, междоусобной борьбе и социальному взрыву.

2.3. Унификация социальной среды.

Массовое общество. Одновременно с изменением материальных условий жизни общества меняется сама структура социальной среды. В XX в. начался процесс интенсивной урбанизации. В 1900 году доля городского населения во всем мире составляла 14%, в 1980 – 46%, а в 1999 – более 50%. За это время число городов с миллионным населением возросло в 10 раз, а с пятимиллионным населением – в 20 раз. Численность населения 25 крупнейших городов мира увеличилась за столетие в 10 | раз. Иногда это явление называют “урбанизационным взрывом”. В настоящее время лицо планеты начинают определять самые крупные города, в которых сосредоточены огромные массы людей, слабосвязанных друг с другом, потерявших былые традиции. Этим создается почва для стандартизации, появляются стандарты в одежде, питании, образе жизни, в подражании общей моде, кумирам, сменяющим друг друга, возникают предпосылки для унификации людей с образованием поведенческих стереотипов.

Постепенно в развитых странах Запада формируется так называемое “массовое общество”, объединяющее воедино большие массы людей, особенно в крупных городах. В массовом обществе каждый человек подвергается целенаправленному воздействию мощного информационного потока. Организовано поточно-конвейерное производство массовой культуры, опирающееся на потакание неразвитым вкусам; идет процесс отчуждения, утраты социальных связей, роста маргинальности; увеличивается некомпетентность основной массы городского населения по все усложняющимся проблемам современной социальной жизни: политики не оценивают долговременные последствия принятых решений: высока внушаемость городских масс.

На этом фоне возникает и духовный кризис, охватывающий все возрастающую массу людей. Происходит разрушение сложившейся системы детерминации мотивов и поведения. Ранее люди стремились производить все больше вещей и услуг ценой все меньших затрат и усилий, а сам набор вещей и услуг был чем-то само собой разумеющимся. Научно-техническая революция открыла возможности создания и удовлетворения новых потребностей, возможности выбора. Кроме того, ранее в своих мотивах, нормах, представлениях человек опирался на относительно устойчивые группы, в которые он входил. Теперь групповые связи теряют свою устойчивость. Происходит сближение, усреднение, интернационализация типов материального и культурного потребления социальной информации. Одновременно в унифицированном обществе идут побочные процессы выделения и противопоставления различных групп людей, роста национальных и других противоречий.

В массовом обществе человек часто находится в состоянии духовного одиночества с потерей ориентации, мотивов и духовных ценностей. Исследованию этого общества, механизмов и следствий отчуждения и стереотипизации человека посвящено большое количество работ. Здесь можно отметить такие имена, как Адорно. Рисмен, Фромм, Райх, Хорни, Хоркхаммер. В своей книге /13/ Маркузе выдвинул концепцию одномерного человека, характерного для современной общественной системы, которому свойственны: некритическое отношение к существующей действительности, к пропагандистским и поведенческим стереотипам, отсутствие индивидуальности, манипулируемость, конформизм. Потребительская ориентация, гонка за материальными благами лишают человека социально-критического восприятия. Ему присуще искаженное видение мира. Отвечающие интересам правящих кругов принципы и нормы кажутся ему выражением свободы и социальной справедливости. Такой человек фактически лишен способности к радикальной оппозиции и полностью интегрирован в систему.

Анализ Маркузе существенно дополняется работами Рисмена /14/, который ввел понятие извне ориентированной личности. Такие личности составляют основу современной социальной среды. Их поведение определяется не традициями и принципами, а различного рода влияниями, модой, системой связей. Они обезличены, стандартизированы, являются объектами манипулирования, чувствуют себя дезориентированными, опустошенными; часто бывают апатичными или циничными. Вместе с тем, как отмечал Рисмен, они хотят обрести человеческое тепло, любить и быть любимыми. Для общества в целом характерен конформизм, некритическое следование господствующим мнениям и стандартам, стереотипам массового сознания, предрассудкам, авторитетам, пропагандистским клише.