Воспоминания (1915–1917). Том 3 - Владимир Джунковский

В распоряжение комиссии для производства испытаний необходимо передать одну из мастерских дивизии, дабы члены комиссии могли по практическим работам судить о годности знании дела экзаменующихся.

Исходя из исключительного желания принести пользу родине, полагаем что учреждение такой комиссии мастеровых специалистов даст России и ее промышленности действительно людей знающих свое дело, предупредит случаи посылки мастеровых и специалистов и будет способствовать понятию мастерства и интереса к своему делу всех мастеровых дивизий».

Мысль их мне показалась очень здравой и, сочувствуя высказанной мысли и вполне разделяя их разумное и полезное начинание, долженствовавшее внести здоровую силу, единение и порядок в профессии мастеровых, я предложил собраться 31-го мая в д. Рачканы к 15 часам всем мастеровым специалистам механикам, слесарям, кустарям, кузнецам, столярам и токарям по металлу от всех полков, 15-го Сибирского стрелкового дивизиона, 15-го Сибирского стрелкового паркового артиллерийского дивизиона, перевязочного отряда, 1-го и 2-го лазаретов, дивизионного обоза, комендантской роты и команды штаба дивизии, если в них имеются мастеровые – для избрания из своего числа комиссию мастеровыхспециалистов в составе не более двух представителей от перечисленных частей и учреждений, причем целью комиссии я поставил:

«1) Производство испытаний всем мастеровым дивизии по их специальностям для действительно правильного определения специальных знаний каждого для определения степени его пригодности на командирование на заводы, если потребуется.

2) Регистрацию и учет мастеровых-специалистов в полках, частях и учреждениях дивизии.

3) Наблюдение за тем, чтобы высылка специалистов не нарушала правильности хода и производительности работ в мастерских полков, частей и учреждений дивизии. Порядок испытаний я установил следующий:

а) Дни испытания устанавливать комиссии с согласия начальника хозяйственной части 58-го Сибирского стрелкового полка подполковника Васильева или, за его отсутствием, начальника хозяйственной части 57-го Сибирского стрелкового полка капитана Шпигеля так, чтобы не отрывать одновременно значительное число рабочих из полков, частей и учреждений дивизии.

б) Испытания производить в мастерских 57-го и 58-го Сибирских стрелковых полков в д. Рачканы по соглашению с начальниками хозяйственных частей означенных полков.

в) О дне и времени испытаний доносить мне за 2 дня до такового».

Первое общее собрание мастеровых, назначенное мною на 31 мая, я поручил открыть от моего имени начальнику хозяйственной части 58-го Сибирского стрелкового полка подполковнику Васильеву и передать от моего имени всем собравшимся мои пожелания, чтобы выборы выдвинули действительно лучших мастеров, чтоб комиссия принесла бы ту пользу, на которую рассчитывают инициаторы ее.

Что касается высказанного пожелания, чтобы прикомандированные сверх положенных штатов мастеровые не употреблялись, помимо своих прямых обязанностей мастерового, еще и для других видов службы (караулы, ездовыми, на работы и занятия), то на это согласия я не дал, т. к. это нарушило бы службу в нестроевой роте.

Это совершенно новое начинание в дивизии оказалось весьма жизненным и мастеровые, бывшие всегда самым беспокойным элементом, были очень польщены, что на них обратили внимание, и за все время моего командования никаких хлопот у меня с мастеровыми не было.

Школа для подготовки фельдшеров

Одновременно мною было приказано для подготовки фельдшеров на пополнение убыли таковых в частях дивизии, открыть школу фельдшеров военного времени при 1-м лазарете дивизии.

Для обучения командировать в эту школу солдат, удовлетворявших требованию, указанному приказом главкозапа № 1225, в числе по 9 человек от 57-го, 58-го, 59-го Сибирских стрелковых полков, 3 человека от 15-го Сибирского стрелкового артиллерийского дивизиона и 2 человека от 15-го Сибирского стрелкового паркового артиллерийского дивизиона.

30 мая я получил запрос от командира корпуса о том, какое количество рот из запасных частей мне необходимо в дивизии для пополнении ее некомплекта, а также спрашивалось и мое мнение относительно того, как отзовется пополнение некомплекта на боеспособности дивизии. Я ответил полевой запиской следующего содержания.

«30 мая 1917 г. 20 час. № 689

Командиру 9-го армейского корпуса

г. дв. Павлюковщизна.

На депешу наштакора вверенного Вам корпуса за № 1795 доношу, что ввиду спешности запроса я дал цифру требуемых означенной депешей сведений о числе маршевых рот (16 рот) весьма гадательную, не представляющую собой ни действительной картины некомплекта, ни общего состояния дивизии в смысле ее боеспособности, для которой, при настоящих переживаемых условиях, число штыков не имеет особого значения. В настоящее время по последнему подсчету на 16 мая некомплект штыков 501, если прибавить к этому числу 664 командированных по разным случаям, главным образом для замены в тыловых учреждениях ушедших солдат 40 и более лет, то получится некомплект 1200.

Ввиду требования, изложенного в депеше, показать и 25 % (2550) получим цифру 3750. Затем необходимо принять во внимание, что больными ежедневно убывает не менее 60-ти солдат, а это составит к 1 июля 900, это даст увеличение некомплекта с 1 июня 4650.

Если же принять в соображение, что в полках завтра начинается переосвидетельствование негодных к строю и что к этому освидетельствованию в каждом полку назначено от 600 до 800 солдат и что, вероятно, не менее 40 % из них будет изъято из полков, получим еще цифру, уменьшающую комплект штыков на 1120, что составит с предыдущей цифрой уже 5170, другими словами потребуется 20 с лишним рот. Но т. к. обыкновенно маршевые роты теряют дезертирами и отставшими в пути не менее 30 %, потребуется рот не менее 27-ми.

Позволю перейти теперь к другому вопросу – доведение количества солдат до вышеуказанной нормы увеличит ли боеспособность дивизии? С первого взгляда казалось бы логичным ответить утвердительно, но если принять во внимание все ныне переживаемое, тот развал, существующий в армии, ту анархию, господствующую в тылу и проникающую в армию через газеты «Социал-демократ» и «Правда», этот гнет и упадок духа в офицерской среде, то нельзя не придти к заключению и следующим выводам:

1) Пополнения из дезертиров будут пагубно отражаться на дивизии, это люди конченные, их поднять на нравственную высоту нельзя, в душе они всегда останутся дезертирами и не пойдут вперед.

2) Крупные пополнения целыми десятками рот не окажут влияния на боеспособность дивизии, т. к. разлагающей дух этих пополнений своей массой задавит и загасит тлеющийся еще пока и могущий еще загореться дух наших сибирских стрелков.