Полет дракона - Владимир Ковтун

- В ней более полумиллиона книг. – Рассказывал продавец. – А, по словам некоторых людей, их более семисот тысяч!

- Вот, где настоящий рай для тебя! – Заметил Фэй. – Если ты когда-нибудь в нее попадешь, то там и останешься. Я потеряю друга, а Император верного подданного.

Благодаря интересу к книгам, у Ли появились новые знакомые. Один из них, пожилой и весьма образованный грек по имени Аристид, подолгу разговаривал с ним на различные темы и, когда понял, из какой дали его собеседник, долго не мог прийти в себя.

Он стоял, и смотрел на Ли, слегка сощурив свои добрые близорукие глаза, стараясь осознать сделанное им только что открытие.

- О вашем приходе следует говорить на каждом углу города. – Сказал он, наконец. – Я уверен, что вы положили начало новому времени.

АРЕНА СМЕРТИ

Еще в Неаполе Ли увидел на стенах домов и надгробиях надписи, которые он, упражняясь в латинском языке, все старался прочитывать.

«20 августа состоится травля зверей. Гладиатор Феликс дерется с медведями».

«Травля пантер. Три гладиатора против пяти пантер». «26 пар гладиаторов будут биться накануне апрельских ид. Будет и травля».

Подобные объявления попадались на глаза путешественникам довольно часто.

- Ты смотрел бои гладиаторов? – Спросил Ли у Словена когда они вместе еще плыли на корабле.

Лицо борейца исказила гримаса.

- Самое омерзительное зрелище, которое я когда-либо видел….

«Странно!». – Подумал тогда Ли. - «Что дурного может быть в благородном поединке искусных бойцов?»

Однажды, по пути к дворцу Мария, на одной из площадей Рима они увидели большую толпу зевак, криками ободряющую кого-то внутри образованного ею круга.

- Поединок двух гладиаторов. – Пояснил им один из зевак. – Бьются по завещанию умершего римлянина.

Опытным бойцам - ханьцам очень хотелось посмотреть на схватку, но времени не было, и они, с сожалением, покинули площадь.

Вечером, на вопрос о том, где можно посмотреть хороший поединок, хозяин-сицилиец ответил:

- Сходите в предместье Рима! Я скажу, куда именно. Там вы увидите все сразу.

Посетить гладиаторские бои ханьцам удалось дней через десять, во время праздника, смысла которого им так и не удалось понять.

Пошли ввосьмером, прихватив с собой Ина. Двое офицеров и собаки остались дома стеречь имущество.

Большая толпа людей окружила естественную впадину-амфитеатр{170} из хорошо утрамбованной земли. Площадку опоясывала высокая железная решетка, с заостренными в виде копий остриями.

Часть зрителей познатнее, или порасторопнее, располагалась в тени небольшого тента. Остальные стояли, прикрываясь, кто чем, от палящего солнца.

Среди зрителей были немало женщин, и совсем молодых девушек.

На арене кувыркалось несколько акробатов, но на них почти никто не смотрел.

В ожидании главного зрелища все оживленно переговаривались, обмениваясь последними новостями и городскими сплетнями.

Один из соседей ханьцев, человек с открытым и приветливым лицом, определив в них новичков, охотно делился своими знаниями.

- Гладиаторы, в основном, набираются из рабов, или военнопленных. Их продают и покупают и, иногда, за немалые деньги. Но, есть и свободные люди. Нанимаясь, те дают страшную клятву в том, что их «можно жечь, вязать, сечь и казнить мечом». Как вы понимаете, часто это – люди, отчаявшиеся и гонимые нуждой. Случается, что в гладиаторы идут те, для которых оружие – единственная страсть в жизни. Такие очень опасны! Бойцов готовят в специальных школах. Жизнь в них, скажу я вам, хуже не придумаешь! Хотя, кормят хорошо. Сначала обучают бою деревянными мечами, потом дают настоящее, и очень тяжелое оружие.

Приучают ничего не бояться. Бывает, квестор{171} приговаривает свободного, но провинившегося гражданина к смертельному поединку. Был такой случай, когда приговоренный отказался драться. Так его в гладиаторской школе просто сожгли заживо. Если раб-гладиатор держится долго, и выстоял во многих поединках, ему могут подарить свободу.

- Вон, видите: там, где загородки и деревянные пристройки? Оттуда должны появиться бойцы. Все стальное вы увидите сами.

На арене, между тем, закончились последние приготовления. К решетке подвезли четыре клетки, накрытые плотной тканью. Когда покрывала сдернули, зрители увидели заключенных в тесные клетки больших, черных пантер, ни на мгновение не перестававших кружить в поисках выхода.

Клетки вплотную подвинули к квадратным дверцам в ограждении арены и, крючьями отжав задвижки, копьями выгнали пантер на арену.

Четыре красавца-зверя, крадучись, двинулись вдоль ограждения.

Время от времени, они сталкивались друг с другом, и затевали короткую, молниеносную схватку.

- Любимцы почтенных граждан Рима – Силан и Филагр! – Звучным, раскатистым голосом объявил глашатай, и публика взревела в ответ тысячами глоток.

Лязгнула щеколда и на арену, один за другим, шагнули двое коренастых мужчин с мечами в одной руке и кинжалами в другой. Воздев руки с оружием кверху, они приветствовали зрителей.

Каждый из присутствующих здесь ханьцев не раз бывал на охоте, и в той, или иной мере принимал в ней участие. Неоднократно видели они и заклание жертвенных животных. Но то, что происходило на арене, лицезреть им еще не доводилось.

В те времена чувства и природная восприимчивость людей еще не были притуплены так, как у современного человека.

Внимательно наблюдая за поведением грациозных, черных зверей, Ли отчетливо видел, что им совсем не хочется драться.

Пантеры искали выхода, и приглядывались к рябившему в глазах частоколу прутьев. Но, из-за него раздавались лишь глухие вопли толпы, да коротко, в бока и лоснящиеся шеи, тыкали острыми концами копий ассистенты звероборцев-бестиариев. Эти копья толкали их под острые мечи врагов.

Не выдержав напряжения, один из зверей присел и стремительно прыгнул вперед, навстречу гладиатору. Человек уклонился от распластанного в полете черного тела, и успел полоснуть его мечом по горлу.

По-видимому, меч задел важную артерию, так как кровь брызнула фонтаном, и пантера, упала, завалившись на бок, и судорожно дергая лапами.

Зрители восторженно взревели.

Звери, возможно, легко справились бы со своими врагами, действуй они согласованно. Но, каждое из животных спасало свою собственную жизнь.

Очень быстро погибли еще две из трех оставшихся пантер.

Четвертый зверь – широкогрудый самец с мощными лапами, неожиданно сбил с ног одного из своих противников и, бросившись на другого, молниеносным движением пяти страшных когтей, почти оторвал ему руку от самого плеча.