Настоящая фантастика – 2014 (сборник) - Марина Ясинская

Три короткие сказки Анны Семироль, по-своему интерпретирующие тему поиска чуда, собраны в цикл «Живет одна девушка…». В сказках этого цикла мы встречаем главную героиню – Мусю, русскую загадочную девушку, наполненную странностями и удивительным ожиданием чуда. Влюбленность Муси – перманентна, как пролетарская революция, как ожидание ментальной любви. Муся одинока – ее окружают одухотворенные предметы и растения, благожелательно или неблагожелательно настроенные против нее, но в любом случае – неравнодушно наблюдающие за ее перманентной влюбленностью. Ожидание чуда завершается кульминацией – Муся встречает крылатого льва. Попытка расставания (лев пытается покинуть Мусю ради львицы) завершается триумфом чуда любви: «Зачем какие-то львицы, когда где-то тебя ждет Муся…»

Фантастические рассказы Анны Семироль собраны в раздел, названный «Сказки россыпью» – несмотря на то, что как раз здесь и нет сказок. Рассказы эти дают представление о художественных поисках автора – поисках жанра (фэнтези, мистика, научная фантастика, нереалистическая проза, юмористический рассказ), поисках художественных средств и собственного художественного стиля. Эти поиски вполне логичны – автор еще молод, и в дебютной книге собраны первые творческие удачи писательницы. Из этих рассказов наиболее удачными, с нашей точки зрения, являются «Мари» и «Одуванчиковое лето у бетонной стены». «Мари» – рассказ, представляющий синтез мотивов городского фольклора и элементов психологического триллера. Образ всевластной маленькой девочки, берущей страшную плату за исполнение желания, пожалуй, не нов в литературе. Автор здесь достигает успеха не новизной темы, а мастерством художественного исполнения. Умелая передача тревожной атмосферы достигается путем сочетания акцентных повторов отдельных фраз, эмоциональных риторических обращений, детальных описаний наряда героини, ее внешности и поведения. Мари с первых же строк приковывает внимание читателя, она ведет его за собой, и стук ее каблучков навязчиво сопровождает читателя на протяжении чтения рассказа. Прорисовка описываемого мира прекрасно сочетается с тщательно выверенными и психологически верно переданными диалогами. Рассказ атмосферен и, несомненно, является одним из лучших в творческом багаже Анны Семироль.

В рассказе, давшем название сборнику, с трудом можно отыскать фантастический элемент. Скорее всего, предположение главной героини «Одуванчикового лета у бетонной стены» о наличии разума у растения – одуванчика – ничем не подтвержденное субъективное ощущение, вызванное обостренным личным самоосмыслением. Рассказ, ведущийся от первого лица, психологичен, он построен в форме личных записей. Фрустрационные переживания главной героини (неудачи с поиском работы, неурядицами в отношениях с любимым человеком) обостряют восприятие окружающего мира. Ее собственные неудачи кажутся героине не столь трагичными по сравнению с бедой засыхающего от летнего городского зноя одуванчика. Какое дело человеку до одуванчика? Вопрос, кажется, не затруднит с ответом: мало ли одуванчиков и нужно ли о них заботиться… Но забота о погибающем от жары одуванчике становится для главной героини рассказа тем малым шагом, который помогает преодолеть многое, прежде всего, собственный эгоизм. Личные проблемы героини отодвигаются как второстепенные. Примечательно, что добро, сделанное героиней рассказа одуванчику, вернется к ней сторицей. В этом рассказе ощущается влияние литературной сказки (на уровне использования метафор), но автор избегает традиционной для сказки условности, событийный ряд рационален, логичен. Сказка у бетонной стены все же остается фантастическим рассказом, пускай и сопряженным с красивой метафорой.

Книга завершается тремя рассказами Олега Семироля. Два из них – фэнтезийные, третий – «Падший клоун» является научной фантастикой с элементами абсурдизма. Проза О. Семироля художественно менее богата. Большим достоинством рассказов О. Семироля является динамизм сюжета и четкая композиция.

Малая проза Анны и Олега Семиролей, вошедшая в сборник «Одуванчиковое лето у бетонной стены», достаточно полно раскрывает художественное мастерство и индивидуальное своеобразие писателей, как в сольном, так и в парном исполнении. Акцент на литературных сказках, адресованных взрослому читателю, вовсе не случаен – в книге они занимают одно из центральных мест. Цикл «Сказки лиски и медведика» – яркий пример русской литературной сказки для взрослых.

Юлиана Лебединская

Поговорим на равных?

Ярослав Веров и Игорь Минаков – известные НФ-возрожденцы. Их повесть «Операция «Вирус» в свое время наделала немало шума в литературных кругах, много споров бушевало и вокруг дилогии «Трикстеры». Моим же любимым произведением Верова, Минакова было «Cуgnus Dei» – повесть, после которой дуэт долгое время ничего не работал в соавторстве. И я очень обрадовалась, когда соавторы неожиданно опубликовали новую вещь.

«Отель для троглодита» – повесть-исповедь, разговор с читателем о человечности в масштабах космоса. Главный герой, пилот Максимилиан, в результате ряда событий становится «не совсем человеком». Нет, не вампиром, не мутантом и не десятком прочих «не-человеков», часто поджидающих нас на страницах книг. Кем именно – выяснится к концу повести. Причем сюрприз ждет как читателя, так и самого героя.

До определенного момента пилот и сам не совсем понимает, что с ним происходит, пока не оказывается на грани жизни и смерти. Вот тогда-то приобретенные способности и запускаются на полную мощь, и… Ирония судьбы – герой вроде бы желал совершить благородный поступок, собой пожертвовать пытался и обещание, данное умирающему, старался сдержать, а выросло, как говорится, что выросло. Глядя на результат, задумываешься: так уж ли плохо превалирование социальных установок (позаботься о ближнем своем, например) над первичными инстинктами, к которым мы порой отчаянно стремимся вернуться? Мол, задавило закоснелое общество наше истинное «я»? А может, туда ему и дорога?

У пилота есть оправдание поступку – квантовая шизофрения. Но сколько самых обычных людей перед страхом гибели поступили бы так же?

Как уже сказано, «Отель…» – это повесть-исповедь, или повесть-признание, если хотите. И Максимилиан, которого мы видим в начале произведения, слегка отличается от того, который предстает перед нами в финале. Или это он после «облегчения души» выглядит более симпатичным?

Раскаивается ли пилот в том, что сотворил с товарищами? Мне кажется, да, просто сам себе не хочет в этом признаться, ведь ему и так придется нести тяжкий груз на душе, а тогда и вовсе жить перехочется. Проще натянуть маску циника, включить насмешливый тон, в который раз сменить личность, имя, образ жизни, уйти от суда, но… Они все равно будут приходить каждую ночь: «умный, ироничный Бертран, добродушный, наивный Стан… и Сандра».