Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

Вскоре площадная атака прекратилась: это осознали и мои враги. Я дерзко ухмыльнулся, глядя в небеса. Да, спускайтесь. Или бегите. Вы сильны, но перед вами повелитель смерти! И одна и та же уловка не удастся дважды…

Несколько мгновений они совещались. А затем крылатые фигуры закружили хоровод, словно стремясь запутать меня: и мгновением позже поле боя накрыл ад небесного гнева.

На первый взгляд это была совершенно безумная, хаотичная атака: часть воительниц, казалось, занялась уничтожением моей армии в промышленных масштабах, часть атаковала в меня площадными атаками, часть - спускалась…

Впрочем, это не была моя первая схватка. Направление я уловил быстро: часть воительниц, похоже, решила отрезать меня от легионов, уничтожая мертвецов площадными атаками, а часть сфокусировалась на мне лично, пустив в ход всю силу своей магии.

Я верил, что я сильнее. Однако защитные техники имеют свои пределы: практика показывала, что даже лучший покров можно пробить могучей точечной атакой. Всё же, магия смерти, далеко не лучший защитник, это стоило признать… Однако я всё ещё мог бросить им вызов чистой силы в таком бою. Моя магия против их магии, моя воля против воли крылатых тварей…

Вторя грохочущим небесам, вокруг меня закружилось черное облако из смерти. Дважды я применял подобный приём: первый, спонтанно, в гневе, сотворив живое проклятье, уничтожившее целое королевство. И второй, уже сознательно, чтобы продемонстрировать свою силу мастерам королевств на поле боя, создавая защиту, которой не было равных.

Это был шторм чистой силы, воплощённый моей волей океан смерти, сжигающий саму суть реальности. Сама земля рассыпалась в пыль вокруг, а смерть кружилась рядом, создавая могучую сферу смерча вокруг меня, и я стоял в оке бури, подняв руки: когда я закончу, в небесах надо мной не останется ничего живого.

Они заметили, конечно. Заметили и атаковали. Сперва удивлённо, затем всерьёз. Солнечные призмы, лучи яростного пламени, каскады молний и ливни града. Казалось, все воительницы оставили прочую битву, в едином порыве пытаясь остановить меня…

Я захохотал, упиваясь могуществом. Тщетно, крылатые мордашки. Чтобы пробить этот ураган нужно нечто большее, чем просто магия.

Не знаю, как именно, но каким-то шестым чувством, похоже, они поняли, что игры кончились. И в этот момент в ход пошло всё. Лучи всесжигающего света превратились в столбы орбитальных бомбардировок, небеса разверзлись, выпуская град огня, похожий на метеоры, молнии стали столь толсты, что казалось, способны дробить целые замки и скалы…

Я стиснул зубы, выпуская всю силу, на которую был способен: каждый такой удар словно уничтожал часть бушующего шторма, заставлял его терять энергию, защищая меня. Воля против воли, сила против силы: чистые, тяжеловесные столкновения, никакого тонкого искусства…

Но главным было не это. Поняв, что бой идёт всерьёз, поняв, что подобный шторм и вправду способен обрушить небеса на землю, стирая целый город…

Они не колебались ни мгновения.

— Алай! — сияющим росчерком атаки пикирует на меня крылатая воительница, обращаясь в прах на границе шторма смерти. Но вместе с её гибелью следует могучий взрыв силы, и в брешь немедленно следуют десятки атак её соратниц издалека.

— Алай! — ещё трое без сомнений идут на смерть, разрывая своей жертвой ураган.

— Алай! — сразу пятеро атакуют вновь, и впервые бросок копья последней твари почти прорывается сквозь бездну шторма смерти, вонзаясь в землю перед моими ногами.

Я вскинул голову к небесам, закричав от невыносимой боли, пронзающей душу. Боли не от атак моих врагов: нет, лишь потому, выпустил наружу всё, на что был способен, собственное волей подчиняя шторм… Но я был бессмертен! А значит, могу больше! И я давил и давил, выплёскивая океаны силы, пока крылатые бестии одна за другой жертвовали собой в бессильных атаках.

Эта была битва далеко за гранью того, на что способны простые разумные. Это была магия, что лежит за пределами возможностей смертных. Вместе с такой силой, как это, всегда приходит знание о том, с чем сражаешься. Сама суть бытия даёт тебе ответы: и в сфере моего урагана, где гибли крылатые воительницы, я знал, что они не боялись. Знал, что верили в победу. Знал, какой силой владела каждая из них: будь то пылающий свет, яростный огонь или беспощадный ветер…

Каждой частичкой своего естества я пытался понять и осознать, с чем сражаюсь: ведь это давало ответ, как лучше противостоять подобной силе.

Это был лёд и ветер, буря и шторм, свет и пламя… Но было и что-то ещё. Было что-то особенное в их магии, что-то, что я не мог опознать и классифицировать. Нечто легендарное, по-настоящему мифическое: лежащее глубоко в душе этих созданий. То, что помогало побеждать: несмотря ни на что.

И я не выдержал.

— Алай!

Их было семеро, в этой очередной безумной атаке. И шторм на миг моргнул, содрогаясь от этой силы…

Я умер мгновенно, испепелённый светом, огнём и молниями одновременно: даже не успел ничего почувствовать. От тела не осталось ничего…

А затем всё стихло. Воительницы с серьёзными лицами окружили место моей гибели, внимательно изучая землю: но не подходили всерьёз. Затем, удостоверившись в моей смерти, решили было пойти разобраться с остальной частью армии.

Вот только сам я считал, что бой ещё не закончен. Материализовавшийся недалеко от места гибели, я вновь ударил чёрными молниями…

Они почти успели улететь, но троих я достал. Не так быстро, твари. Битва продолжается.

Гарпии опомнились быстро, и вскоре на меня обрушился новый удар, и спикировала новая тварь: я привычно накрыл всё вокруг ударом молний, но вёрткая бестия совершенно внезапно отпрянула, не стремясь жертвовать собой!

А в следующий миг меня вновь вбили в землю: просто потому, что создать бурю я банально не успевал, а простого покрова не хватило, чтобы выдержать единый удар выживших стерв…

В этот раз они изучали место смерти куда более внимательно. Одна даже подошла поближе, изучая пепел.

Не знаю как, но она почти успела среагировать, взметнувшись в воздух. Интуиция, или шестое чувство: но было уже поздно. Я собрался из пепла прямо за её спиной, вцепившись руками в крылья и вливая в них мощный поток смерти.

Уверен, это было больно. Но рухнувшей вниз тело не издало ни звука, лишь лицо исказилось в предсмертной гримасе боли.

А затем меня вновь вбили в землю лучами света. И в этот раз никто не спешил приближаться к месту смерти…

Нет, я не был намерен сдаваться. Битва закипела, вновь, как никогда раньше. Мёртвые атаковали стрелами и бросали в воздух оружие с чудовищной