Союз пяти королевств. Трилогия - Татьяна Геннадьевна Абалова

где-то во дворце растет принцесса Солнце. Но лживая служанка от меня не ушла. Она получила свое, умерев в муках. Яд яйца птицы Турух действует безотказно.

Королева надолго замолчала. Тень от длинных ресниц легла на подернутую сетью морщинок кожу.

– На что только не пойдешь, лишь бы выжить, – вздохнула королева и открыла глаза. Ее взгляд сделался напряженным. –  Став женой Орраха я вернулась к попытке забеременеть. Наслышанная о поселившемся в Лабиринтах маге, я нашла Фаруха и пригласила его во дворец, где представила мужу как целителя, умеющего продлевать жизнь. Я возлагала большие надежды на бахримана, знающего, как варить магические зелья, но, увы, чуда не произошло. Даже эликсир из желтка драгоценной птицы Турух, что сохранял молодость и здоровье, не мог вернуть то, что давно утеряно.

В моей душе надолго поселился страх: а если одна из наложниц родит Орраху сына, что будет со мной? Вдруг он захочет сделать счастливую соперницу королевой, и рожденный наложницей бастард обретет статус принца? Где тогда я окажусь?

Печальный опыт с матерью Солнца заставил меня действовать. Я щедро заплатила Фаруху – он перевел свою семью в четвертый лабиринт, приобрел дорогой дом, а сам получил должность королевского лекаря, но с тех пор Оррах не мог оплодотворить ни одну самку.

Что-то сломалось в короле, когда много лет спустя он понял, что наследников больше не будет. Ни одна из женщин, что он приблизил к себе, не забеременела.

Кто-то пускается в пьянство, кто-то замыкается, Оррах же перестал сдерживать ярость и похоть. В нем все чаще просыпался зверь. Он, словно чуя, что все его несчастья кроются во мне, на мне же начал вымещать всю свою злобу.

О, я увидела его зверя во всей красе! Короля и раньше возбуждали болезненные крики, но теперь ему хотелось крови. Мы сталкивались в постели как на поле боя. Хищникам нравится охотиться, и я для Орраха раз за разом становилась желанным трофеем. Иногда я лежала вся в крови, не в силах пошевелиться, и думала, что настал мой последний час, а он вызывал Фаруха, и на следующий раз все опять повторялось.

– Оррах! Мне больно, – кричала я, но видя безумные глаза дракона, понимала, что однажды он меня убьет. Я уже сама подыскивала ему наложниц, боясь войти в спальню, но те выдерживали лишь ночь-две и пропадали.

– Он убивал их?

– Не знаю. Наверно. Фарух первый заметил, что не только Оррах меняется. Глядя на своего короля, и остальные драконы стали более раздраженными, между ними постоянно вспыхивали ссоры, какая-то злая сила переполняла их. После набегов на соседние селения они возвращались опьяненные кровью, но дикой сытости хватало ненадолго.

Однажды, когда после очередного истязания я едва не отдала богу душу, Оррах признался, что зверем его делает Драконье око. Чем дольше он им владеет, тем пагубнее на него воздействует камень. Он вспоминал, как его отец с облегчением произнес, находясь на смертном одре: «Наконец-то я отдохну от проклятого Ока!». Магический камень дает власть, но в то же время меняет своего носителя, пробуждая в нем все самые темные стороны. Не зря отец Орраха Могучего носил прозвище «Живодер». В его правление все драконы отличались страшной жестокостью.

Я давно знала, что драконы не убьют носителя Ока, каким бы он ни был и куда бы их не вел. Странно, что Оррах никогда не задумывался, что может погибнуть от моей руки. Скорее всего он верил, что я побоюсь возмездия – так или иначе после его смерти меня ждала бы незавидная участь: быть растерзанной драконами, мстящими за своего короля, или умереть где-нибудь в лабиринте, не найдя из него выхода.

Но вскоре в моей жизни забрезжил свет. В полном смысле этого слова. Я находилась в комнате у Фаруха и наблюдала, как он извлекает желток из яйца птицы Турух, но тут прямо в стене открылся портал и из него вышел юноша.

– Анвер! – сварливо произнес Фарух. – Я просил тебя без спроса ко мне не приходить!

И в этот момент меня осенило: Анвер подрос и может вывести меня на свободу! Осталось дело за малым – соблазнить молодого бахримана.

Но несчастный случай дал мне шанс остаться королевой без мужа-изверга.

Знаешь, как страшно умирать от нехватки воздуха, когда кровь хлещет из сломанного носа, а жадные губы мужчины впиваются в твой рот в поцелуе? В помутненном сознании я нащупала подсвечник и со всей силы ударила дракона по голове. Крепкий удар не убил Орраха, а только разъярил. Отползая от зверя, я с ужасом обнаружила в его руках нож. Я не стала ждать, когда он покромсает меня на куски, а вспомнила один из уроков Рыжего Брыска и неожиданно для Орраха вывернула его руку так, что он сам насадился на острие.

Оррах всегда отличался могучим телосложением, и, падая, он придавил меня так сильно, что я едва выбралась. Я прижала ладонь к сломанному носу, безуспешно пытаясь остановить кровь, и тупо смотрела на разбитую голову мертвого короля. Крупная цепь, удерживающая Драконье око, впилась в шею Орраха, и я, не понимая зачем, наклонилась и, с трудом просунув под нее палец, потянула. Рубиновый камень, испачканный в крови короля, тускло блеснул. Я потерла его пальцами, но еще больше испачкала в крови.

Я так и направилась к двери – голая и с цепью в руках, на которой болталось Драконье око. Но оставив кровавый след на дверной ручке, я пришла в себя. До Фаруха – единственного человека, который сумел бы меня спрятать, в таком виде не добежать, драконы сразу сообразили бы, что произошло что-то неладное. Бросив у двери Око, я поплелась туда, где могла смыть кровь.

Личные покои Орраха состояли из нескольких комнат, и в одной из них находился небольшой бассейн. Вода оказалась ледяной, но я даже не вспомнила о горячих камнях, могущих согреть ее.

Трясясь от холода, я быстро обтиралась, наблюдая, как кровавая вода исчезает в воронке слива.  Неожиданно я услышала, что за стеной кто-то тихо ходит. От страха, что дверь вот-вот откроется, я метнулась к противоположному выходу и нечаянно задела чашу с горячими камнями. Она с грохотом опрокинулась, и ковры тут же вспыхнули ярким пламенем. Когда я добежала до комнаты с мертвым Оррахом,