Полет дракона - Владимир Ковтун

По пути ханьцы миновали несколько небольших шумных площадей, заполненных людьми и многочисленными лавками. Здесь продавали цветы, ткани, продукты, книги, посуду и множество других разнообразных товаров.

На улицах было много статуй и памятников.

Торговые лавки перемежались помостами, с выставленными для всеобщего обозрения заморскими редкостями, клетками с диковинными животными, растениями, древними, огромных размеров костями неизвестных чудовищ. В одном месте двое римлян демонстрировали скелет человека гигантского роста. За пару мелких монет можно было подняться на помост и заглянуть в деревянный ящик, где лежали мумифицированные останки ребенка с двумя головами.

Искусство ловкости рук показывали уличные фокусники и акробаты. Среди них было немало уродов, выставляющих дефекты своего тела напоказ.

Повсюду располагались трактиры, пивные и харчевни, напитки в которых лились, по-видимому, рекой, так как на улицах попадалось немало пьяных.

В толпе орудовали воры.

«Будьте осторожны в Риме!». – Еще в Селевкии наставлял ханьцев Авл. – «Особенно по ночам».

- Их женщины довольно милы! – Заметил Фэй, разглядывая римлянок.

- Они станут еще милее, если мы будем одевать их в наши шелка. – Ответил один из офицеров, и показал на римлянку в шелковой накидке, идущую в сопровождении служанки и трех слуг.

Выйдя к Форуму, путешественники некоторое время бродили среди праздношатающихся зевак, и разглядывали здания, чьи имена позднее будут известны всему миру: Комиций, Ростры, Курия, Регия, в которой хранился священный щит, принадлежавший богу Марсу, и знаменитый Черный Камень, под которым, по преданию, был похоронен сам основатель Рима – Ромул.

Римляне сходились к Форуму еще до зари на протяжении не одной сотни лет. Здесь продавали и покупали, обсуждали последние новости, слушали выступления ораторов, накал речи которых нередко приводил к кровавым дракам. В толпе гуляк, торговцев и многочисленных чиновников шастали сутенеры, предлагая окружающим продажных девок.

Возвышенное здесь самым причудливым образом сочеталось с низменным, священное с порочным, благородное с подлым.

Ничего подобного не могло иметь места вблизи императорских дворцов в империи Хань.

Впрочем, ханьцы, много повидавшие на своем пути, мало чему удивлялись. Они просто пытались разобраться в происходящем.

У здания Сената собралась большая толпа возбужденных людей. Не скрывая своего раздражения, они гневно жестикулировали и, время от времени, разражались громкими криками.

Только невозмутимая стража удерживала их от желания ворваться внутрь величественного здания.

По прошествии некоторого времени из дверей Сената вышли два десятка вооруженных воинов, которые образовали живой коридор. Вслед за ними сразу же двинулось несколько человек, облаченных в тяжелые, белые тоги. На ногах у всех были красные сандалии.

Толпа яростно взревела, и принялась осыпать их насмешками и оскорблениями. В идущих полетели огрызки яблок, и тухлые яйца, одно из которых попало в голову седовласому римлянину, и вонючей жижей залило его глаз и тогу.

- Преступники! – Пояснил Фэй своим спутникам. – Видимо, Сенат только что осудил их на смертную казнь.

- Вы не скажете, за что осуждены эти злоумышленники? – Обратился он к стоящему поблизости римлянину.

- Я не совсем понял твой вопрос, чужеземец. Будь любезен, повтори его еще раз. – Ответил тот.

Фэй попробовал построить фразу иначе.

Римлянин недоуменно посмотрел на ханьца, затем громко расхохотался.

- Чужеземец, они не преступники! Эти люди – сенаторы! Правительство Великого Рима!

На мгновение Фэй потерял дар речи.

Римлянин, который откровенно наслаждался замешательством собеседника, видимо, что-то сообразил, потому что счел нужным пояснить:

- Они не оправдали доверия своих избирателей. Вот люди и выражают недовольство. Сенат это – разум народа. И, если этот разум глупеет, его следует привести в чувство. UTQUE IN CORPORIBUS SIC IN IMPERIO GRAVISSIMUS EST MORBUS QUI А CAPITE DIFFUNDITUR!{167}

Сенаторы, между тем, благополучно миновали рассвирепевшую толпу, и скрылись в одной из базилик.

- Ну, и как можно иметь дело с этими людьми? – Спросил Ли, поворачиваясь к своим спутникам. – Если даже собственный народ их ни во что не ставит!

И приняв для себя окончательное решение, твердо добавил:

- Разговаривать будем с консулом Марием!

У ворот консулата ханьцам пришлось остановиться. Стража преградила им путь, и не очень вежливо поинтересовалась целью визита.

- Мы – послы далекого государства. – Объяснил Ли. – И хотели бы видеть консула Гая Мария.

- Посольство это – другое дело! – Ответил римлянин, и попросил подождать.

Ждать пришлось недолго.

К посетителям вышел молодой человек, с умными, серьезными глазами.

- Я – Октавий. – Представился он. – Помощник консула Мария.

Кто вы?

Ли коротко рассказал.

- Хань…. - Задумчиво повторил Октавий. - Что-то я не слышал о такой стране.

- Да. Мы тоже недавно узнали о Великом Риме.

- Почему вы не обратились в Сенат?

Ли на мгновение замялся.

- Мы хотим разговаривать с сильнейшим. – Ответил он.

- Хорошо! Я скажу консулу. Но, он – в отлучке, и будет дней через пять-шесть. Если вы придете через неделю, он назначит вам день встречи.

Октавий еще раз оглядел посетителей, и остановил взгляд на скифском кинжале у пояса Ли.

- Какая удивительная работа. – Заметил помощник консула.

- Человек, подаривший мне его в Селевкии – римлянин. Он сказал, что это оружие скифской работы. Хотя мы о таком народе ничего не знаем.

- Да, есть такие на Севере. – Рассеянно заметил Октавий. – Вы разрешите мне взглянуть поближе.

Ли снял с пояса кинжал и протянул его римлянину.

Октавий повертел оружие в руках, еще раз восхитился искусно сделанной рукояткой в виде оскаленной пасти льва, и вернул кинжал хозяину.

- Я обязательно расскажу о вас консулу. – Пообещал он в заключение разговора.

Ханьцы поблагодарили и откланялись.

- Отстояли в очереди? – Спросил у Ли, по возвращении, хозяин дома, бывший уже в курсе цели его визита в Рим.

- Нет. Консул – в отъезде. А, что? К нему бывают очереди?

- Не то слово! – Ответил сицилиец. - Настоящий кабак в базарный день! Кому должность нужна, кто работу ищет, кто жаловаться пришел. Но, я вам подскажу: у ворот будет привратник. Его можно умаслить небольшой суммой денег. В этом случае дела пойдут побыстрее.

Ровно через неделю Ли с Фэем уже стояли в толпе жаждущих пообщаться с Гаем Марием. Взятка, отданная привратнику ушлым Фэем, продвинула ханьцев в ряды первых, но довела только до уже знакомого им Октавия.