Вой Фенрира (СИ) - Максим Бондарчук

Борис выпрямил свои толстые руки и сжал их, тем самым представляя как он душит того человека.

- Ну да ладно. Хотелось бы узнать, что же привело Грея Марлоу в мою скромную обитель железа и инженерной мысли.

- Что там по поводу моей брони. Почему не отвечает бортовой компьютер.

- Ах, да, ты за этим, – Борис прошел вглубь помещения, - Ну по первому осмотру вся начинка твоей брони в порядке, но, что удивительно, на запросы искусственный интеллект не отвечает, правда видимых повреждений я не выявил. Скорее всего какой-то сбой в программном обеспечении, вызванный попаданием в сильное магнитное или другое поле. Другого объяснения я найти не могу.

- Вирусы.

- Исключено. Иначе система отказала бы мгновенно. В каждой броне стоит индивидуальный защитный программный «слой», препятствующий воздействию извне. Взломать такое обеспечение дело очень кропотливое и займет не один день, да и вряд ли кому-то это надо. Разве что ты не хранишь там пару терабайт личных фото и видеозаписей. Компромат будет просто отличный.

Борис заулыбался и слегка ударил меня в бок. Затем пройдя еще несколько метров, подошел к огромному столу, где были аккуратно разложены восстановленные образцы стрелкового и тяжелого вооружения.

- Вот смотри, - он взял в руки винтовку, - одно из моих изобретений. На первый взгляд она ничем не отличается от обычной, которой укомплектовывают солдат, но мной лично были изменены некоторые параметры и добавлено пару дополнительных элементов в конструкцию. Что же получилось в итоге: убойная сила возросла почти на половину, а дальность и вовсе заоблачная. Эта винтовка способна пробить боевую броню обычной пулей с двухсот метров. Ты представляешь, кэп, двести метров! Обычной пулей! А вот это, - он положил винтовку и приподнял на руках, лежавший рядом, ручной пулемет. - Я заменил материал корпуса на более легкий сплав – это уменьшило вес на четыре килограмма без потери в прочности. Закрытая подача патронов и измененная конструкция затвора способствовало уменьшению отдачи и, соответственно, увеличению точности стрельбы…. Но все это меркнет перед венцом моего творения.

Борис отложил оружие в сторону и подошел к закрытому контейнеру. Проведя рукой по замкам и дав им звонко щелкнуть, он открыл его. Там, укутанная в специальную материю, начищенная и отполированная до блеска, лежала снайперская винтовка. Ее длинный ствол, массивный корпус и огромная оптика просто поражали воображение.

- ВСМ-12.

- Что это означает?

- Винтовка снайперская модифицированная. Цифры – столько месяцев я протрудился над ней, что бы сделать из этого некогда обгоревшего куска железа настоящую машину сеющую смерть. Я обнаружил ее в большой куче металлолома, когда разгребал очередную партию уничтоженной техники, вернувшейся с передовой. Она была зажата в руке убитого бойца, от которого, к сожалению, только рука и осталась. Хватка была такой, что мне пришлось брать специнструмент, чтобы вырвать ее из рук покойника, но, поверь, оно того стоило. Я долго думал, что мне с ней сделать: увеличить дальность и точность, или все-таки сконцентрироваться на убойной силе выстрела. Первые две недели я проводил испытания по каждому пункту, но вскоре пришел к логичному выводу: что толку от дальности и точности, если убойной силы не хватало, чтобы пробить броню на итоговом расстоянии. Пуля входила в металл, но, нанеся лишь треть от потенциального урона, оставалась внутри нее, не нанося противнику необходимых повреждений. Это было плохо. И я отбросил эту затею, оставив в приоритете убойную силу. Последующие десять недель я посвятил себя этой красавице и довел ее до такого состояния, что, когда сделал пристрелочный выстрел, манекен, одетый в броню, чуть не разлетелся на части. Звук от выстрела был таким, что его услышали аж на самом верху, послав ко мне солдат внутренней охраны, думая, что произошла диверсия.

Он засмеялся.

- Так что тихо стрелять, точно не получится.

- Какова дальность.

- Даже примерно сказать не могу. Ну, расчетная дальность почти два с половиной километра с сохранением возможности пробить броню транспортного корабля типа «слон». Правда, это только на бумаге, в реальности мне никто не позволит стрелять по таким кораблям из такого оружия. Однако ради таких красивых цифр пришлось пожертвовать точностью, если цель будет находиться дальше тысячи метров и иметь размеры меньше обычного солдата, попасть в нее будет затруднительно.

Он нежно провел ладонью по поверхности оружия и, поцеловав ствол, отложил оружие в сторону. Борис был странным человеком, порой его поведение и повадки вызывали непреодолимое чувство уйти из этого помещения и больше никогда не возвращаться сюда, но мастерство, которым он обладал и оттачивал каждый день, роясь в нескончаемых потоках металлолома и создавая из него шедевры, перекрывали все недостатки.

- И все же, кэп, мне хотелось бы узнать истинные причины твоего визита ко мне. Обычно, сюда мало кто заходит, и, откровенно говоря, не думаю, что ты решил сделать это только ради того, чтобы поинтересоваться состоянием своего бортового компьютера.

Он был прав. Причины были совершенно другими. Неполадки в программном обеспечении «Хельги» были некритичными и практически не влияли на работоспособность всей брони. Я пришел сюда совершенно за другим.

- Мне кажется я видел его.

Лицо Бориса резко изменилось. Отойдя немного в сторону, он положил большой гаечный ключ на небольшую тумбу и подозрительно стал смотреть на меня.

- Знаю, это звучит как бред, но другого объяснения я найти не могу.

- Ты уверен в этом? – голос мастера стал грубым.

- Нет… то есть почти… в общем все указывает на это. Я видел лишь тень, но скорость, с которой она двигалась и размеры явно указывали, что это был он. Ничто другое не могло так действовать.

- Если бы это было правдой, ты был бы уже мертв. Лишь единицам удавалось выжить при встрече с ним.

- Это меня и беспокоит больше всего. Там была засада – несколько групп заняли позиции вокруг нас и обстреливали из пулеметов. Потом появился он. Внезапно, практически из пустоты и уничтожил всех наемников «Рубикона» за считанные секунды. И этот рев…. Такой же как и в тот первый раз, когда мы с тобой встретили его. Помнишь, Борис?

Он молча закивал головой. Его широкие скулы, до этого неподвижные, стали двигаться из стороны в сторону, а глаза застыли в подозрительном взгляде. Он помнил тот день. Как сейчас, он вставал у него перед глазами и становился реальным. Погода тогда была такой же неприветливой, что и сегодня. Ветер дул с огромной скоростью, останавливая и заставляя солдат прижиматься к бортам тяжелой техники, чтобы не быть отброшенными очередным порывом ветра. Мы: двести солдат, инженеры и сопровождение, поддерживаемые тяжелой техникой, двигались к очередному пункту, удерживаемому наемниками из «Рубикона». Они окопались прямо под исследовательским комплексом, всего в нескольких километрах. Так нагло, что одно их присутствие заставляло взрываться неконтролируемым гневом агентов и представителей компании, которые требовали немедленного уничтожения неприятеля. Огромные фортификационные сооружения препятствовали прямой атаке тяжелой техники, а засыпанные снегом пулеметные расчеты, не давали пехоте и инженерам расчистить путь для них. Самоходные установки практически не прекращали огонь. Поливая огнем из основных калибров, они взрывали поверхность, оставляя на ней огромные воронки, тонны льда и снега поднимались в воздух, а затем, смертоносным дождем, падали обратно на землю, вызывая не менее оглушительный грохот. Взрывы сотрясали форпост. Куски металла и необетона, откалываясь, огромными валунами падали вниз, превращая все это место в одну большую могилу. Когда же выстрелы стихли, а погода смогла успокоиться, дав солдатам подойти поближе, из белой пелены, покрывавшей всю территорию, послышался рев. Пронзительный, он ворвался в динамики солдат и заставил их замереть на месте. Мы оглядывались по сторонам, искали источник, но вместо этого начали замечать, как наши ряды стали редеть. Один за одним, бойцы пропадали из видимости, оставляя после себя лишь небольшой всхлип в динамике и кровавый след на снегу. Что-то очень большое двигалось вокруг нас, выхватывая и мгновенно убивая зазевавшихся солдат. Так быстро и неожиданно, что многие пятились назад, сбиваясь в небольшие группы и отходя в самый центр.

Оно было рядом. Прощупывая каждый метр, тщательно, будто идя по минному полю, это нечто, искало брешь в нашей обороне. То, появляясь, то пропадая во вновь возобновившейся вьюге, оно испытывало нас и наше терпение, пока, наконец, не решилось на бросок. То, что было после трудно описать обычными словами: массивное тело выскочило из белой вьюги и, пролетев в воздухе несколько метров, приземлилось прямо в центре нашей группы. Придавив огромными лапами двух бойцов, оно следующим ударом свалило на землю несколько человек, после чего принялось рвать оставшихся на части. Крики и беспорядочная стрельба заполнили весь канал. Неспособные хоть как-то сопротивляться, солдаты падали замертво как срубленные деревья, пока, в конце концов, вокруг не осталось никого, кроме меня и Бориса. Сраженные неизвестным существом, либо убитые шальной пулей в беспорядочной стрельбе, тела солдат лежали по всей территории. Всего за несколько секунд вооруженные до зубов, матерые и закаленные в боях солдаты погибли от неведомого существа, так нагло набросившегося на нас, невзирая на численное превосходство. Я слышал его шаги. Как тяжелые лапы опускались на мягкий снег и заставляли его хрустеть… и этот рев.