Другой Шинигами - Alchoz

— Неплохой же проект, не так ли? — внезапно, с издевательским тоном, произнес Баклан, намеренно подчеркивая каждое слово. — Я, знаете ли, очень тщательно над ним работал. Дни и ночи.

На мгновение наступила звенящая тишина. Капитан продолжал смотреть в потолок, выпуская клубы дыма, однако я чувствовал, что он внимательно следит за мной, пытаясь предугадать мою реакцию.

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки. Каждое слово Баклана было как игла, вонзившаяся в мое сердце. Однако главное в таких моментах — не терять самообладание. Поддаться импульсу и ответить ему грубо — значит проиграть эту психологическую битву.

— Конечно, неплохой, — ответил я, стараясь держать свой голос спокойным и уверенным, — впечатляет. Надеюсь, он принесет пользу отрядам. — При этом я улыбнулся, показывая, что готов играть по его правилам… до поры до времени. Придет еще мое время.

— Вот и прекрасно, — с удовлетворением кивнул Нара, изучая меня сверкающими глазами. Его высокомерный тон подчеркивал его уверенность в своем превосходстве. — Я искренне рад, что вы цените мою инициативу и признаете, что мой план имеет потенциал. И что особенно интересно, — он достал из кармана маленькую сверкающую печать, — Совет 46 предоставил мне эксклюзивное право ревизора всех медицинских практик в отрядах. И, как вы можете видеть, это право подтверждено печатью Королевской Стражи. Итак, господин четвертый офицер, предполагаю, у вас не возникнет возражений против того, чтобы я непосредственно узнал о ваших методах работы? Верно?

— Что, серьезно? — спросил я.

— Серьезно, — он, похоже, не уловил моего легкого сарказма.

— Серьезно-серьезно, — протянул я и выдохнул. — Тцк. Ладно. Когда бы вы, господин Баклан, хотели это увидеть?

— Можно было бы даже и сегодня, если капитан не против, конечно.

— Не против, — выдохнул капитан Саске.

Было видно, что он хочет побыстрее избавиться от этого человека. И теперь я понимаю, почему он еще не прибег к своей духовной силе, чтобы расправиться с ним. Если Баклан получил печать Королевской Стражи, то нет никакой административной силы, способной отменить её. Только сама Королевская Стража. Это административное решение имеет внушительную весомость.

— Тогда пошли, — сказал Баклан. — Господин капитан, вы присоединитесь к нам? Было бы здорово, если бы вы сразу заверили, что я свою работу выполнил.

— Без проблем, — кивнул капитан. — Но давайте сделаем это побыстрее, потому что у меня еще много запланировано на сегодня.

— О, конечно-конечно, господин капитан, — сказал «ревизор», поднимаясь.

— Пошли, — произнес капитан, также поднимаясь.

Он погасил свою трубку и направился в сторону «сарая», где я и проводил свою медицинскую практику. Теперь он уже совсем не напоминал тот старый сарай. Я попросил рядовых помочь мне с перестройкой, и теперь здесь стоял небольшой домик с двумя комнатами. В одной комнате было две кровати для пациентов, а вторая оборудована рабочим столом и еще одной кроватью. За столом стояла большая полка со всеми медицинскими карточками членов отряда.

Баклан начал осматривать мое рабочее место, заложив руки за спину. Его охранники, которые, видимо, принадлежали к какому-то клану, следили за ним внимательно, но не решились войти в домик. Хоть спасибо за это.

«Ревизор» достал небольшую бумажку из кармана и начал что-то сверять. Время от времени он недовольно качал головой и делал пометки карандашиком. Меня это начинало раздражать. Здесь все сделано правильно, логично и четко. Не думаю, что меня в ближайшее время кто-то сменит на посту четвертого офицера. Но сейчас главное — чтобы я понимал, что происходит. А не как обычно.

Затем Баклан Нара начал осматривать территорию вокруг домика. Что ему еще нужно? Мое желание дать ему отпор росло, но я сдерживал себя. Это только на один день. После этого он уйдет проверять другие отряды. Интересно, как он будет общаться с четвертым отрядом и его капитаном Унохана.

— Что могу сказать, — начал Баклан, завершая свой обход. — Здесь еще много работы. Клиника должна соответствовать стандартам.

Не понимаю, о чем он. Стандарты, которые я указал в документации, соблюдены до последней запятой. Если только они не внесли изменений, о которых мне не известно.

— А пока не соответствует, — пожал плечами он. — Еще много работы впереди.

— Можно ли получить документ со стандартами? — спросил я, выдавливая улыбку.

— Ах, конечно, как я мог забыть! — воскликнул он, стукнув себя по лбу. — Вот, пожалуйста.

Он протянул мне две бумажки. В одной были описаны стандарты до мельчайшей детали: например, на каком расстоянии от стены должен стоять горшок с цветами или какие книги и где должны стоять. Это выглядит как полный бред. Еще больше меня удивили пометки к некоторым товарам: например, «Подушка со печатью клана Куно» или «Стульчик от мастера по дереву Кучики Комода».

— У меня вопрос, — начал я. — Обязательно ли все вещи должны быть именно такими? Или обычный стульчик тоже подойдет?

— Все должно быть точно как в бумажке. Например, этот стульчик должен быть сделан мастером Кучики Комода.

— А что, если я не смогу его достать? — спросил я.

— Тогда мне, как ревизору, придется закрыть клинику и отправить доклад Совету и Главнокомандующему. О том что такой-то офицер от такого-то отряда отказывается признавать стандарты, установленные Советом и Королевской Стражей. Уверен, второй отряд с удовольствием проверит такого офицера на попытку мятежа против Короля Душ.

Какой абсурд. Кто в своем уме решил контролировать даже такие мелочи? Если из-за закрытия клиники какой-то шинигами умрет, потому что не получит помощь вовремя, кого сделают виновным? Логично предположить, что виноват будет тот, кто закрыл клинику. Но в нашем мире логика далеко не всегда работает, так что виноватым, вероятно, назначат медперсонал.

— Ладно, — кивнул я, желая, чтобы он поскорее ушел. — Я постараюсь исправить это.

Моя улыбка была на вид сладка, но внутри меня кипела ярость. Общество Душ не так велико, и мы еще встретимся. Ты еще узнаешь меня.

Глава 38

Приведение в порядок клиники заняло достаточно много времени, потому что я решил сделать все так, как указано в бумажке. Для этого капитан выделил мне десять рядовых. Пять из них занимались стройкой, а пять доставляли нужные товары. Все отмеривалось в точности до последнего сантиметра.

Было некоторое непонимание со стороны шинигами отряда, но когда им объяснили, что если этого не сделать, то «ревизора» с печатью Королевской Стражи не позволит проводить операции в клинике. А еще лучше они это осознали, когда мне пришлось лечить раненого двадцатого офицера на улице перед глазами каждого. Взывать недовольство, направленное на кого-то, было достаточно просто. Тем более, если нужда для недовольства целиком оправданная.

Когда Баклан снова пришел