Другой Шинигами - Alchoz

музыки. Я ощущал странные струны, как мельчайшие нити. Эти же нити, светящиеся тонкими линиями, словно путеводные звезды, пронизывали пространство вокруг меня. Они выглядели как потоки живой воды, в которых плавает свет, исходящий от меня и направляющийся к моему занпакто.

Я чувствовал, как каждая нить становится теплее от моей духовной энергии. Открываясь для этих ощущений, я осознал, что не просто передаю энергию, но и получаю что-то взамен. Это словно разговор на невидимом уровне с моим занпакто. Каждый раз, когда энергия проходила через клинок, она возвращалась, будучи более чистой, более концентрированной.

Я стал глубже дышать, пытаясь уловить все тонкости этого процесса. Откровение о том, что занпакто может общаться не только голосом, но и духовными сигналами, было поразительным. Ощущение, что я обнаружил нечто великое, начало наполнять меня. На мгновение я даже задался вопросом: «А что, если каждый шинигами имеет подобные нити соединения, но просто не осознает их существование?». Но так или иначе, мне нужно было продолжать исследовать эту тему, пока мне не удастся раскрыть все ее тайны.

Отправившись на полигон, я стал тренироваться, при этом внимательно наблюдая за нитями, которые я теперь отчётливо ощущал. И ощущал их не только у себя, но и у многих других шинигами. У офицеров, которые обладали большим опытом и мощью, нити сверкали яркими и крепкими. У рядовых же воинов они выглядели более бледными и тонкими, что указывало на необходимость дополнительных тренировок и медитаций.

Когда я стал практиковать техники Хикари но Ха и Хикари но Ора, мне стало ясно, что динамика передачи духовной энергии гораздо сложнее, чем я предполагал. Каждая «капелька» духовной энергии, передаваемая мне моим занпакто, имела свою частоту и амплитуду. По сути, это был своего рода язык, который мой занпакто использовал, чтобы общаться со мной. Каждая вибрация, каждый импульс — это были слова, фразы, сообщения от моего духовного меча, и мне предстояло научиться этому языку, чтобы ещё глубже понять свою связь с оружием и духовным миром вокруг меня.

Техники шикая тренировать я не стал, потому что мне нужно было разобраться с полученной информацией. Скажем так: информации было очень много. Размышляя над ней, я не забывал заниматься своим развитием. Погружаясь в свой внутренний мир, я пытался расспросить дух чужого занпакто, но он всё время уклонялся от ответа, напевая песенки. В итоге я стал пытать его, потому что эти песни бесили и действовали на нервы.

Наблюдая за основными техниками занпакто, мне удавалось запомнить, какая «схема» духовной силы отвечает за каждую технику.

Схема лезвия света и ауры света были настолько различны, что сравнивать их можно было разве что с днём и ночью. Лезвие света представляло из себя концентрированное, яркое и насыщенное излучение, напоминающее мощный и целеустремленный луч, который летит в сторону врага. Его схема была упорядоченной, и она направляла энергию на конкретную цель с невероятной точностью со всеми правильными параметрами.

С другой стороны, аура света была более распределенной и диффузной. Это было словно мягкое, невесомое облако света, окутывающее пространство вокруг меня. Её энергетическая структура была гораздо менее линейной, что давало возможность охватывать большие пространства и воздействовать на множество объектов одновременно.

С каждой попыткой я все больше проникался искусством манипуляции духовной энергией без слов. И тогда я решил пойти на смелый эксперимент. Основываясь на своих заметках и наблюдениях, я стал создавать свою собственную «схему» или, как я решил назвать, «код». Этот код был попыткой имитации духовной сигнатуры, которая была свойственна лезвию света. И когда я научился воспроизводить этот код с необходимой точностью, я почувствовал, как мой занпакто начал реагировать. Он вибрировал, словно отзываясь на мой вызов, и вскоре из него вышло блестящее лезвие света, напомнив мне о первых уроках в мастерстве занпакто. Первый тест был успешный, показывая, что я двигаюсь правильным путем.

Следовательно, если я буду активно тренироваться, смогу создавать техники даже без слов. А впоследствии, возможно, мне удастся придумать новые техники! Это было бы интересно, ведь техник никогда не бывает много. Их всегда мало и недостаточно.

Тренировки мои продолжались до тех пор, пока я не мог создавать лезвие и ауру настолько быстро, что даже глазом моргнуть было невозможно. Мой труд стоил того на сто процентов, потому что вместе с этим повысился мой контроль над духовными частицами вокруг меня, что привело к тому, что качество моей силы снова выросло. Да… в количественном понимании я не особенно стал сильнее, но качество — это тоже важно.

А мариачи все так же сидел и не отвечал на мои вопросы. У меня уже вариантов не оставалось, потому что любые пытки оказывались совершенно бесполезными. Он даже начал к ним привыкать.

— Ну что, музыкант, — обратился я к нему. — Что ты хочешь взамен, чтобы ответить на мои вопросы? А?

— Ой, по-о-о-ле поле, серый ослик, — продолжал он напевать, игнорируя меня.

— Ладно, есть у меня способ заставить тебя разговориться.

В центре комнаты, словно призванные из глубин подсознания, появилась мрачная цепь. Её черное металлическое тело было покрыто рисунками древних символов, а на одном из концов были устрашающие рты с острыми зубами, что жадно клацали в воздухе, исчезая и появляясь один за другим. Направляемые моим ментальным приказом, они ползли к духу чужого занпакто. В его глазах отразилась паника, и кожа, хоть и духовная, побелела до оттенка мрамора. Похоже, что то как я представил эти цепи сильно повлияли на него.

Один из ртов медленно открылся, и из его глубины высунулся длинный язык, похожий на шершавое существо, которое тянулось к щеке духа. Я мог бы поспорить, что этот язык был столь же живым и чувствительным, как и сам рот. Страх, который до этого момента был скрыт глубоко внутри духа, взорвался из него, исходя такой волной эмоций, что я на мгновение почувствовал себя потерянным в этом водовороте чувств. Кто бы мог подумать, что он настолько испугается…

— Ну что? Хочешь говорить и отвечать на мои вопросы?

— Конечно, сеньор! — вскрикнул тот, даже не пытаясь маскировать страх. — Что вы хотели бы узнать, сеньор?

— Шикай.

— Чтобы пробудить меня и использовать шикай, нужно меня просто позвать, — ответил он сразу понимая о чем я его спрашиваю.

— Как? — спросил я заинтересованно.

— Освободи, Морелос-и-Павон Хосе Кортес! — сразу же назвал он фразу. Я ощутил, как его духовная энергия стала пытаться соединиться с моим внутренним миром. Но одним только желанием все это было локализировано и ограничено. Ну уж нет… ты точно не будешь соединяться со